Игорь Ефимов - Феномен войны

На английских колонистах в Америке не лежала обязанность добывать сокровища и слать их своему монарху. Они могли развивать ремёсла, обрабатывать поля, разводить скот, вести торговлю с туземцами. У них был большой опыт самоуправления, они не нуждались в центральной власти для поддержания порядка внутри своих поселений. Король и парламент обеспечивали им военную защиту от нападений извне, поэтому они оставались лояльными подданными короны вплоть до 1775 года.

Аналогично протекала и английская колониальная экспансия в Восточном полушарии. В 1601 году флотилия из пяти судов, посланных Ист-Индской компанией, достигла Суматры. Привезённое ими для продажи сукно не нашло спроса у обитателей субтропиков, но железо, свинец, жесть были распроданы с такой выгодой, что корабли могли вернуться домой с большим грузом пряностей и с лихвой покрыли расходы на экспедицию. [289] Sears, Stephen W. (editor). History of the British Empire (New York: Heritage Publishers Co., 1973), р. 44.

Разрешения на торговлю выдавали местные правители, и их приходилось ублажать подарками. Опасность грозила не со стороны индусов, а со стороны конкурентов: португальцев и французов. Военные стычки с ними на море и на суше сделались неотъемлемой частью торговых операций. Пока Индия управлялась из Дели императорами династии «Великих моголов», европейцы могли, получив разрешение двора, устраивать свои торговые центры в прибрежных городах и не видели нужды в территориальных захватах. Английская торговая компания Ист-Индия имела капитал больше миллиона фунтов стерлингов и выплачивала своим вкладчикам 9 % годовых. [290] Churchill, op. cit., p. 284. Но когда империя моголов начала разваливаться в середине 18-го века, безопасная торговля сделалась невозможной. Английские купцы оказались перед выбором: уплыть домой или сражаться. Они выбрали второе.

Лидером военного противостояния начавшемуся хаосу стал молодой клерк компании Роберт Клайв. Дирекция выделила ему немалые суммы для найма солдат, закупки пороха и пушек. Первые победы Клайв одержал в боях с французами в 1748 году. Кульминации военное противоборство достигло десять лет спустя. В январе 1757 года небольшой армии англичан удалось отбить Калькутту, а в июне она сошлась с большим войском индусов у местечка Пласси. Под командой Клайва было несколько сотен европейцев и полторы тысячи сипаев. Противник превосходил его в 17 раз. Но четырёхчасовая артиллерийская канонада рассеяла армию индусов, и она в панике бежала. [291] Ibid. С этого момента доминирующее положение Великобритании в Индии утвердилось надолго.

Параллельно в Америке шла война с французами и индейцами. Поначалу англичане терпели одно поражение за другим. Летом 1755 года генерал Брэддок потерял две трети своего отряда, пытаясь взять форт Дукесне. Год спусття французы захватили форт Освего на озере Онтарио, а ещё год спустя — форт Вильям Генри на озере Джордж. Но к началу 1760-х подкрепления, прибывающие из Британии, переломили ход войны. Англичанам удалось войти в реку Святого Лаврентия, захватить Монтреаль, покорить всю восточную Канаду. Мир был подписан в 1763 году, и многие колониальные территории, принадлежавшие Франции, перешли под власть Лондона.

Как уже говорилось выше, лояльность колонистов по отношению к метрополии подогревалась нуждой в военной защите. Когда французская угроза ослабла, тяга американцев к независимости получила сильный импульс в сторону реализации. Все копившиеся обиды и недовольство поведением парламента по отношению к колониям начали пульсировать всё сильнее. Попытки обложить налогами торговлю, подавление протестов вооружённой силой, деспотичное правление присылаемых губернаторов постепенно раздувались в бурю Американской революции 1775–1783 годов. Но ей мы уделим внимание в следующей главе.

После победы над Наполеоном Англия возобновила расширение колониальных владений в Восточном полушарии. В 1816 году британская торговая фактория появляется в Сингапуре, в 1834 — в Южной Австралии, в 1841 — в Гонг Конге и Новой Зеландии. Вплоть до 1858 года захватываемые территории становились доминионами торговых компаний — не короны. Но эти компании платили в казну такие большие налоги (до 10 % от общего объёма поступлений), что королевское правительство всё чаще посылало войска и военные корабли для защиты их владений в Азии и Океании.

Чем дальше расширялась империя, тем чаще возникали военные конфликты на её границах. В 1825 году загорелась полномасштабная война с Бирмой, которая стоила Великобритании 13 миллионов фунтов и 15 тысяч погибших в боях и от тропических болезней. [292] Sears, op. cit., p. 150. Бирманцы, гордые своей древней цивилизацией, не хотели признавать технического превосходства пришельцев, продолжали провоцировать их, и двадцать лет спустя война возобновилась. Английский флот расстреливал из пушек старинные пагоды Рангуна, вся южная Бирма была аннексирована.

С запада к границам Индии приближалась угроза со стороны далёкой Российской империи. В 1829 году она победила Турцию и Персию, прощупывала слабые места Афганистана. Чтобы опередить её, было принято решение захватить Кабул и посадить на трон проанглийского ставленника. Но эта кампания обернулась полной катастрофой. Вторжение колонизаторов сплотило сотни разрозненных афганских племён и кланов, вдохновило их на восстание, и в 1841 году англичане и их сторонники вынуждены были бежать из непокорной страны обратно в Индию. [293] Ibid., p. 155.

В конце 1830-х начались конфликты в отношениях Ист-Индской компании с Китаем. Импорт опиума в эту страну был издавна важной статьёй индийской экономики. Потребление этого наркотика китайцами начало стремительно расти с того момента, как его научились курить, смешивая с табаком. Императорское правительство в Пекине пыталось вести активную борьбу с наваждением, казнило торговцев и даже курильщиков, конфисковывало контрабандный опиум, доставляемый из Калькуты в Кантон, грозило англичанам, что будет топить их корабли, если на них обнаружатся наркотики.

Отношение китайской правящей элиты к европейцам в те годы было окрашено высокомерным презрением и полной неосведомлённостью об их достижениях. Все они представлялись императорскому двору варварами, явившимися неведомо откуда, заслуживающими в лучшем случае снисхождения и жалости. И речи не могло идти о том, чтобы установить с ними отношения на равных. Для получения аудиенции у императора их послы должны были упасть перед ним ниц девять раз, иначе их отсылали ни с чем. [294] Ibid., p. 160.

Британское правительство занимало двойственную позицию. С одной стороны, оно не хотело открыто поддерживать торговлю наркотиком в своих владениях. С другой, большая часть доходов Ист-Индской компании оседала в казначействе в виде налогов, платимых ею. Министр иностранных дел Пальмерстон, веривший в «пушечную дипломатию», искал только повода, чтобы вмешаться. Китайский уполномоченный в Кантоне предоставил ему такой повод, конфисковав 20 тысяч ящиков опиума, находившихся на складах компании, и пригрозив арестом и казнью любому, кто будет пойман на котрабанде. Летом 1840 года двадцать британских фрегатов с четырьмя тысячами солдат на борту приблизились к берегам Китая. [295] Ibid., p. 163.