Естественный обмен

Я честно постаралась хоть что-то вспомнить, но…

— Ничего. Ничего не помню, — пожала плечами, виновато улыбаясь, — вообще полный ноль.

Саша пододвинула ко мне тарелку с блинами и снова улыбнулась:

— Тогда ешь блины, алкаш. У меня, правда, есть только клубничное.

— Что клубничное? — не сразу поняла я, прицениваясь к первому блину.

— Варенье, — снова её смех: и приятно, и больно одновременно. Она полезла в холодильник за вареньем, через пару секунд торжественно поставила трехлитровую банку в центр стола, задумалась, как бы к ней такой большой подступиться?

— Понятно, — и тогда я впервые за всё время посмотрела в глаза этой девушке, — и, Саша… спасибо тебе. Правда. Я тебе обязана.

— Да не за что, — и продолжила воевать с крышкой на банке варенья, что ну никак не желала поддаваться.

— Кажется, последний блин был явно лишним, — я упала на диван, на котором не так давно проспала сколько-то часов. Оказалось, что даже в разобранном состоянии он с трудом вмещал двух человек.

— Двигайся, — Саша спихнула меня к стенке, и растянулась рядом, пребывая в таком же аморфном состоянии, что и я.

— Слушай, — через силу начала я говорить, — мне как-то неудобно.

— В смысле? — не поднимая головы от подушки, Саша внимательно смотрела на меня. — Подвинуться?

— Да нет же! — я улыбнулась и чуть приподнялась, чтобы было удобнее говорить, — я в целом. То есть напилась, не помню, что делала, проснулась в твоей квартире, съела половину блинов, а сейчас валяюсь на твоём диване….

Хотела что-то ещё добавить, но меня остановила её улыбка и выражение глаз, да и её ладонь, что она положила мне на шею, постепенно притягивая к себе. И быстро притягивая, однако! Оглянуться не успела, как Саша уже целовала меня. Что-то в моём животе дрогнуло, сделало сальто, и мне снова стало плохо.

— М-м-м! Подожди, — я отстранилась, — подожди…Что вчера ещё было?

— Ничего такого, чего мы не могли бы сделать сегодня, — она настойчиво обнимала меня, а я всё старалась поймать её руки и поговорить, в конце концов, мне это удалось сделать. Признаюсь, я просто испугалась, когда она меня поцеловала, на мгновение показалось, будто это Арина — такие же бездонные глаза, хитрое выражение на лице и, к тому же, причёска вообще один в один!

— Расскажи лучше, что между нами было?

— Ни-че-го. Мы просто разговаривали и целовались, — Саша чуть нахмурилась.

— И?

— Много целовались, — она хитро и вместе с тем довольно улыбнулась. — Заяц, да ладно тебе… Эй! Ты чего?

Я, молча, отпустила её руки и встала с дивана:

— Не называй меня так, пожалуйста.

— Оке, не буду, — она растерянно смотрела на меня. — А что не так?

— Много я тебе вчера разболтала?

Саша пожала плечами:

— Ты много чего говорила, но я почти ничего не запомнила — сама устала к концу смены и была не в том состоянии, чтобы внимательно слушать.

Я улыбнулась ей, стараясь ничем не обидеть:

— Извини, мне пора. Я пойду. Закроешь дверь?

На её лице так и было написано крупными буквами, что она совершенно ничего не понимает. Остатками не пропитого вчера ума я понимала, что она не виновата, но никаких сил не было оставаться с ней, видя в каждом жесте Арину! И да, я вела себя, как неблагодарная свинья, уходя отсюда, особенно, когда лишь бросила на прощание:

— Спасибо за всё. Ещё увидимся.

И услышала её тихое:

— Ладно. Пока.

Пошатавшись немного по городу, я ненадолго зашла домой, чтобы привести себя в порядок, потом позвонила себе на квартиру. Звонила долго, наконец, трубку взяли:

— Ал-ло? — как всегда растягивая слова, ответила Арина. — Слушаю вас внимательно.

— Это я.

— Кто я? — сделала вид, что не поняла, но даже отсюда я чувствовала её ухмылку. Захотелось со всей силы треснуть трубкой о стену.

— Я! Стася!

— А, здравствуй, зайка моя.

— Пошла нах.

— Извини, не могу, — в трубке послышался чей-то голос, потом приглушённый и неразборчивый шёпот Арины, что окончательно вывел меня из себя. — Ты что-то хотела?

— Квартира в порядке? — в моём голосе звенел металл.

— Да-а-а-а, не волнуйся. Пока-пока, не скучай, — бросила трубку.

— Фак! — не сдержалась, затем поняла, что беситься бесполезно, постаралась успокоиться. — Всё хорошо, всё просто отлично. Спо-кой-но.

Улыбнулась и уже более уверенно произнесла:

— Спокойно.

Посмотрела на часы — было только восемь вечера. Запереть себя в четырёх стенах квартиры, остаться наедине с мыслями о ней — хм, это равносильно самоубийству. Поэтому я бросила ключи в сумку, взяла мобильный и крикнула:

— Ма-а-ам! Я сегодня поздно буду. Не жди, ладно?

Откуда-то с кухни мне ответили:

— Подожди! Не убегай! — звякнула посуда, и вскоре показалась мама в проёме двери:

— Ты ключи взяла? И не забудь мне смс-ку скинуть, что с тобой всё в порядке.

Я улыбнулась, ведь чертовски приятно, когда о тебе заботятся:

— Да, мам. Всё о-кей. Напишу. Закрывай дверь, — и ушла.

Спускаясь вниз по ступенькам, я подумала, что неплохо было бы заглянуть к Саше и извиниться. Отчего-то настроение сразу поползло вверх — мне определённо нужно было развеяться.

В клубе как всегда громыхала музыка, но что-то людей было мало, наверное, ещё слишком рано. Без проблем добравшись до бара, я обратилась к девушке за стойкой, перекрикивая шум:

— Привет. А Саша сегодня работает?

Кинув на меня хмурый взгляд, она поднесла стакан к специальному кранику и по краю стенки начала наливать пиво.

— Работает.

— А где она?

Девушка кивнула себе за спину:

— В подсобке, наверное, либо в зале — столы протирает. Можешь тут подождать — ей домой через час.

— Спасибо! — поблагодарила я, и отправилась разыскивать Сашу, благо, клуб не слишком большой — найти будет не так сложно.

На секунду возникла мысль вернуться и заказать себе что-нибудь выпить, но живот тут же свело судорогой протеста — решила не пить и не повторять вчерашних подвигов.

Лавируя между телами танцующих полупьяных людей, я искала глазами знакомое лицо. Вскоре нашла её в самом дальнем углу. Та девушка оказалась права — она как раз протирала салфеткой стеклянный столик, периодически прыская на него моющим средством.

— Привет, — я села на диван напротив неё и радостно улыбнулась.

Саша же довольно безрадостно буркнула мне:

— Здорово.

— Послушай, — замялась я, стараясь подыскать какие-нибудь особые слова, а потом плюнула на это дело и просто сказала, — извини меня, пожалуйста.

Нахмурившись и абсолютно не обращая на меня внимания, она сделала вид, что усердно оттирает какое-то невидимое миру пятнышко.

— Я просто испугалась, — мне захотелось быть с ней честной. — Прости меня за то, что так резко, ничего не объяснив, ушла.