Андрей Зиначев - Живые, пойте о нас!
- Название:Живые, пойте о нас!
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Лениздат
- Год:1972
- Город:Ленинград
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Зиначев - Живые, пойте о нас! краткое содержание
Документальная повесть. Второе, дополненное издание.
Живые, пойте о нас! - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
В своих письмах к нам Добрынин вновь писал о пареньке из Кронштадта: «Я до сих пор его вспоминаю… Как хотелось бы мне его найти и женщину, что стояла тогда недалеко от танка».
Через несколько недель после возвращения ветерана домой мы получили от Анны Николаевны Добрыниной телеграмму о скоропостижной его смерти.
Словно мина замедленного действия, пролежавшая четверть века в земле, разорвалась у его ног. Или мертвый, невесть где закопанный в петергофском парке враг встал из-за своего уже, не существующего бруствера и поразил моряка проклятой давней нулей. Воспоминания опасны. Они убивают и тогда, когда война уже давно отгремела.
Павла Добрынина хоронили с почестями…
Теперь яблоньки будут расцветать уже без него. Он не успел увидеть розовую пену их первых цветов, собрать крепкие, созревшие плоды. И яблоньки, и все, что он создал в своем доме трудолюбивыми руками, осталось теперь как память о нем.
Моряк-балтиец спит в уральской земле.
Но если вдруг тот паренек из Кронштадта, теперь уже взрослый человек, или женщина, что помогла в черный день моряку добрым словом, узнают себя в этих строках, откликнитесь. Напишите семье Павла Добрынина, чтобы дети его могли вместо отца передать вам свою благодарность!
На рубежах славы
Вот и закончился затянувшийся на тридцатилетие поход в прошлое.
Случилось так, что из всего пережитого за военные годы этот оставшийся неизвестным до последнего времени подвиг, этот десант стал для нас самым сильным, самым мучительным воспоминанием. И люди, ушедшие и погибшие с ним, словно взывали к нашей памяти: «Расскажи, не оставляй неизвестным то, что обязаны знать многие. Нет, не для нас и даже не для наших детей, не для бренной земной славы. А для того, чтобы юноша, ставящий на заре здесь легкий парус, девушка в праздничном платье, приходящая в пору своих мечтаний побеседовать сама с собой, наедине с морем, все, кому дорог этот благословенный уголок земли, знали, чувствовали, что мы тоже причастны к их счастью, к их судьбе, незримо следуем за ними, направляем их путь.
Мы были разными — нежными душой и грубоватыми, образованными и закончившими лишь четырехлетку: мы рано начали самостоятельно трудиться, раньше, пожалуй, чем вы, современная молодежь, страдать и любить. Но мы такие же, как вы, со своими надеждами и мечтами, со своим упорством и стремлением повернуть жизнь по-новому. Мы лишь на тридцать лет, чем вы, старше и навечно моложе!»
В сердце каждого из живых голоса героев звучат денно и нощно.
Об этом хорошо сказал человек большого мужества, не раз водивший моряков в бой, комиссар бригады морской пехоты Петр Яковлевич Ксёнз.
Внук героя гражданской войны, соратника Серго Орджоникидзе, славных красных казаков Подтелкова и Кривошлыкова, балтийский комиссар Ксёнз обращается со стихами к тем, кто отдал жизнь за Родину, кто отстоял в бою завоевания Октября. И даже не со стихами, а с думой, какую пели кобзари, — непритязательной, простой, бесконечно искренней и чистой.
Не придирайтесь к корявости слов, неверным ударениям, неточным рифмам. Меньше всего думал комиссар Ксёнз о том, что он пишет стихи.
Это к зам, Ворожилов и Петрухин, к вам, дорогие командиры, комиссары, бойцы всех наших десантных отрядов, всех морских бригад, обращается ваш товарищ и соратник:
Помянем их тихим словом,
Человеческим теплом,
Обдадим дыханьем дома
Их могилы над леском.
Матерям спасибо скажем,
Кто воспитывал таких
Людей скромных, терпеливых,
И отважных, и лихих.
Помянем и командиров,
Кто водил матросов в бой,
Своей доблестной отвагой
Увлекал их за собой.
Помянем и комиссаров,
Кто с открытою душой
Слово партии нес к людям
В бой тот, страшный и большой.
Там, где отгремели бои, где земля и сегодня еще под зеленью лугов и желтизной нив таит в себе праведную кровь героев, в честь победы и тех, кто добывал ее, народ поставил памятники.
Они стоят на раздорожье, у приморских шоссе.
Подойдите к ним, вчитайтесь в надписи.
На дороге Ленинград — Петродворец, вблизи трамвайной остановки «Урицк», еще в войну, в 1944 году, был поставлен обелиск с подписью: «Здесь в жестоких сентябрьских боях 1941 года захлебнулись собственной кровью фашистские полчища, остановленные доблестными ленинградцами».
Далеко просматривается со стороны дороги Петродворец — Гостилицы и другой обелиск из розового гранита. Он воздвигнут на десятом километре шоссе в память о тех, кто шел на помощь кронштадтскому десанту, сражался в котловане у Английского дворца. Сверкают золотим буквы:
«На этом рубеже осенью 1941 года в составе войск 8-й армии вели ожесточенные бои и сдерживали яростные атаки противника, рвавшегося к Ленинграду, курсанты и офицеры Военно-морского хозяйственного училища ВМФ.
Вечная слава героям, павшим в боях за свободу нашей родины!
Боевые друзья-однополчане».
За обелиском — березки. Вокруг — скрепленные цепью якоря. На мраморе список фамилий.
На окраине Петродворца, за оврагом, разделяющим Старый и Новый Петергоф, неподалеку от братских могил моряков и солдат, в двадцатый год победы над фашистской Германией поднялась десятиметровая стела из серого гранита. «На этих рубежах в 1941–1943 годах воины Ленинградского фронта и моряки Балтийского флота в жестоких боях с немецко-фашистскими захватчиками отстояли Приморский плацдарм. Отсюда и со стороны Пулковских высот в январе 1944 года начался разгром врага, завершившийся освобождением Ленинграда от блокады. Вечная слава героическим защитникам Ленинграда».
Там, где у Ропши и возле Красного Села, в районе Гостилиц и Петродворца в сентябре 1941 года проходила линия обороны, усилиями многих тысяч ленинградцев высажены парки и сады, воздвигнуты монументы. Они-то и составляют в своей совокупности величественный мемориал — Зеленый пояс Славы. Он начинается от Петродворца и уходит к Копорской губе, в даль бывшего Ораниенбаумского плацдарма.
Надписи на памятниках говорят: здесь сражалась морская пехота, бились насмерть воины 8-й армии, бойцы народного ополчения, курсантский батальон.
«Приморский», «Атака», «Якорь», «Январский гром», «Дальний рубеж», «Берег мужественных» — все эти названия могли бы стать заголовками стихов, здесь ими названы поэмы из гранита и бетона. И под каждым спят герои!
Фашисты пытались перед уходом уничтожить следы своих преступлений. Обугленная лепка парадных залов дворца, стены школы, превращенной в концлагерь, где на штукатурке пленные выводили перед расстрелом слова прощания, все было предано огню. Мертвые молчат, должны молчать и камни.
Но удар советских армий был так стремителен, что гитлеровцам не удалось довести до конца свои злодеяния.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: