Сергей Троицкий - Битва за водку

Намечалось крушение Варшавского блока и Берлинской стены. Правительство ФРГ субсидировало Scorpions, Стас Намин приклеился к этой теме. В предвкушении падения стены Германия всё оплатила: два концерта в Питере и МСК.

В общем, в начале апреля 1988 г. Центр Стаса Намина организовал концерты Scorpions и Gorky Park, но, к сожалению, московские власти не позволили устроить шоу. Ссылка была на мифический ремонт стадиона. Поэтому Scorpions выступали только в Питере, куда мы были приглашены в качестве гостей. Москва негодовала и взрывалась! Ходило тысяча слухов и версий, и самое главное – эти версии трансформировались и приобретали, казалось, самый невероятный оттенок:

– Мэр Питера Собчак дал взятку проститутками менеджеру Скорпов, чтоб они не рубили в МСК.

– Мэр МСК не согласен с тем, что голодающие Поволжья из Питера примут первыми «Скорпионс»!

– Скорпы, по плану Гитлера, возьмут сначала Питер, а потом МСК!

– Мэр МСК: х**рьте Питер, а МСК не возьмёте! Вощем ацкие интриги: противостояние МСК-мафии против Питера!!!

В дальнейшем такая же тема с нами: группе «Коррозия металла» было запрещено играть в Питере 9 лет: с 2001 по 2010 г., а группе «Ленинград» в МСК! Борьба между питерской и МСК-мафией. Тема с Украиной! Три мафии: МСК, Питер и Киев конкурируют между собой, под видом всевозможных политических заготовок.

Scorpions привезли всю свою аппаратуру. Надо сказать, такого бешеного саунда в совке я больше никогда не слышал, исключение составила Metallica в Тушино.

Молодёжь подобные телеги «такого бешеного саунда в совке я больше никогда не слышал» воспринимает со скепсисом: «Старик в прошлом времени завис!» Но здесь тема в другом. Каждая колонка от 1988 г. весила одну тонну, она была из склеенной 2-сантиметровой фанеры, а не из китайской пластмассы. То есть киловаттный динамик в фанере давал волну цунами с пропорцией 1×10. К примеру, чтоб на стадионе барабанная бочка била в грудь, надо не менее 350 квт Китая, а в 1988 г. 100 квт давали 1000-киловаттную волну! Просто тяжёлая фанера, австрийские динамики и волна! На гребне волны!

В группе Gorky Park новым техником работал гитарист группы «99 процентов» – Чумычкин (будущий гитарист «Алисы»), он корефанил с нашим Костылём. Стас дал талон от Клавдии Меркиль, и мы всем мобом поселились с Чумычкиным в номере люкс. Курили гашиш, бухали и пороли питерских проституток. Вечером поломились на концерт. Идиллия оказалось жестокой. Gorky Park разогревал толпу на фоне чёрной тряпочки, им дали четверть света и звука. В общем, впечатление создавалось так себе. А как вы хотели? Шоу-бизнес! Концерт Scorpions чётко взбодрил нам дух. За три дня пребывания в Питере мы прочувствовали всю мощь западного рок-шоу-бизнеса. После этого с новым рвением стали готовиться к фестивалю «Музыканты за мир».

1 мая 1988 г. начался фестиваль «Музыканты за мир». Как же я ждал этого часа выступить в Зелёном театре – в лучшей летней площадке МСК. На наши выступления собиралось от трёх до восьми тысяч человек, и это на протяжении целой недели. Вообще, я всегда любил концерты в Зелёном театре ЦПКиО им. Горького, здесь самая большая сцена во всей Москве, открытый воздух и всё такое прочее. За неделю мы дали десять концертов и круто отточили новые вещи, такие как «Героин» и «В шторме викинг и меч».

Каждый день мы поглощали чудовищное количество бухла.

Аппарат выставлял наш полуспонсэр Андрей Воронков, он требовал, чтобы мы играли не в репкомнате, а на сцене. Ему было необходимо проверять аппаратуру – сгорит она или нет? Если «Коррозия» дико зарубила и пищалки отправились в ад, значит, претензии к поставщикам деталей, если ничего не сгорело, значит, претензии к «КМ» – плохо играли!

Каждый день происходили супертриллеры и угарные случаи. Запомнился такой прикольный инцидент. После песни «СПИД» я спросил у зала:

– А есть ли среди вас больные СПИДом?!

Тут же воцарилась гробовая тишина. Тогда я от балды сказал, что знаю одного больного СПИДом:

– Это наш звукооператор Лысый!!

Начался дикий шугняк, и менты тут же арестовали Лысого. Стас принялся доказывать, что это шутка, но менты – они и в Африке менты, не поверили до тех пор, пока Лысюка не обследовали в 1-й Градской больнице.

Не обошлось и без трагедии. Наш сумасшедший пиротехник Бонфайер слишком много зарядил пороха и взорвал наш талисман – скелет Рудика Гнилого (тот после смерти официально завещал свой скелет могильному шоу «Коррозии»). Рудик оставался хорошим парнем и после смерти. В глазницы его черепа вставляли лампочки, руки дёргали за верёвки, взрывая петарды. Нам удалось собрать только фрагмент челюсти, берцовую кость и ещё немного мелких осколков.

Последний гала-концерт в ЦПКиО завершился мощным джем-сейшеном, когда на сцену вывалили музыканты из десяти групп и исполнили Smoke on the Water. На улице шёл дождь, и девять тысяч зонтов приветствовали торжество российского металла…

Фестиваль «Музыканты за мир» был уникальным случаем, восемь дней мы ходили как на работу, а публика как на учёбу. Около 1500 человек посетили все 10 концертов.

Через две недели после фестиваля «Музыканты за мир» «Коррозия» с новым директором, алкашом Женей Батлером, отправилась на рок-фестиваль в Одессу. По приезде мы тут же купили два ящика сухого вина по 1 руб. 20 коп. и поселились в пансионате, где жило еще примерно 15 различных рок-групп.

Вскоре мы поняли, что в Одессе очень много мошенников. В дальнейшем, когда мы приезжали в Одессу, с нами всегда случалась какая-нибудь хе*ня, хотя при этом не обходилось без супервесёлых уматных приколов.

В первый день фестиваля «Коррозия» не выступала, и после концерта началось дикое бухалово. Около часу ночи пришли Гарик Сукачёв, Галанин («Бригада С») и многие другие. Сначала пили на брудершафт, а потом начался беспредел. Вскоре музыканты всех групп вывалили на улицу и принялись пить, петь и орать. Сакс погнался за Ящером, а догнав, дал ему хорошего пендаля, а Ящер вылил Саксу на голову батл портвейна. Сакс и я схватили огнетушители и облили ржавой пакостью кучу людей. В том числе трёх клёвых девок, которых тут же под предлогом постирать вещи заманили в номера и оттрахали во все дыры. Одна девка совершенно голая выбежала на улицу, Женя Батлер стал за ней гоняться. Вскоре поймал и стал трахать, а в приливе кайфа выблевал на неё содержимое желудка (около 5 бутылок портвейна, тухлые котлеты, хлеб и разную другую непереваренную гадость) и тут же вырубился, а девка убежала. К нему в кровать подложили Лысого, который уже был «в дрова», прямо башкой в харчи!!! Боров с Саксом сломали несколько перегородок и скамеек, а Гарик Сукачёв со мной и другими типами исполнили рок-оперу, одновременно блюя на газон.