Сергей Троицкий - Битва за водку

– Лена! Ай вонт литл ка-ка!

– ОК!

Я не придал значения этой фразе, по-прежнему пялясь в телик, а Лена, вздыхая, попёрлась за фирмачом.

Не знаю, сколько они там отсутствовали, но вскоре Лена появилась в комнате и позвала меня на кухню. Она была полностью голой, в просвечивающем халате с модным выбритым сипом, что пока ещё не было распространено в СССР, ввиду отсутствия удобных гатжитов от «Жиллет» и «Вимея». Я взял шампанское, сигареты, а потом попёрся на кухню. Долгой прелюдии не было. Она взяла в голову. Секс получился быстрый, но фантастический. Такой рай может быть только под «чуйкой».

В принципе секс, сам по себе, «движение механическое» и для нормального парня не может являться дичайшим культом поклонения. Однако секс под «чуйкой» – это уже из области фантастики.

Мы выпили ещё шампанского и закурили. Она не стала долго выносить мозг и сразу перешла к делу:

– Слышь, Паук, у меня трабл с иностранцем.

– Блин! Честно говоря, я не при делах, я чисто гость, но…

– Это не важно. В общем, расклад такой. Америкос копрофаг.

Значение этого слова я догонял смутно, тем более после фантастической «чуйки».

– Вот из зис?

– Да что тут не понимать?! Говорю на русском. Он хочет, чтобы я его дико обосрала и обоссала в ванне. За это он башляет пятихатку баксов.

– Какой прекрасный бизнес! Заходишь посрать на толчок, а выходишь из дабляка уже с пятихаткой зелени!

– Это очень выгодно!

– Ещё бы! Срать за деньги! Директора мясных отделов о таком даже и не мечтают!

– Но сейчас я не хочу срать. Вернее, не могу. Ой, мама, что же делать!!!

Лена была ох**тельная. В СССР валютными проститутками работали только самые красивые тёлки и супермодели. По слухам, они проходили жёсткий кастинг на Лубянке. Вощем, хайр до пояса, моднейшие батоны, треугольник, лабутены, всякие маникюры, колечки, браслетики, пирсинги и прочие фишки. Всё аналоговое, без силикона и химии. Такую ночную звезду хотелось постоянно иметь. Я проникся к ней расположением и страстью. Хотел помочь и получить свою долю в баксах. Пришлось проводить мозговой штурм.

– Говорят, слабительное пурген помогает. Понос будет, словно ураган!

– Ну и где в четыре утра мы купим этот пурген?

– К гадалке не ходи, в ночной аптеке на Лубянке.

– О, точно! – Она схватила радиотелефон и набрала номер спецтаксёра.

«Ночная аптека на Лубянке» была культовым злачным местом. Во всех соседних подворотнях промышляли торговцы дефицитными лекарствами, наркотиками и транквилизаторами. Так советская система нещадно наживалась на болезнях людей и на ломках наркоманов. Предположим, ночью у диабетика из мясного отдела случался приступ, ночью редкие лекарства он мог приобрести не просто по дефицитно-спекулятивной цене, а ещё от этой цены в три конца. Особый тип клиентов – наркоманы на ломках. Они приобретали морфий, релаху или элениум. Говорят, гонцы от Владимира Высоцкого были постоянными клиентами ночной аптеки. Точка находилась ровно напротив КГБ. Соответственно, торговцев снадобьем крышевала эта структура, в ее задачу входил мониторинг и сдача клиентов.

Шушеру и уголовников сразу принимали, мясных магнатов сначала пытали, а потом те давали подписку о сотрудничестве, то есть сдавать клиентуру своей лавки – таких же ворюг и коррупционеров. ВИП-персоны отслеживались, и ГБ всегда знала, за что их можно притянуть.

Лену ждало разочарование, в телефоне я услышал следующее:

– У ГБ и ментов какие-то рамсы. Менты сделали налёт на точку. Выяснилось, что релаха шла со склада ночной аптеки. В общем, там шас шмон, лавка на переучёте и не работает.

Она в ярости швырнула трубку и стала подкусывать изящные ноготки. Я её успокоил:

– Бейби! Не печалься. Есть масса способов добиться быстрого поноса. Например, сходить в заводскую столовку, в вокзальный буфет, в пельменную. Или сожрать тухлой ливерной колбасы!

Она взорвалась:

– Да не буду я жрать ливера и заводскую тухлятину. Я себя не на помойке нашла! Я! Я! Я!

Она зарыдала и прижалась ко мне. Такая нежная и трепетная, словно ангел. У нас продолжился секс. Когда всё произошло, она утёрла слёзы и как ни в чём не бывало сказала:

– Где этот тухлейший ливер и ёб**ая мерзкая заводская лоханка?!

– По всей видимости, в холодильнике.

Я открыл дверцу «ЗИЛа», но там красовались только суперпродукты из «Берёзки» и лавки мясного магната. Ломти вкуснейшей ветчины, литровые банки чёрной и красной икры, рижские шпроты и горбуша. Финский сервелат, костромской сыр, томаты в собственном соку, консервированные персики и ананасы, окорока севрюги и балыка, крабы в банках, крымская лавандовая сметана и тому подобный стафф.

– Ты обалдел, что ли? Где ты видишь тухлятину? Мама, почему мы не в пролетарской хате?

– О, идея! Можно проломиться к соседям и поменять это на тухляк?!

Однако я вспомнил, что уже 4.30 утра. На улице вовсю светало. Надо было действовать.

– Тащемта, давай не будем еб*ть мозг с тухляком, а просто смешаем несовместимое.

– Я не буду хавать мерзкую мешанину!

– А тебя никто и не заставляет жрать мешанину. Сначала пожри икру и рыбу, запей кефиром. Потом закусишь шпротами и лимонными дольками. Далее выпьешь молоко и сожрёшь селёдку. Потом еб*ёшь ананасов и запьёшь это дело водой из-под крана. Вдогонку пару бокалов шампанского и, например, анальгин, чтобы тебя не крутило.

500 американских баксов на дороге не валяются. Если мужик твёрдый как скала, может, закусив удила без всякой прибыли, ломиться на мифическую гору Эверест, то девицы в своих помыслах тверды как гранит лишь в том случае, если 500 у. е. не мифические, а реально осязаемые.

Она, как робот, достала всё из холодильника, красиво нарезала и разложила, после чего мы уселись за романтический завтрак. Через несколько минут она стала улыбатца и облизывать пальчики:

– Какая вкуснятина!

Я тоже откушал яств, но, естественно, не стал смешивать шпроты, молоко, селёдку и ананасы, запивая водой из-под крана.

– Да, клёвейше! Особенно балык и чёрная икра!

– А крабы просто чудо! Слава богу, что мы не на пролетарской хате!

Вскоре в её животе забурчало.

– Паук! Кажись, началось! Как ты думаешь, когда после бурчания начнётся понос? Можешь послушать?

Я приложил ухо к её животику, как это постоянно делал полгода назад, а потом подъе**ул:

– Опа! Это не понос! Ты беременна! Это не бурчание, это просто ребёночек пердит!

Она чуть не подпрыгнула до потолка!

– Чё ты несёшь?! Какой ещё ребёночек? От кого?

– Да я откуда знаю? Хоть от меня!

– Ой, не е*и мне мозг! Мы с тобой трахались всего пятнадцать минут назад!

– Всё правильно! Пятнадцать минут назад! Ты съела литр икры, а это значит, что получила 100-тонную дозу белка, при котором живой организм развивается в 10 000 раз быстрее. Если умножить 15 мин. на 1000, получится 15 000 мин.