Ма. Лернер - Страна Беловодье

– Нашими силами в лоб идти нельзя, – хмуро сказал боярин Джорен. – Мы не на войну собирались, а Севастьяна поучить.

Ливу он никогда не нравился. И своим желанием вечно уступать наглым соседям, лишь бы не портить отношения, и попытками примучить под свою власть как можно больше сел. Давал в долг или иными путями загонял в кабалу. Фактически почти вся торговля шла через него, и богатствами давно затмил остальных бояр, вместе взятых. Половина Готсбурга ела с его руки, вторая крепко думала, кого в ближайшем будущем поддержать.

В готской земле не имелось князя, а был выборный властитель. Это место занимал много лет по заслугам его дед, но он был не вечен. Со смертью Старого непременно придется столкнуться со скользким и достаточно неприятным типом, надеющимся, склонив голову перед словенами, сохранить часть власти. Даже стать одним из княжеских ближних людей. Все равно тому придется опираться на знающего местное население, так почему и не он.

– Слишком много крови выйдет, – пробурчал Радбуд.

Этот был скорее осторожный, чем мыслил о предательстве. Впрочем, результат в конце одинаков. Драться станет исключительно когда придут лично в его гард.

– Реки́ нам не перекрыть, – он показал на ушкуй с медвежьей головой на высоком носу.

Лишнее доказательство, что в деле замешаны княжеские люди. Уж очень приметное судно, и отнюдь не торговое или грабителями на скорую руку построено. Здесь не меньше тридцати человек на веслах сидят, а благодаря симметричным образованиям носа и кормы корабль способен, не разворачиваясь, моментально отойти от берега, что приходилось часто делать при набегах.

Боярин прав, осада тоже не подходит. Да и сил таких, откровенно говоря, нет. Лив имеет под рукой собственных три десятка бойцов, и штурмовать стены в одиночку бессмысленно. А эти не пойдут, прикрываясь словами о цене крови и тяжких потерях. Будто не понимают, что в следующий раз будет еще сложнее. А победив, все равно придется брать укрепление.

– Я могу сделать устройство для подрыва ворот или стены, – влез без спроса в беседу старших Данила.

Вот этот был пока не ясен: слишком мало знакомы. Связи с члагами достаточно подозрительны, но с теми все одно приходится постоянно дело иметь. Если не ручной, так дружественный торговец в этой ситуации пригодится. Как бы ни повернулось, теперь придется окончательно переключаться на Смоленск, и он может оказаться полезен.

– Ты? – вскричал пренебрежительно Джорен. – И много приходилось воевать?

– Как долго подрывной механизм делать? – спросил быстро Лив, ненавязчиво затыкая боярина и не позволив принизить своевременного советчика.

– Ну не сразу, – признался парень. Джорен громогласно хмыкнул, махнув рукой, и отвернулся. – Специальный котел металлический отлить и доску, на которую он навинчивается…

– А потом? – неожиданно заинтересовался Радбуд, выслушав подробности о весе и размере и убедившись, что двух-трех человек достаточно для переноски.

– Подойти вплотную ночью и, воткнув крюк, подвесить в нужном месте. Поджечь запал.

А ведь сработает, подумал Лив без особой радости. Стоит таким штукам доказать полезность – и достаточно быстро распространится. Завтра уже и́м ворота темной порой вынесут, прежде чем сообразить о нападении успеют. Опасные люди оружейники, а этот еще и с фантазией. И ведь прибить потихоньку жалко, да и Старый приказал парня не трогать. Напротив, быть предупредительным. Он хочет получить «ключ» к Смоленску. А как бы еще и оттуда татей не навести.

– Мы не можем ждать, – сказал вслух. – Проще надо. Я сам со своими людьми ворота открою. Вам только надо войти и всех сопротивляющихся перебить. Справитесь?

Последнее было откровенным издевательством, и все присутствующие прекрасно это понимали. Отказаться теперь не могли, не вызвав обвинения в трусости и других столь же неприятных вещах и не получив в дальнейшем серьезных неприятностей. Кроме того, любой из бояр с удовольствием посмотрит, как наследник Отрана свернет себе шею, открыв тем самым дорогу к власти.

– Ты уж сам не оплошай, – сказал уязвленным тоном на неприятный намек Радбуд. В отличие от Джорена, он был настоящим воякой и покрошил в жизни немало врагов. Потому представлял реально, что Лив собирается сделать и чем может закончиться ночная вылазка.

Лив отошел от остальных подальше, огибая крепость по дуге. Его личный десяток из самых преданных следовал сзади, получив на прощанье краткий инструктаж. Гридни все тертые, не в одной переделке побывали и сами прекрасно умели действовать. Тем более что про его умения они все в курсе, в отличие от Данилы, и удивляться не собираются. Собственно, об этом знали среди готов все, от мала до велика, но мало кто видел. В основном на уровне слухов, и кое-кто принимал за очередную занятную байку. Вот и не надо давать лишних дров для костра сплетен.

Проверил, не видно ли его остальным, и принялся раздеваться. Положил одежду и нож в котомку, рядом бережно поставил меч. Скоро он в них нуждаться не будет, а Питер обязательно приберет и принесет. Топориков оставлять не стал. Не приходилось слышать, чтобы лешие пользовались в драке оружием, но он не вполне нормальный лесовик, без правильного воспитания. Лишний коготь пригодится.

Даже не стал присаживаться, привычно вгоняя себя в транс. И так достаточно возбужден и в полной готовности. Изменяться всегда было больно, и не каждый мог проломить барьер, он свыкся еще малолеткой. Неприятно, зато полезно. Ему. Обычных людей неординарное зрелище приводило в ужас, и он старался не проделывать этого на глазах посторонних. Приходилось уже видеть, как наваливали от испуга в штаны. Догадываться об его умениях могли сколько угодно. Даже полезно – боялись. Знали подробности немногие. Свои да больше никому уже не рассказывающие.

Как это происходит, никто объяснить не мог. Все знали – магия. А копаться в себе и анализировать подробности желания не возникало. Все дело в крови. Достаточно. Слишком четко просчитывались родственные связи, чтобы сомневаться. Кто имел в роду лешего, тот и мог изменяться. Слишком мало их осталось, и никаких сомнений.

Давая второй лик, кровь одновременно и мешала. У баб выкидыши через раз, и ко всему еще в детстве младенцы часто помирали. Перейдя определенный возраст, практически не болели, но на первых порах куча проблем с детьми. За все приходится платить. За дополнительные возможности – вдвойне.

Кости двигались с неприятным звуком, мышцы менялись. Три сотни ударов сердца – и под елкой стоял уже не прежний человек. Гораздо ниже, более мускулистый, намного сильнее и выносливее. И вместо человеческой головы у него присутствовало нечто странное. Вытянутая морда с острыми редкими зубами. Еще и покрытая ромбиками твердой чешуи. Ближе всего по виду к ящерице. Специально проверял отражение в воде и пытался сравнивать. Нет ничего соответствующего в природе. А на дракона из сказок он не тянул: тело все-таки человекообразное.