Николай Ярыгин - Честь имею [litres]

И вдруг эта идиллия сонного царства была нарушена. Я даже не заметил, как полянка перед землянкой вдруг наполнилась шумом и гамом, ржанием и фырканьем коней. Такой милый и нежный голосок вдруг проорал:

– Граф, как вы смели нарушить собственную клятву!

Я вздрогнул от испуга – уже кошмары снятся – и открыл глаза. Но вот кошмар никуда не делся, он стоял передо мной и яростно сверлил меня взглядом.

– Вы поклялись доставить меня в Кантор, а сами чуть не погибли. Как это понимать?

Я смотрел на нее, и мне было очень приятно даже то, что она кричит на меня. Правда, было и обидно: ну почему она все понимает так однобоко! А может, она просто… Нет-нет, я тут же задушил в себе эту мысль, не дав ей даже сформироваться, потому что этого просто не может быть. А мой кошмар продолжил:

– С этой минуты вы ни на мгновение не отходите от меня, я не хочу допустить, чтобы ко всем вашим недостаткам, прибавилось еще и нарушение клятвы. Граф, вы меня поняли? Почему вы молчите?

Я попытался встать, но ничего не получилось, подскочил Ларт, и с его помощью я наконец утвердился в вертикальном положении.

– Я вас понял, принцесса, – ответил я ей и попытался поклониться, но снова чуть не упал.

– Можете сидеть, граф, я вижу, тяжело вам стоять, – разрешила принцесса (это даже в походных условиях было большой привилегией, но, с другой стороны, я почти раненый).

Когда все немного успокоилось, вернулся радостный Ивар и приволок тушку молодой свиньи. Я смотрел и думал, как лучше поступить, ждать утра или отправиться в городок сейчас. Солнце только достигло зенита, и времени до вечера еще часов восемь, а часа через три, а то и раньше мы будем в городе. Подозвал Ясмину и Ивара, намеревающихся разделывать кабанчика.

– Послушайте, Ясмина, и ты, Ивар, не хотели бы вы сменить место жительства?

– Что? – не поняли они.

– Не хотите переехать отсюда? Вы, конечно, вправе распоряжаться своими жизнями, но ведь с вами дети. А впереди зима, и никто не знает, как вы ее переживете, в общем, я беру вас к себе в услужение. Ну что, пойдете? – не стал я тянуть резину.

Ивар попытался встать на колени, но я ему показал кулак, и он только низко поклонился. Ясмина быстро-быстро закивала головой, и ее глаза наполнились слезами.

– Ну, тогда быстро грузим на телегу в первую очередь конскую сбрую и доспех, который сняли с иннгулов, и все оружие – это ваши деньги. Остальной хлам и одежду оставляем здесь. В городе в такой одежде не ходят, да и мне будет стыдно, что у меня слуги так одеты. Я вам куплю другую. Кабанчика тоже грузите – пригодится.

Все были заняты: собирали, упаковывали, что-то носили, только принцесса стояла в сторонке и, наверное, ощущала свою ненужность в этом муравейнике.

– Ваше высочество, – окликнул я ее, – уделите мне немного времени.

Когда она подошла, я продолжил:

– Прошу прощения, ваше высочество, что без вашего согласия беру этих людей в наш караван. Уверяю вас, они не доставят вам никаких неудобств, это мои новые слуги.

– Граф, я этому нисколько не удивлена, вы делаете все что взбредет вам в голову, и только потому, что эти люди вас, можно сказать, спасли, я вас прощаю.

Все это было сказано таким тоном, словно эшафот мне заменили на общественное порицание.

Найм очередных слуг произошел спонтанно, мне, если честно, не хотелось на себя взваливать заботу о новых людях, я сам не определен и не имею ни кола ни двора, но что произошло, то произошло. Дом для меня купить не проблема, можно открыть школу фехтования, мастерскую по изготовлению тех же перьев, да и много чего еще. Я ведь даже стекло и зеркала мог бы делать, технологию я знаю, да и кто ее в двадцать первом веке не знает! Ладно, нечего ломать голову, проблемы будем решать по мере их появления, мне бы сейчас эту девчонку пристроить, а там я вольная птица.

Повозку загрузили, и Ивар помог мне до нее добраться. У Ларта хватило ума захватить еще одну верховую лошадь, и теперь на ней сидела Ясмина. Повозкой управлял Ивар, а мы с детворой были пассажирами. На дно повозки нам набросали травы, и мы вольготно расположились на ней. Ехать, вернее, трястись нам предстояло довольно долго, и, чтобы скрасить путь, я решил рассказать детям сказку.

Перебрав все, что помню, стал рассказать им сказку о диких лебедях. Дети буквально в рот мне заглядывали, сидели, затаив дыхание, а я по ходу повествования немного перерабатывал сказку, убирал из нее упоминания о церквах, архиепископе, да и не стал упоминать поход Элизы на кладбище – зачем детей пугать. Начав рассказывать, я через мгновение услышал:

– Граф, вы бы не могли говорить громче, чтобы я тоже могла слушать?

И принцесса подъехала к повозке как можно ближе. Когда мой рассказ закончился, мне пришлось еще ответить Лесику на множество вопросов. Но я и с этим справился, а помогло мне в этом наше прибытие в городок. Дети переключились на очередную интересную новинку и оставили меня в покое.

Принцесса сразу же ушла в свою комнату, а Ларт озаботился тем, чтобы приготовили купальню, а потом еще помогал мне вымыться. Ивар и работник Ормаса разделали за это время свинью, и хозяин заведения пришел спросить, что приготовить.

– Ларт, сходи поинтересуйся у принцессы, не желает ли она снова попробовать мясо по-кентийски на прутиках.

Буквально через минуту он, улыбаясь, доложил мне, что принцесса будет очень рада отведать мясо по-кентийски.

– Ден Ормас, у вас найдется слабое красное вино? – На это я тут же получил ответ, что найдется и белое, и красное, и даже скисшее. – Это отлично, ден Ормас! А дайте-ка посмотреть на скисшее вино! – попросил я.

Ормас, конечно, очень удивился, но противоречить не стал. Наверное, думал, какие странные вкусы у аристократов. Понюхав и лизнув то, что мне принесли, я определил, что это настоящий винный уксус. Отлично!

Короче, под моим руководством Ларт вырезал лучшие куски с шеи и лопатки, замочил все это в уксусе, нарезав туда кольцами лука, добавив соли, перца. Потом они с Иваром готовили, также под моим надзором, что-то типа мангала, выложив будущее кострище камнем, Ларт нарезал прутья, так как знал уже, какие надо, и притащил с кухни дров. Выждав пару часов, мы разожгли костер.

Праздник удался. Ко всему прочему, подали красное вино и лепешки, жаль, что овощей еще не было – не созрели, правда, были зеленый лук, укроп и петрушка. Я, принцесса и баронесса ужинали в комнате, все остальные – в обеденном зале постоялого двора. Невместно принцессе сидеть вместе со слугами, да и мне тоже. Прислуживала нам Унга. Я, правда, на этот раз не стал рассказывать историй, сославшись на то, что устал, да дорога и в самом деле меня вымотала.

Ормас тоже попробовал и слезно выпрашивал рецепт, а когда получил, так прямо прыгал от радости: еще бы, ведь теперь даже скисшему вину, которое он хотел вылить, найдется применение. На следующий день я чувствовал себя, можно сказать, нормально, даже проделал небольшую разминку и работал с мечом.