Александр Тиняков (Одинокий) - Стихотворения

И в сумерках путь он печальный свершил,
О времени хмуром он песни нам пел,
И в миг, когда день лучезарный всходил,
Ушел он от нас в замогильный предел.

Он умер… Заря величаво взойдет,
Растают туманы, рассеется тень,
А он уж нам песни своей не споет
Про солнце, про счастье, про радостный день.

Тучи сгустились. Не видно ни зги…
Громче кричат, торжествуя, враги.
Мы отступаем… Уходим назад,
Местью священною души горят.
Тени погибших за дело святое
Вьются над нами печальной толпою.
Мы отступаем, но снова придем,
Песню о братьях погибших споем.
Ринемся смело мы в бой за народ.
Жажда Свободы нас в путь поведет.

Где-то за гранью алмазною
Блещет заря огневая.
Слышится песня могучая,
Ветру и шири родная.
Сыплются розы пурпурные
В отблесках горного снега.
Душу смыкает молчание,
Чуется вечная нега…
Синей Печали мерцание…
Реки алмазные слез…
Груди и рук трепетание, –
Блеск умирающих роз.
Лебедя белого пение,
Шум неземной тростника…
Шепчут мне звезды: «Терпение»,
Душу целует Тоска.

Ты нежданно шутя прикоснулась
К струнам нежным, что в сердце моем,
И оно, как орел, встрепенулось,
Запылав многошумным огнем.

Пьяным роем Мечты прилетели,
Кто-то шепчет мне тихо: «Любовь»,
И Надежды, и Ревность запели
Свою песню могучую вновь.

Вновь мечтаю о береге мирном,
Где бы мог я от бурь отдохнуть,
И в восторге ликующем, пирном
В волнах Счастья навек утонуть.

Но я знаю, ты только смеялась…
Ты не можешь меня полюбить.
Ты спокойной и гордой осталась,
Одиноким остался я жить.

И до пристани мирной далеко,
Те же мертвые волны шумят.
Я опять поплыву одиноко,
Новым мраком и горем объят.

Поплыву, не надеясь на счастье,
Равнодушно живя для людей
И с сознаньем, что в море ненастья
Не видать мне Любви и огней.

Сгустилися тучи над русской землей.
Народные слезы горючей рекой
Всю Русь заливают от края до края,
Безмерной обидой и горем сверкая.
С отчаяньем хмурым идем умирать,
Забитая масса, крестьянская рать.
Сам (...) солдат провожает
И с доброй улыбкой (...).
Со звоном и пеньем (...) царя…
Неужто померкла Свободы Заря?
О нет, то (...)
(...)Отчизны
И знаем мы, (...) !
И весть о Свободе промчится над миром,
И справим победу (...) пиром
Всей грудью могучей вздохнет наш народ
И скажет (...) !
Вы (...)
Платили (...)
(...)
А то, что (...)
(...)
В счета (...)
И щедрой (...)
А мы (...)
На ниве трудясь (...)
Для Ваших (...) затей
Работали тысячи наших детей,
Не зная покоя, (...)
И Вы – (...)
Когда в нас обида и горе кричали,
Вы (...)
И многих те двери навек схоронили,
Что (...)
Но будет, довольно,(...) !
(...)
Весеннее солнце сияет над нами
И гордо (...)
К подножью (...)
Вперед (...) .

Я был разбит и измят. Меж живых мертвецов
Я давно не слыхал исцеляющих слов.
Спой мне песню! Быть может, Печаль
Улетит от меня в неизвестную высь
И блеснет предо мной долгожданная даль,
И раздастся в душе властный окрик: «Проснись!»

И запела она. И широкой волной
Полились слова песни могучей,
И не знал я, что было со мной
От той песни и нежной и жгучей.
Она пела про край, где нет мертвых людей,
Где царица Тамара живет,
И от песни ее билось сердце сильней,
Таял долго скоплявшийся лед.
Мне под гнетом цепей становилось невмочь,
Мне хотелось уйти от бессилья и снов,
И была не страшна мне осенняя ночь,
И в тот миг я на все был готов.

В вихре диком сжимаются руки,
Обвивают трепещущий стан.
В сердце боль Сладострастья и муки,
А кругом ароматный туман.
И в тумане огни золотые,
Искривленные страстью уста…
О, мгновенья Любви роковые!
Роковая Безумья черта!

Вот исчезли постылые стены,
Грудь прижата к высокой груди.
Мы ушли из позорного плена –
Море Жизни нас ждет впереди.
Мы несемся в волнах сладострастья,
Оглянуться не хочем назад,
И огни Мирозарного Счастья
Перед нами сверкают, горят.
Мы лежим в упоеньи, как боги…
Что нам взоры и речи людей?
Мы с тобою на верной дороге,
Не сверни раньше времени с ней!

У меня есть презренье великое,
Есть Любовь к недоступной мечте,
Жажда жизни безумная, дикая
И стремленье к последней черте.

Но скучна наша жизнь повседневная,
Вид угрюмых и бледных людей
Зажигает желание гневное,
Жажду сильных свободных речей.

И среди гробового молчания
Начинается праздник мечты!
И сквозь мрак в светозарном сиянии
Выплывают родные черты.

Чем-то веет от них призывающим,
И в больную разбитую грудь
Льется голос, как свет, ободряющий:
«Уходи. Улетай. Позабудь».

Белоснежные крылья могучие
Мчат меня в беспредельный простор,
И звучат кругом струны певучие
Над вершинами гордыми гор.

А исчезнут черты светозарные –
Снова солнце подернется тьмой
И крикливые речи базарные
Снова грудь мне отравят тоской.

Скоро окончился гимн торжествующий,
Скоро порвалась гитары струна!
То-то восторгом болтливо-ликующим
Встретит Вас Ваша «родная страна».
Снова потянется ночь беспросветная,
Душу туманы сожмут Вам тоской…
Доля мещанская, жизнь безответная,
Радость грошовая, жалкий покой!

Волнами ветер играет могучими…
Скучно молчание мертвых долин –
С вольными ветрами, с грозными тучами
Гордо промчусь я один!
Ждет ли победа меня, окрыленного,
Тайну ли страшную море хранит –
Чувством сверкающим в счастье влюбленного
Жаждой борьбы мое сердце кипит!

Видится край мне далекий,
Сном непробудным объятый,
В мрак погруженный глубокий,
Только Бессильем богатый.

Мертвые, скучные степи
В вечном молчаньи лежат,
Только позорные цепи,
Тишь нарушая, звенят.

Тяжко тот звон вековечный
Слушать для вольных людей,
Давит простор бесконечный
Мертвенно-тихих степей.