Естественный обмен

— Ты даже сейчас о ней думаешь? — Осень сейчас до боли напоминала ей обычную девушку, будто она — одна из тех беспомощных, разочаровавшихся, что плачет на морозе, не думая о себе, а лишь помня о ком-то далёком. Те же мысли, те же глупые привязанности, что приносят одни лишь страдания.

— Да, — девушка нашла в себе силы шептать, но умудрилась спрятать смущение в шуме дождя, что яростно бился о крыши мчащихся по шоссе машин.

Зима закрыла глаза, ей хотелось закричать, либо сильнее сжать в объятьях вечную девчонку: заморозить, не отпускать, держать всегда… рядом, любоваться, любить. Но…

— Я не могу. Забудь.

Молчание, которое кричит громче слов, обвиняющее молчание. Осень молчит о том, что Зима стоит между ними. А Зима думает о том, что всё бы на свете отдала, лишь бы быть с ней, любить и не отпускать.

Тяжело, судорожно вздохнув:

— Хорошо. Говори, что ей передать? — в голосе холодный привкус металла, скрадывающий лёгкую дрожь.

— Вот, — Осень положила свою ладонь на сердце Зимы, — ты только сохрани это, как можешь. Ладно? Не потеряй.

А Зима не успела сказать ничего, лишь скрипнула зубами, когда тепло и чужая любовь проникли в её сердце, причиняя сумасшедшую боль. Похожее ощущение испытывает человек, пальцы которого в мороз, будучи без перчаток, замёрзли, заледенели, а в тепле ощущения вернулись. Впрочем, эта боль казалась сильнее.

— Ш-ш-ш-ш, — зашипела Зима, с трудом сдерживая вой, но стараясь не потерять даже самую маленькую частичку тепла, прятала его туда, в темноту зимних ночей, где этот свет и дождётся своего адресата.

— Спасибо, — Осень опять укрыла слёзы в струях дождя, что уже лился нескончаемым потоком с небес, привстала и мягко коснулась нелюбимых, обжигающе холодных губ, — это тоже ей передай.

Зима лишь кивнула, молча, в этот момент искренне кляня себя за жалость, за слабость, за то, что не смогла ей отказать. И вместе с дождём на крыши домов упал первый снег, на этот раз пряча за ледяным блеском другие слёзы, скрытые ото всех, что лишь сжимают страданием сердце, оставляя сухими глаза.

— А теперь, — злой взгляд из-под покрытых инеем ресниц, — убирайся.

— Зима… — растерянно, с обидой.

— Уходи, — снег смешался с дождём, на земле превращаясь в грязь, — видеть тебя не могу больше!

Осень молча, с улыбкой, кивнула, развернулась и ушла, прячась в пожелтевших листьях, покрытых по краям изморозью. А Зима засмеялась тяжело и горько от обречённости, от понимания, что вновь и вновь этой пытке суждено повторяться из года в год…

Над городом, словно почувствовав наконец свою власть, бушевала сумасшедшая вьюга, и первый снег — не мягкие пушистые снежинки, а мелкие льдинки с острыми краями, — кружа, раздирал в клочья осенние листья.

— Эй, Зима! — Весна как всегда являла собой саму непосредственность, вальяжно расположилась в кресле напротив, закинув ногу на ногу. — Ты чего-то совсем замученная, а? Тяжёлый сезон?

— Да так, мелочи, — девушка устало потёрла глаза, жутко мечтая о спасительном сне.

— Ничего себе мелочи! Да тебя словно подменили, будто с тобой… — Зима кинула на словоохотливую Весну предупреждающий взгляд, — хм, ладно…. Я, собственно, по делу.

Девушка спросила, чувствуя, что поневоле голос чуть-чуть дрожит, будто весенний ручей течёт по льдинкам и мелким камушкам, так важно ей было узнать ответ:

— Она тебе чего-нибудь передавала? Ты с ней встречалась?

— Да, — лаконичный ответ, взгляд в сторону, но всё равно заметно, что синие глаза смотрят устало.

— Что да? — импульсивно вскакивает, не выдержав волнения, эмоций слишком много. — Да — это значит, что виделась? Или, что передала что-то? Или виделась, но ничего не передала?

Зима расхохоталась, искренне, звоном разбивающегося на осколки льда, что тает под лучами весеннего солнца:

— Ты точно сумасшедшая! Видела я её. И кое-что для тебя есть…

Зима встала с кресла и подошла к Весне, что замерла, напряжённо следя за каждым движением. А холодная девушка лишь взяла её за плечи, чтобы она не посмела дёрнуться куда-нибудь в сторону, прикрыла глаза, представила тот день, запах дождя, шарф, глупый дождь-обманщик, её…

И прильнула к губам Весны, возвращая через поцелуй всё то тепло, что подарила ей Осень: искрящиеся краски листвы, красоту солнца, много яркого и тёплого света, надежду, ощущение желания быть вместе, любовь.

— Ох-х, она помнит… — как только губы разомкнулись, Весна судорожно прошептала, а в её голосе послышалось немалое облегчение, сменившееся бурной радостью. — Помнит! Любит! Зима-а-а-а! Она меня любит! Любит! Любит!

Весна прыгала по кабинету, танцевала, смеялась, словно озаряя всё вокруг весельем и теплом:

— Я знала! Вот, обязательно напишу ей! Опять! А Лето передаст! — она подпрыгнула, красиво закружившись в лёгком движении, села на спинку кресла, попыталась там потянуться и чуть было не свалилась.

Но всё равно имела наглость заявить:

— Я самая счастливая!

Встала, подбежала к Зиме, радостно обняла, нисколько не смущаясь, чмокнула в щёчку и поблагодарила от души:

— Спасибо. Ты меня выручила. Нас выручила! Знай, ты самая лучшая! До встречи!

И она убежала, захлопнув за собой дверь, но по-прежнему повсюду был слышен её радостный смех, словно сотни ручейков, звеня, побежали вслед за ней по ступенькам.

Зима без звука устало упала в кресло, закрыла глаза, улыбнулась лишь самым краешком губ и наконец-то позволила себе заснуть. Незаметно для всего мира в полумраке кабинета начал падать белый снег: покрывались инеем предметы, замёрзла старая настольная лампа, остановились стрелки часов.

И застыла в кресле девушка-Зима, подобно самой настоящей Снежной Королеве.

Автор:Сулмор

Бета:Dark_Flame

Пара:(Оригинальные истории)

Рейтинг:PG-13

Жанр:Драббл

Размер:min

Описание:

Когда вдруг находят грустные мысли и неуверенность, хорошо быть не одной.

Дисклаймер:

Все права на персонажей принадлежат автору.

— Что с тобой?

— В смысле?

— Ну, ты сидишь на этом окне уже час и куришь, куришь, куришь…

— Могу не курить.

— Как хочешь. Не в этом дело…

— Мне нельзя сидеть на окне?

— Не придирайся к словам!

— Опять кричишь…

— Прости… Я… просто волнуюсь. Ты же знаешь.

— Знаю. Не кричи на меня.

— Что-то случилось?

— В смысле?

— Расскажи мне. Я вижу, что тебе плохо…

— Мне хорошо. Сейчас.

— А что не так?

— Всё хорошо.

— Не хочешь говорить?

— И да, и нет. Просто… Сейчас хорошо, а потом будет плохо.

— Когда потом?

— Потом…

— Понятно… Я могу помочь?

— Можешь, но я тебе не позволю.