Анна Гурова - Черный Клан

Я судорожно вдохнул, словно из омута вынырнул.

Валенок выругался еще замысловатее.

Грег держал обе руки перед собой на отлете, словно они были из раскаленного железа. По его лицу я понял, что рано обрадовался.

— Алекс, — резко выкрикнул он. — Выдыхай огонь!

Я окинул растерянным взглядом квартиру.

— Прямо тут?! Но ты же мне запрещал… Я тут все подожгу!

— Это приказ!

Я отключил мозг и выдохнул. Вокруг разразился огненный шторм.

Время остановилось. Драконьим взглядом я схватывал все подробности — мелочи, не имеющие значения ни для кого, кроме меня.

Как полыхают кучи книг, которые я собирал годами, — в воздухе, словно стая горящих птиц, вьются сотни пылающих страниц…

Как на дереве чернеют и скручиваются листья… Я почти слышал, как кричит авокадо, сгорая заживо…

Как со звоном вылетают стекла от ударной волны…

Как лопаются лампочки в качающейся люстре…

Компьютер расплавился, монитор треснул…

Резкая вонь, клубы черного дыма — загорелись покрышки от «Жигулей»…

Занавески всколыхнулись, как огненные крылья.

На полу шевельнулась Маркета — просто горящая бумажная кукла. Огонь превратил ее в горстку пепла за секунду.

Пришел конец моему логову. Осталась обгорелая бетонная коробка в многоквартирном доме. Безликая и страшная. Ничья.

Вся моя прежняя жизнь за один миг превратилась в пепел.

Я сам ее уничтожил.

Остались только три дракона среди треска и гудения пламени.

Нет — один дракон и два человека!

Грег и Валенок почему-то не превратились.

На миг я заледенел от ужаса. Потом увидел пылающие печати на их лицах и руках, и слегка отпустило. Грег опустил одну руку на плечо Валенку, другую поднял и сложил пальцы в незнакомый мне знак.

— Это уже перебор, — просипел Валенок — черный от сажи, борода дыбом, на черном лице звездочками светятся Гвозди.

Горячий воздух вибрировал вокруг него, сдерживаемый печатями. Огонь обтекал их обоих, словно они были заключены в прозрачном коконе.

Сияние печатей быстро бледнело. Грег неожиданно покачнулся и упал бы, если бы его не подхватил Валенок. И тут же сам рухнул на пол вместе с Грегом.

Сразу запахло палеными волосами.

Эта вонь пробудила меня от оцепенения. Я схватил их обоих и вылетел в лопнувшее окно. Выхватил их прямо из огня за миг до того, как печати Грега окончательно погасли.

Я взвился над крышей, как реактивный снаряд, но, оказавшись высоко в небе, не удержался, чтобы не оглянуться. Пламя рвалось наружу из всех трех окон. Горящая занавеска казалась огненной лапой, которой родное логово махало мне на прощание. Не превратившись в соляной столб, я сделал круг над домом, перелетел через улицу, железную дорогу и опустился на плоскую крышу какого-то промышленного корпуса.

— Грег, куда летим? Эй, парни? Вы живы?

Грег с Валенком не отозвались. Валялись на крыше бездыханные — чумазые, обгорелые, с такими же бумажно-бледными лицами, как было у Маркеты перед смертью. Я невольно представил, как у Грега отрывается голова и наружу валят ядовитые споры, и меня мороз продрал по коже.

Теперь я понимал смысл его приказа. Он спас меня, когда приказал выдохнуть огонь. Я очистил легкие. А они — нет. Они ведь не огнедышащие. Надышались этой дряни и теперь умирают.

Я принял человеческий облик и склонился над Грегом, осторожно приподнимая его голову. Он открыл невидящие глаза и закашлялся. Изо рта вырвалось дымное облачко. Похоже, эта дрянь разрасталась у него внутри… Мне стало так худо, даже руки стали плохо слушаться. Что я могу сделать?! Что я буду делать без него? Без них обоих?!

— Грег! — заорал я в отчаянии.

Глава клана не отозвался. Зато рядом пошевелился Валенок. Потянул руку к горлу. Я кинулся к нему, помог сесть. Байкер-убийца кашлял, опираясь руками о крышу, и не мог остановиться. Споры летели у него из рта, из носа… кажется, даже из ушей.

— Воды нет? — прохрипел он. — Горло дерет…

— Нет… я могу слетать…

— Не надо, хрен с ней. Что это за черное дерьмо? Чувствую себя как парализованный… — Валенок помолчал и сказал шепотом: — Не могу превратиться.

Мне почудился в его голосе испуг. Впервые с нашего знакомства. Ха! Я и не знал, что Валенок способен испытывать это чувство.

— Как думаешь, пройдет?

— Должно бы, — неуверенно сказал я, посмотрев на Грега.

Тот лежал как мертвый и вроде бы уже не дышал.

— Что будем делать? С Грегом что-то совсем паршиво…

Валенок взглянул на Черного лорда, нахмурился. О чем-то подумал, угрюмо посмотрел на меня.

— Полетели, — сказал он, внезапно решившись. — Тащи нас скорее к кургану.

— Куда? — не понял я. — Какому кургану?

— Помнишь, где ЛЭП? Куда мы ходили, когда ты сказал, что хочешь вступить в клан?

— А, этому…

Конечно, я помнил. Высокий холм непонятного происхождения на пустыре, по соседству с метро «Старая Деревня».

— И что там?

— Могильник высокотоксичных отходов.

— Но…

— Это мое гнездо, — буркнул Валенок.

— Гнездо, — повторил я, ошеломленный.

Слова Валенка сразу все объяснили. Грега могла спасти только энергия гнезда — своего или чужого. Пожалуй, в данной ситуации это был единственный способ реально и быстро ему помочь. Валенок был готов ею поделиться. Но ему пришлось выдать информацию о гнезде мне. Он туда Грега сейчас дотащить не мог. Да и сам вряд ли добрался бы.

Я вдруг сообразил, что в этот миг все они оказались в моих руках. И Валенок, и Грег, да и весь Черный клан.

Курган срезанным конусом высился на пустыре среди шелеста трав и мелодичного гудения высоковольтных проводов. Вокруг не было ни души. Только редкие огоньки светились в окнах новостроек по ту сторону полосы отчуждения.

В прошлый раз я не обратил внимания, а холм-то был полый. Сбоку в него вела дверь: железная, украшенная белым черепом с костями, а также наскальными росписями авторства местной гопоты.

Тут мне смутно вспомнилось, что я слышал об этом могильнике, только понятия не имел, где он и как выглядит. Он принадлежал какому-то дружественному НИИ.

Коллеги, кажется, там что-то закапывали. Да и наши подсыпали. Но это проходило мимо моего отдела, и я давно выкинул ненужную информацию из головы.

Валенок, опираясь на меня, открыл дверь ключом. Дверь оказалась толстой, как сейфовая. Или как дверь бомбоубежища. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Повеяло затхлым воздухом и какой-то неприятной химией. Ночным зрением я смутно видел бетонный коридор, уходящий в холм. Мы с Валенком затащили туда Грега и прикрыли за собой дверь.