Александр Тиняков (Одинокий) - Стихотворения

По знойной пустыне спаленной,
Я шел без желаний, куда-то,
И образы дней отдаленных
Печальных, как ласка заката,
Всплывали и снова терялись
В сиянии огненном, жгучем,
И странные звуки кругом раздавались,
Шепча мне о чем-то могучем.
И вдруг промелькнул в отдаленьи
Оазис манящий, прохладный,
И, полон надежд и стремленья,
К нему устремился я жадно.
Но он исчезал, расплывался
И таял, как гроздь облаков,
И вновь я один оставался
Среди раскаленных песков.
И силы исчезли, исчезли желанья,
И больше не мог я идти,
Под бременем тьмы и страданья
Упав на безлюдном пути.

Я хочу по спокойно заснувшей лазури
Пронестись, как дыханье безжалостной бури.

На пути все измять, опрокинуть, разбить
И, прильнувши к цветку, целовать и, целуя, губить.

И с тоскою стоять над увядшим цветком
И, тоскуя, мечтать о другом… об ином.

И, забывши про все, унестись от Земли,
И растаять, как дым, над Землею вдали.

Я хочу человеческим взорам,
Людям – детям бесцветной земли
Ночью темной сверкнуть метеором
И исчезнуть, растаяв вдали.
Я исчезну в бездонности моря
И ни разу не вспыхну опять,
Но, я знаю, с надеждой во взоре
Будут люди меня ожидать.
Будет думать им, знаю, отрадно,
Что опять метеор пролетит
И огнем золотым и нарядным
Сумрак ночи седой озарит.
А, быть может, безумные искры
Их холодные души пронзят,
И в порыве стремительном, быстром
Они в бездну за мной полетят.
Позабыв про угрюмые степи,
Про молчание сумрачных стен,
Разбивая позрные цепи,
Проклиная мучительный плен.

Мы раздвинем унылые стены,
Сбросим мертвую тяжесть оков
И из долгого, душного плена
Полетим в край мечтательных снов.
Неизведанных слов и желаний
Мы найдем долгожданный приют,
Где нет сумрака, слез и страданий,
Где лишь легкие тени живут.
Там цветы неземные сверкают
Под жемчужной, прохладной, росой,
И туманы душистые тают
Над далекой печальной землей,
И, закрыв золотые ресницы,
Звезды шепчут в таинственном сне,
И поют белоснежные птицы
О бессменной и светлой весне.

Черный ворон сидит на осине,
В странном блеске трепещут листы,
А за ними виднеется синий
Край восторгов, любви и мечты.
Черный ворон сидит на осине…
Чую – блекнут и вянут цветы.

Меркнут, гаснут зовущие Дали,
Крыльев нет за усталой спиной,
Слышен голос всевластной Печали…
Скрыто все под седой пеленой…
Меркнут, гаснут зовущие Дали…
Раздается звук странный и злой.

Это ворон кричит на осине.
Листья мертвые плавно летят.
Это свод опускается синий,
Это кости под сводом трещат.
Черный ворон сидит на осине,
Дали в блеске кровавом горят.

Светлые горы тонули в тумане,
Солнце горело последним огнем…
Холодно было в немом океане,
Плыли мы молча куда-то вдвоем.

Ветер промчался больной, бесприютный,
С дальнего берега песню донес.
Тихое пламя надежды минутной
В сердце затеплил и снова унес.

Ночью вырастают бледные цветы,
Странные и смутные, как мои мечты.
И с туманом тающим шепчут и шумят
Шелестом печальным, как предсмертный взгляд.
Шепчут цветы бледные о лазури Дня,
О дыханье вечного, яркого Огня.
А туман их слушает, тает и молчит,
И камыш томительно, жалобно шуршит.

Месяц умирающий между туч теряется,
Светом оживляющим небо загорается
И с улыбкой первою ласковых лучей
Вянут цветы бледные сумрачных Ночей.
А ночами темными над водой зеркальною
Снова шепчут жалобу долгую, печальную.
О, цветы неясные сумрачных ночей.
Вечно не видать вам огненных лучей
И напрасно будете вы, томясь, их ждать
И туману мертвому грезы поверять.

Ярко море сверкало лазурное
Под палящею лаской лучей.
Волны мчались за волнами, бурные,
С торжествующей песней своей.

И прильнувши к утесу безгласному,
Словно дальше хотели уйти,
И звучали их песни неясные
О далеком пройденном пути.

Они пели про дали безбрежные,
Они звали утес за собой,
А он слушал их песни мятежные
И молчал с непонятной тоской.

И мечтал он, что крылья могучие
Уж несут его в даль бесконечную;
А кругом те же волны певучие
Пели песню о воле беспечную.

В смутном царстве грез туманных,
Посреди видений странных,
Долго жил я без надежды,
И когда смотрел я вдаль,
То рукой могучей вежды
Закрывала мне Печаль.
Но сегодня ветер южный
О Весне мне весть принес
И исчез мой бред недужный,
И распалось царство грез.
Истомленным сердцем жадным
Я внимал вестям отрадным,
И невольной Веры пламя
В душу тихо проникало,
И Весны веселой знамя
Сны о Счастьи навевало,
И я верю, засияет
Над землей могучий день,
И, как дым, в лучах растает
Долгой Ночи мрак и тень.

Светлые горы тонули в тумане,
Чуть рисовались вершины вдали,
В черном, холодном, немом океане
Плыли мы прочь от родимой земли.

Белые волны шумели, вставали,
Ночь одевала нас черною мглой,
Где-то тоскливые чайки кричали,
Тучи по небу неслися толпой.

Но не пугали нас темные воды
И не страшил нас седой океан:
Образ сияющий светлой свободы
Видели мы через мрак и туман.

Песней веселою мы отвечали
Грозному шуму бушующих вод,
В счастье мы верили, солнце мы ждали –
Веря, мы мчались бесстрашно вперед!

Он в серые сумерки выступил в путь.
Безмолвно и грустно все было кругом,
Слезами отчаянья мучилась грудь –
И не было силы бороться со злом.