Андрей Посняков - Вандал (сборник)

Удар! Враги быстро опомнились, образовали строй – то есть попытались образовать, но Саша постарался не дать им этого сделать – бросился на командира, замахнулся мечом… «Плащу» сразу же стало не до расстановки своих воинов, пришлось защищать собственную жизнь, которую удар чужого клинка готов был вот-вот оборвать… Надо сказать – довольно умелый удар!

Впрочем, и лидер «черных плащей» – судя по белому надменному лицу, чистокровный варвар, вандал, без примеси романско-африканской крови – оказался не лыком шит и не в грязи найден. Ловко отбив удар, он перешел в контратаку, да так, что при столкновениях двух клинков полетели искры! Александр отскочил на шаг назад, уклонился, пытаясь нанести резкий укол – единственная возможность поразить врага, проткнув кольчугу… Не тут-то было! Варвар живо подставил свой щит, и Сашин клинок, со скрежетом скользнув по умбону, воткнулся в дерево, как раз меж «рогами» буковки «V». Молодой человек среагировал мгновенно – резко уперся ногой в прикрытье врага, дернул, вытаскивая клинок. И облегченно перевел дух – успел! Успел-таки, не дал вражине сломать клинок… А вот теперь – на, получи!

Александр снова обрушил на врага град ударов, стараясь поразить шею. Однако опытный варвар все время подставлял под клинок навершие щита, и ясно уже было: этого ушлого вояку ни на испуг, ни на измор не возьмешь, тут только умение, хитрость… Защищенный длинной кольчугой вражеский вождь прекрасно понимал, что поразить его можно только острием клинка, и стремился не дать сопернику это сделать. Отскакивал, уклонялся, контратаковал… Саша все ждал, когда же вражина ударит щитом, он и сам давно бы ударил, либо краем, либо умбоном – ведь у самого-то Александра никакого щита не было, как не было и кольчуги. Один лишь меч, одна лишь отвага, а еще – воинское умение и доблесть. Не так уж и мало… Удар!

Клинки вновь скрестились, заскрежетали… полетели искры. Вражина отскочил, злобно кривя тонкие губы. Небольшая, заплетенная в две косички бородка его нервно дрожала. Вот снова атака! Удар! Удар! Удар!

Саша сделал вид, что устал, что отчасти поддался этому неистовому натиску, словно скопившийся в устье реки лед, чуть подтаяв, уступает многотонному давленью воды. И враг, мгновенно ощутив слабину, решил усилить атаку, использовать еще и щит. Александр тоже был опытным бойцом – и знал, куда будет нанесен удар. Смотрел словно сквозь противника, видел, как тот действовал и как собирался действовать, что замышлял… даже, можно сказать, читал его мысли.

И за какие-то полсекунды понял – «черный плащ» сейчас занес клинок для обманного выпада! Вражина не будет бить мечом, нет – ударит навершьем щита в подбородок, в шею… Очень удобно – Саша как раз собрался парировать якобы нанесенный удар… Ну, давай же!

И вот навершье вражеского щита опустилось… ниже, ниже… вот сейчас резко метнется вверх, разрывая шею…

Метнулось бы… Но Александр оказался проворнее. Предвидел. И сам первым нанес удар – резким выпадом достав горло врага!

Что-то противно хлюпнуло. Фонтан алой крови с силой вырвался из аорты, оросив и щит, и сверкающую на солнце кольчугу, и черный край плаща. Варвар зашатался, упал на колени, выронив меч, дернулся в предсмертных конвульсиях. Саша злобно сплюнул – неприятная это работа, убивать. Но уж тут ничего не поделаешь – не ты, так тебя!

Быстро осмотрелся: один из парней-кафоликов был убит, второй еще дрался, да и священник, отец Эльмунд, лихо действовал копьем – отцовская наука. Пара поверженных врагов уже валялась на мостовой, еще одного Эльмунд проткнул, словно жука, прямо на глазах Саши. Оставшиеся в живых «плащи» организованно отступили на холм, по всей видимости, дожидаясь подмоги.

– Уходим! – радостно воскликнул святой отец. – Путь свободен, и да поможет нам Бог!

Все трое рванули вниз, стремясь поскорей укрыться в хитросплетениях узеньких и кривых бедняцких улочек, залечь, раствориться в трущобах, переждать весьма возможную погоню.

– Вряд ли они посмеют, – поддерживая раненного в бок парня, улыбнулся отец Эльмунд.

Александр резко обернулся, услышав звон снаряжения:

– Да нет – посмели! Вы уходите, а я их отвлеку…

– Но…

– Уходи, брат Эльмунд, с тобой раненый. А обо мне не беспокойся – я вас найду. Через ту же Лидию.

– Что ж… Да хранит тебя Господь!

Осенив Сашу крестным знамением, священник подхватил раненого и скрылся в ближайшем проулке.

Александр наконец вытер о траву окровавленный клинок, и, чуть отойдя назад, остановился в ожидании врагов – вроде как замешкался. Ага, вот те заголосили – увидели. Что ж – теперь пора.

Молодой человек живо нырнул в заранее присмотренную подворотню, грязную и вонючую. В нос ударил запах мочи и фекалий – впрочем, и это лучше, чем людская кровь, пусть даже и вражеская.

«Плащи» уже были близко – бежали, гомонили, перекрикивались. Теперь нужно спешить, раздумывать больше некогда, главное – Эльмунд с раненым парнем ушли. Саша улыбнулся, прибавил шагу, даже перешел на бег, услыхав ревущее позади:

– Вот он! Лови!

Что ж, ловите. Если сможете.

Молодой человек бежал по наитию, без всякого плана, справедливо надеясь на редко подводившую интуицию. И не выпускал из виду ничего – словно бы сканировал. Слева – длинный и высокий забор, справа – тоже… А вот уже справа – небольшая круглая площадь, деревья… высокие такие платаны… или каштаны, черт их знает. Деревья!

Миг – и Александр уже взобрался, ухватился за толстый сук, раскачался и лихо перемахнул через ограду – ту, что слева. Человеческое сознание есть плод давно отживших представлений и предрассудков. Ну, что подумают? Куда он делся? Конечно, свернул на площадь, побежал по одной из вон тех улиц… Ищите!

Ага – так и есть!

– Он во-он туда свернул! – донеслись голоса снаружи, из-за ограды.

– Нет, во-он на ту улицу! Я видел!

– Так, воины! Вы двое – туда, вы – туда, остальные – за мной! Вперед! Уж будьте покойны, мы его не упустим.

Флаг вам в руки, пионерский барабан через плечо и ветер в широкие спины! – выбираясь из кустов, мысленно напутствовал Саша.

И внимательно осмотрелся вокруг. Судя по грядкам и клумбам, а также смородиновым кустам и оливам, он оказался в чьем-то саду, не таком уж большом, но тенистом, даже лучше сказать – заросшем, не особо ухоженном. Скосить траву, вырубить сухостой, выкорчевать лишние кусты у владельцев, наверное, не хватало времени, а скорее всего – денег. По-настоящему богатые люди в этом районе не селились!

Да и домик так себе… запущен. Двухэтажный, узкий, сложенный из дешевого, высушенного на солнце кирпича. Когда-то побеленный, а в последние времена не видавший достойного ухода. От невысокого, с деревянными колоннами, крыльца к воротам вела дорожка, вытоптанная в пожухлой траве. За приоткрытой дверью слышались детские голоса: