Тамара Лисицкая - Идиотки

— Мои.

— Сколько же вас всего, девчонки?

— Пять, — кокетливо повела плечиком Анжелика. — Я, Наташка, Элеонора, Виолетта и Сусанна! Только она еще в больнице! И мама с ней!

— Ну, я надеюсь, все будет хорошо!

— Мы тоже надеемся!

— А как тебя зовут? — поинтересовалась Элеонора.

— Витя. Я с вашей старшей сестрой учился в одном классе.

— А мы тебя не помним!

— Просто я рано ушел из школы, стал военным.

— Ты убиваешь людей?

— Ну, нет, конечно. Я просто вас защищаю.

— От кого?

— Ну, пока что от официантов, которые хотят забрать ваши тарелки. Вы ведь еще не доели, да?

— Да!

— Ну, вот и ешьте спокойно, я на страже!

Девчонки захихикали, с интересом рассматривая такого милого дядю.

— Наташ! А ты что делаешь вечером?

И тут в Наташе волной возникло старое яростное возмущение. А она вечером едет раздеваться перед богатым сволочьем! А она вечером едет унижаться по самую плешку!

— Не твое дело!

Яковлев помрачнел.

— Слушай, ну что я тебе сделал?

— Ничего, слава Богу!

— Тогда почему ты так со мной?

Сестры замерли, желая услышать, что ответит Наташа. И это ее тоже расстроило. Не хватало еще маленьких впутывать в эту историю. У них и без того в жизни грустного хватает.

— Яковлев, отвали, а? Будь человеком!

Он встал, тяжело двигая челюстью.

— Пока, девчонки, — улыбнулся, как мог. — Надеюсь, еще увидимся!

— И мы тоже! — стопроцентно искренне заорала Анжелика и зло взглянула на сестру. — Ты зачем его отшила? Такой клевый пацан! Симпотный такой! Высокий! Добрый! Сильный! Отличный пацан!

— Потому, что мне не до него!

— А до кого тебе?

— А до вас! — рявкнула Наташа. — До вас, понятно? Кто, кроме меня, за вами будет смотреть? Ты думаешь, я сама не устала? Устала! Иногда я вас убить готова, понятно?

Красноухая от обалдения Анжелка умолкла и ужалась, малышки горько сморщились, готовясь зареветь.

А Наташа охнула, вскочила, начала обнимать своих малявок, целовать, просить прощения. Сказала глупость, просто сорвалась. Конечно, никого у нее нет дороже любимых сестричек!

— Куришь?

— Нет, — Лена совсем не понимала, как ей жить дальше. Сергей не давал ей вздохнуть, все спрашивал, говорил, подливал винища.

— Ладно. А мы с Ольчиком пойдем покурим.

Девушка Оля шустро снялась с места и ушла вперед, дав понять, что демократична и может не стеречь своего парня. Пусть ведет себя так, как хочет.

— Как тебе моя герла? — Сергей проводил взглядом джинсики. — Умная, аж удивительно.

— Это хорошо. Хорошо, когда девушка умная. Редко.

— Это точно. Когда умная и красивая. Редко. Ну, так ты пойдешь, нет?

— Я не курю.

— Просто постоишь рядом, поболтаем.

— Нет, спасибо.

Сергей вздохнул, по-щенячьи сдвинув бровки: пойдем, а? Там так интересно, все курят. Лена вежливо улыбнулась в ответ. Не пойду, спасибо за доброту и внимание.

Ирочка бродила по залу, улыбалась гостям, сверкала взглядом и зубками, шуршала царскими юбками. Ах, как хороша! Поздравляем тебя, Ирочка! Ты сегодня просто великолепна, Ирочка! Ты самая красивая невеста на свете!

А где же наш гитарист Э.?

Ладно. Не хотим выходить, не надо… У нас есть и другое занятие. Невысокий человек, не в костюме, но в чем-то светлом, льняном. Глубокие, почти старческие складки у носа. Да, изменился парень, постарел.

— Здравствуй, Варфоломей! Ты опоздал?

Варфоломей. Друг-художник-наркоман из прошлого. Споткнулся взглядом о великолепие невесты и открыл рот. Удивлен, слегка сконфужен, но, как взрослый человек, владеет собой. Поэтому быстро оправился, расплылся знакомой ядовитой улыбочкой.

— Здорова, Ирэн! Что это ты такое напялила?

— Что? Ах, это? Это мое свадебное платье!

— Какая прелесть! Так это ты выходишь замуж? А то я все мучился — на какую же свадьбу меня приглашает давняя приятельница Ирка-мещанка?

— Да, это она тебя на свою собственную свадьбу приглашает!

— А за что такая честь?

— Просто так, — Ирочка взяла букет из его рук. — Просто так, имею право… Какие красивые цветы! Сразу видно, художник букет покупал!

— А я уже не художник.

— А кто ты?

— Так… Мелкий бизнес, дизайн, журналистика, упаковки и этикетки… Скучно…

— А вот у меня все так здорово!

— Что же, я рад!

Варфоломей нагло ухмыльнулся. Интересно, уйдет или нет? Этот вполне может и уйти. Конечно, Ирочка не будет его догонять.

— Ну, что тут у вас есть поесть? Раз уж я пришел на свадьбу значит надо поесть как следует!

Ах, циничное животное! Ничего святого! Ирочкины глаза заискрили от удовольствия! Все так здорово! Так захватывающе!

Валентина Сергеевна бегала по коридору в поисках музыкантов и тамады. Никого! Вот сволочи! Уже пора начинать, гости накурились, хотят горячего! И никого! Уже мы им заплатим по договору! Уже они получат за такое отношение к работе!

— Валенька, милая! — на секунду возникло счастливое, заплаканное лицо Розы Наумовны.

Валентина Сергеевна отмахнулась:

— Роза, подожди! Тут вопросов много! Потом!

Где же они, мерзавцы? Пьют наверняка где-нибудь в туалете?

Она не постеснялась и заглянула в мужской ватерклозет, вспугнула кого-то из веселых гостей. Потом прошлась по кухне, толкая толстых поварих. По ходу отругала за постный оливье. Как будто они сами не пробуют, что делают!

А потом увидела служебный выход и воспользовалась им.

И вышла на ту самую детскую площадку, которая приютила свадебный табор час назад.

Под кустом сирени, сокрывшись от людских глаз, свидетель и жених крепко обнимали друг друга…

Витя Яковлев вышел на ступеньки, достал пачку «элэма». Был он мрачнее тучи, слеп и глух к происходящему. Поэтому не сразу заметил, что рядом стоит милая девушка в джинсах и тянет к нему свою тонкую сигаретку:

— Дайте огня, пожалуйста!

— Ох, простите, задумался! — Яковлев засуетился, захлопал по карманам в поисках зажигалки. — Не могу найти… Бывает такое… Сам не заметил, куда сунул… Сейчас, сейчас…

Девушка с улыбкой следила за дерганьем товарища, краем глаза при этом пасла дверь, из которой вот-вот должен был появиться другой товарищ, Сергей. Сергей не появлялся, отчего глаз девушки становился все более блестящим.

— Да я так прикурю! — она встала на цыпочки, страхуя себя ладошками, уложенными на плечи курильщика, и ткнулась своей сигареткой в него.

Яковлев смущенно улыбнулся — бывает. Зажигалка — такой странный предмет…

— Вы тут один?

— Ну, почти…

— Это как?

— Пришел к девушке, а она отказалась со мной общаться.

— Странная девушка. Отказаться общаться с таким интересным молодым человеком!

Яковлев опустил глаза. Надо же. Его назвали интересным.