Александр Андреев - Главное - воля!

Елка еще раз оглядела собравшихся на совещание французских генералов.

"Не нравятся мне их морды. Упертые какое-то".

"Мы им тоже не нравимся" — фыркнула Аликс.

— Господа, я понимаю ваше желание наконец-то отомстить Германии за Седан и Вторую Империю в целом… Но надо же учитывать реальность!

Выражение сурового непреклонства на генеральских лицах посуровело еще более. Французские генералы верили в порыв — "Элан" — и не верили в логику. Которая была проста, как яблоко в разрезе.

"Они что, не понимают, что после того, как Миротворец обменял русские штыки на французское золото, у немцев попросту нет другого выхода?"

"Понимать-то понимают. Но верить — отказываются".

После заключения франко-русского соглашения 1894 года война на два фронта превратилась из вероятной возможности в неизбежность. При этом военные возможности Третьей Республики были сравнимы с немецкими, в то время как Дунайская монархия сразится с Российской Империей "один на один" была не в состоянии. Использование же сухопутных сил Италии, третьего участника Союза Центральных Держав, было затруднено по географическим соображениям.

"Угу. А еще потому, что итальянцы с австрияками на ножах с момента возникновения новой Италии" — Елка прищурилась, вспоминая, как "хорошо" всё начиналось…

— Первые наброски плана войны на два фронта принадлежат еще великому Мольтке. Собственно, Мольтке, который все свое стратегическое планирование строил на железнодорожных картах, описал основополагающий принцип решения задачи: воспользовавшись мобильностью, которую обеспечивали одиннадцать сквозных железнодорожных линий, связывающих Западный и Восточный театры военных действий, разгромить войска противников поочередно. Это очевидно, не так ли? — делающий сообщение союзникам молодой генерального штаба подполковник Стремоухов, уже собаку съевший на докладах Высоким Особам, привычно вошел в режим лектора. — Это означает, что Германия должна стремиться к быстротечной военной кампании, нам же с вами выгодно затягивание ее. Подготовку ТВД [47] Театр Военных Действий. стороны осуществляют в соответствии с этим принципом. Франция отгораживается от Германии линией крепостей Туль — Эпиналь — Бельфор — Верден. Россия принимает в качестве оборонительной меры более широкую железнодорожную колею, что практически лишает немцев возможности использовать русскую железнодорожную сеть, и эвакуирует западный берег Вислы. Германия всемерно улучшает работу железных дорог и вкладывает деньги лишь в две крепости — Кенигсберг на востоке и Мец на западе. При этом обе они мыслятся как укрепленные лагеря, взаимодействующие с активными полевыми войсками. Важнейшей проблемой в этих обстоятельствах является выбор направления первого удара. Затяжная мобилизация в России вынудила Германский Генеральный штаб поставить первоочередной задачей разгром Франции. Тем самым подразумевалось, что немцы готовы пойти на риск потери Восточной Пруссии и, возможно, всей Австро-Венгрии.

Тут французы не спорили. Глупо как-то спорить с очевидностью. Главной целью боевых действий является уничтожение армии противника. Если же армии нет — то и уничтожать нечего. Не так ли?

— Оправдать такой риск может только быстрая и полная победа над Францией. Вошедшая во все учебники военного искусства оперативная схема 1870 года не может устраивать Большой Прусский Генеральный штаб по причине медлительности. Добиться "идеального конечного результата" в данном случае возможно только за счет осуществления операции на окружение. Поскольку по условиям местности и составу сил Германия не имеет возможности произвести двойной обход, была принята асимметричная оперативная схема. Главный удар наносится правым крылом. Это крыло, развернутое на 2/5 протяженности Западного фронта, включает, по предварительным наметкам, от шестидесяти восьми до семидесяти пяти процентов всех наличных сил Германии. План создаёт колоссальное оперативное усиление. Активный Западный ТВД получает 7/8 войск, причем 5/6 из них направляются на активный участок.

Подполковник развернулся к гимназического вида доске, взял мел:

— Таким образом, план германского ГенШтаба последовательно логичен. Пункт первый — война с Францией неизбежна.

На доске появилась цифра "один" и надпись "Война неизбежна".

— Пункт второй. В сложившихся политических условиях это может быть только война на два фронта, — цифра "два" и надпись "Война на два фронта". — Пункт третий. При заданном соотношении сил единственная возможность выиграть такую войну — это разгромить войска противника по частям, воспользовавшись преимуществом, которое предоставляют действия по внутренним операционным линиям.

После цифры "три" Стремоухов черкал мелом долго. "Преимуществом Германии является возможность разгрома противника по частям при опоре на внутренние операционные линии".

— Пункт четвертый. По условиям и местности быстрая победа над русской армией невозможна. Следовательно, первый удар должен быть нанесен на Западе, — а вот теперь запись короткая. "Первый удар — на Западе". — Пункт пятый. Французская армия должна быть разгромлена до полного развертывания сил русских. Это может быть осуществлено только в рамках операции на окружение. Пункт шестой. Ввиду нехватки сил маневр на окружение должен быть асимметричен. Пункт седьмой. Французская линия крепостей не может быть быстро прорвана и, следовательно, должна быть обойдена. Пункт восьмой. Такой обход можно провести только через нейтральную территорию, Бельгию или Швейцарию. По условиям местности второй вариант неприемлем.

Подполковник закончил писать на доске, после цифры 8, "Обход — через Бельгию", положил мел, отряхнул ладони и вытер руки мокрой тряпкой. С вызовом глянул на обильно расшитые золотым галуном французские генеральские мундиры.

Вот тут-то, ухватившись за паузу в лекции, французы и начали возражать. И ни Елка, ни Аликс не могли им ответить. Её Величество и так присутствовала на совещании на птичьих правах. "Три К", будь оно проклято! А наличествующие на совещании бородатые генералы, всё — реликвии "времен Очакова и покоренья Крыма", возражали бы сами, если бы им кто позволил. Ники и начальник Генерального Штаба не позволили, однако это было всё, чего им удалось добиться. Сомнений этих ископаемых опровергнуть не удалось.

Поскольку предпосылки у сомнений были. И веские. Да, план предусматривал необходимость нарушить нейтралитет Бельгии, гарантированный всеми великими державами, в том числе самой Германией и Великобританией. Да, вступление в войну Великобритании, крайне негативную позицию США и иных нейтральных стран. Да, к вооруженным силам противников Германии, и без того превосходящих немецкие, добавлялись шесть бельгийских дивизий и три крепостных района — Льеж, Намюр, Антверпен. Да, противнику "сдавалась" Восточная Пруссия, Галиция, Эльзас-Лотарингия, Рейнская область! Ни одна операция не требовала такого серьезного обеспечения и не подразумевала столь огромного риска. И все это — только ради выигрыша темпа!