Наталья Бондарчук - Единственные дни

Олениха Лена наслаждается жизнью в нашем зеленом вольере, ведь до этого она была в железобетонной тюрьме в зоопарке, а траву видела только сухой и жадно ждала подачек зрителей. Олениха наклонилась к цветам, но есть их не стала, только понюхала. Олененок несколько раз выходил к нам на крупный план. Весело скакал по полянке.

Приехали Коля с Ванюшкой, которому предстояло прожить непростую судьбу оленёнка Бемби. Ваня подготовил самый дорогой для меня подарок – дневник с отличными оценками. Костюмов для съемок Вани нет, пришлось буквально засунуть его в цветы, из которых он забавно выглядывал.

Приехала Оля Матлахова, наша дрессировщица, со зверушками – хорьком, кроликом, черепахой. Утром следующего дня поехали с Олей в зоопарк, но троллейбус увез нас в другую сторону, и мы прибыли на главный рынок. Здесь я за крупную сумму, 2 рубля 50 копеек, купила «нового друга» Ивану и нового актера – кролика Пушистика. Пушистик благополучно прибыл в гостиницу. Здесь он уморительно привел себя в порядок: умылся двумя лапками сразу, почистил брюшко и очень смешно чесал лапкой за ухом. Наш пес Чудик его охранял, и у них сразу установились прекрасные отношения.

Наблюдая за уморительной крошкой, страшно было вспоминать, как нам его выбросили за шкирку, как кусок мяса на съедение, как страдала крольчиха на жаре с новорожденными крольчатами. А как изнывали на бетонированном полу олени, мучились волки и медведи в пионерском зоосаде. Все острее я чувствую боль и страдание животных, их страшное положение. Где выход? Сделать всех людей вегетарианцами?..

Вот и начало первых съемок с актерами.

После первого кадра, как и полагается, разбили тарелку.

Бемби-Ванюшку сняли висящим вниз головой. Шура Крупников шутил: «Сейчас увидим, чем ты пообедал». Ванюшку посадили на стул, я собственноручно засунула пару карасей ему за пазуху и окатила водой. Сверкая каплями на лице и глазищами, Ванюшка счастливо улыбался, просил извинения у рыб и отправлял их в ведро. После съемок Ванюшка сам отправил оставшихся карасей в озеро.

Я окончательно переселилась в Краснолесье. Пошла гулять, несмотря на дождь. У вольера стояла олениха Лена, обнюхала мои руки. А я полюбовалась, как она грациозно ест мокрые веточки и листья, окатывая себя брызгами. Все больше прихожу к выводу, что необходимо создавать национальные парки, а не зоопарки, где дети видят зверей в клетках. «Детки в клетке» – это звучит чудовищно. Вечером устроили цирковые номера с нашим кроликом Пушком. Он лизал мне подбородок, потом хозяйничал на столе, вставал на задние лапы и ел ромашки из букета. Играл с грецкими орехами, потешно мылся язычком и тер свою головенку, чесал лапкой за ухом. Ольга принесла хорька, и он танцевал по всей комнате. В общем, живем в мире животных: две собаки – Дина и Чудик, котенок, кролик, два совенка и шкодливая ворона Дези.

На следующий день в невыносимой жаре мы с Ванюшкой вышли на поляну. Маки еще буйно цветут, Саня снимал с крыши камервагена. Оленушка чувствовала себя под солнцем тяжело и была строптивой, а крольчонка пришлось всего вымазать, пока он стал чуть-чуть облизываться.

После трудового дня поехали купаться на речку. Вода сняла усталость. Обратно счастливый Ванюшка ехал на лошади с Олей. «Это самое счастливое время, хоть бы “Бемби” не кончался», – сказала Ольга.

Так у меня в памяти и останется навсегда: невообразимый простор, горы вдали, цветущий нежно-розовый шиповник, двое на лошади – малыш и девушка – и черная собака, путающаяся под ногами.

Вчера ночью кто-то срезал 30 метров сетки с вольера, Оленку отловили на соседней поляне. Кому это было нужно?

Олениха Ленка никогда не была в воде – ни в большой, ни в малой. А тут ее прикрепили к лодке веревкой и стали тянуть в озеро. Она упиралась изо всех сил, как могла. Пятеро мужиков не могли загнать олениху в воду, пока Марк не взял ее под уздцы и не вошел с ней в озеро. Ленка рванула к берегу, вынесла Марка из воды, но он перетянул ее и снова направил в озеро. Марк плыл с Ленкой, буквально оседлав ее. На середине озера Марк освободил Ленку, и она быстро и решительно поплыла прямо на камеру. Приплыла к берегу, но выходить не стала, отряхнулась, стоя в воде. Видимо, купание ей наконец-то понравилось. В природе олени с удовольствием купаются. Но наша Ленка, выросшая в затворе, в кутузке из железобетона, об этом не знала.

Оленушка без капризов была спущена на воду и проплыла невдалеке от лебедей. Из воды торчала головенка с поднятыми ушками.

Зайцы прекрасно плавают, в этом мы убедились сами: наш заяц спокойно поплыл, выбрался на сушу и отряхнулся. А второй, когда ему надоело сидеть на дереве, прыгнул в воду и поплыл к берегу. Затем мы поместили лебедя вблизи дерева с зайцем. Марк, придерживая лебедя, подвел его к зайцу, лебедь положил голову на зайчонка и даже погладил его своей головой. По сценарию лебедь усыновил зайца, и этот кадр нам был очень нужен. Картина понемногу складывается, обретает свою сказочную особенность, и это именно то, что нам хотелось сделать.

Опять я у Велги, в ее доме. Пасмурно, дождь, а на душе уверенность, что все будет хорошо.

И вот мы уже у оленя Демона в гостях. Вместо смешных роговых вилок на голове у Демона красуется большая корона в коричневых меховых чехлах, рога прекрасные, но еще мягкие, температура в них 40 градусов. Велга смело вошла в вольер. Мы закупили Демона, тем самым сохранили ему жизнь.

Разложили костер, ребята, стоя по колено в воде, нашли точку, вот и появился наш герой. Костер полили бензином, и я бросила спичку. Он вспыхнул так быстро, что меня чуть не опалило, ребята взяли камеру, а мы с Велгой остались один на один с Демоном. Никто не пожелал нам помочь, как мы ни возмущались.

– Возьми палку, – предложила мне Велга изрядный кусок древесины.

– Это еще зачем? – почти возмутилась я.

– Если ты увидишь, что Демон заложил уши, выкатил глаза, вот так, – Велга выпучила глаза, – то даже не сомневайся, это он идет тебя убивать, тогда ты ему со всей силы бей этой палкой промеж рогов…

– Я? – еще больше возмутилась я. – Палкой, оленя?

– Или ты его, или он тебя, – серьезно сказала Велга, – если он почувствует твою слабость, тебе конец. А снимать надо?

– Надо, – мрачно согласилась я и взяла дубину.

Я сделала всего несколько шагов по направлению к Демону, как тот буквально вырос передо мной во всю свою оленью стать.

– Вот, видишь, – грозно сказала я и показала ему палку.

Мне показалось, что олень ухмыльнулся, он заложил уши, выпучил глаза и пошел прямо на меня – «убивать». В последнюю секунду между мной и оленем встала Велга и так на него посмотрела, что у него даже ноги разъехались, он опустил голову и буквально подсунул ее Велге, чтобы та его почесала за ухом.