Дубравка Угрешич - Снесла Баба Яга яичко
- Название:Снесла Баба Яга яичко
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2011
- Город:М.
- ISBN:978-5-699-43151-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дубравка Угрешич - Снесла Баба Яга яичко краткое содержание
(суперобложка)
Старые ведьмы несут хорошие яйца.
Полинезийская пословица Угрешич — это автор, за которым хочется следить, она завораживает.
Сьюзен Зонтаг, автор романа «Любовница вулкана» «Снесла Баба Яга яичко» является прекрасным примером того, на что способно воображение Угрешич. Напряженный сюжет с вплетением бесчисленных интриг…
Комедия… Постмодернизм… Роман, который бросает вызов самой романной традиции и скорее не рассказывает историю Бабы Яги, а взрывается несколькими уморительными эпизодами.
Three Percent Мощно. Грандиозно. Угрешич написала мудрую и острую сказку в стиле самой себя… Каждый элемент имеет скрытый смысл, и повторное чтение становится наградой.
National Public Radio Когда-то давно Баба Яга была Великой Богиней. Пережив долгую и мучительную историю собственной деградации, Баба Яга добралась до нашего времени, к сожалению, в виде собственной карикатуры.
Дубравка Угрешич, «Снесла Баба Яга яичко» Дубравка Угрешич (р. 1949) — хорватская писательница, автор романов, эссе и киносценариев. Ее книги переведены на более двадцати мировых языков и награждены престижными европейскими премиями. Пишет на хорватском и английском, в совершенстве владеет русским: переводила Д. Хармса, Б. Пильняка и др. В своей прозе использует стереотипы массовой словесности, формы пародии и литературной игры.
Снесла Баба Яга яичко - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Из-за чего обеззубели!
— Деточка, дорогая, да вы же в полном шоке, вы даже не понимаете, что говорите, — сочувственно сказал Арнош и вернул Бебе бумагу. — Уберите подальше. И помните латинское изречение «Dantur opes nisi divitibus» [38] Не совсем корректный вариант латинского изречения: «Богатства даются только богатым».
? Давайте-ка, я провожу вас до вашего номера, а то вы едва стоите на ногах.
Беба, совершенно ослабевшая, оперлась об Арноша. Она была благодарна, что он с ней рядом. Обо всем этом она подумает завтра, утро вечером мудренее.
Здесь, может быть, следует сказать, что, кроме странной особенности в минуты волнения неправильно произносить слова, Беба иногда еще произносила и серии цифр. Всего этого она, разумеется, не осознавала. Вот, например, у Бебы в свое время была недолгая любовная связь с одним типом, и он ее как-то из-за чего-то ударил. Вместо того чтобы ответить ему тем же, или расплакаться, или что-то сказать, Беба в состоянии полного шока выпалила серию номеров. Тип был хамом и бездельником, но ему хватило юмора записать эти цифры, купить на следующий день лотерейную карточку, вписать их в нее, и, надо же, он выиграл внушительную сумму, о чем Бебе, разумеется, и не заикнулся. С того момента их связь решительно устремилась к финалу, потому что тип то и дело давал ей пощечины, запугивал, оскорблял в надежде, что Беба снова ответит какой-нибудь выигрышной комбинацией. Беба вскоре выгнала его из дома, но тип не оставлял ее в покое до тех пор, пока Беба не закрутила роман, опять непродолжительный, с одним полицейским.
А мы? Мы на всех парах несемся вперед.
Гордо история режет волну —
Жизнь часто путает нос и корму.
Кто знает, кто или что выкраивает наши биографии. Жизни могут быть такими и сякими, но жизнь Куклы походила на плохой кинофильм. Причем на очень плохой кинофильм. Возможно, будущее Куклы и выбор ею партнеров предопределил один инцидент, случившийся очень давно, когда Кукла была совсем юной девушкой. А произошло тогда нечто комичное, или трагичное, или банальное: оценки такого рода ситуаций зависят от того, кто их выносит — участник или наблюдатель. Короче говоря, при первом сексуальном контакте с юношей, столь же неискушенным, как и она сама, Кукла на опыте познакомилась с тем, что медики называют «вагинальным спазмом». Куклу, которая позднее кое-что об этом узнала, не мог утешить тот факт, что явление это вовсе не такое диковинное или редкое, как считается. Кроме того, дело происходило в те времена, когда диковиной и редкостью были психотерапевты и сексопатологи. Как бы то ни было, Кукла вытеснила этот эпизод в глубины своего подсознания и просто-напросто о нем забыла. Однако эпизод не забыл Куклу и продолжал подкапываться под Куклину судьбу и вмешиваться в нее. Дело усугублялось тем, что Кукла вышла замуж за того беднягу, их связывал стыд из-за неприятного инцидента, но после свадьбы оказалось, что у парня лейкемия, и Кукла очень быстро стала вдовой. Причем очень молодой вдовой.
Кукла окончила университет, английский язык и литература, пошла работать преподавателем в среднюю школу и застряла в этой школе на всю свою трудовую жизнь, до самой пенсии. Второй Куклин муж, довольно известный политик, был лет на пятнадцать старше ее, и получилось так, что практически сразу после свадьбы его разбил инсульт, и следующий десяток лет Кукла провела, ухаживая за мужем, который превратился в требовательное домашнее растение. Причем очень требовательное.
После смерти второго мужа Кукла вышла замуж в третий раз, теперь уже сразу за инвалида, известного писателя, который после неудачного падения с лестницы остался навсегда прикованным к коляске. Писатель был на несколько лет старше Куклы, и она в возрасте шестидесяти лет осталась вдовой в третий раз.
Кукла была тихой и скромной, вокруг нее распространялась атмосфера покоя, она никогда не рассказывала о себе и никогда ни на что не жаловалась, поэтому у людей не возникало никаких причин не любить ее. Детей у нее не было. Имелись, правда, дети второго и третьего мужей от их предыдущих браков, но дети эти выросли, жили своей жизнью и особо тесных связей с Куклой не поддерживали.
Хотя сама Кукла никогда в этом бы не призналась, мужья служили ей щитом: в качестве законной жены она имела веское доказательство того, что с ней все в полном порядке. Сама она тоже служила щитом своим мужьям, хотя, услышав такое, поклялась бы, что это не так: быть женатым на такой женщине, как она, было более чем веским доказательством того, что с тобой все в полном порядке. Если бы Кукла захотела, она могла бы выйти замуж еще хоть пятьдесят раз, ее достоинства имели хорошую цену на рынке тех представлений, которые мы передаем о себе другим людям. Она была женой-совершенством, женой-ширмой. Она сама соглашалась на такую свою роль, у нее не было требований, она ничем не привлекала внимания. Она была женственной, но не вызывающей, открытой до определенной границы, любезной, однако не назойливой. И что важнее всего, даже несмотря на свой слишком высокий рост, Кукла выглядела хрупкой и немедленно вызывала в мужчинах рефлекс защитника. Но потом, может быть, из-за этого роста, выше среднего, и того факта, что в защитники она выбирала себе инвалидов, эти отношения быстро менялись, и мужчины начинали воспринимать Куклу как свою защитницу, медсестру, маму, амазонку, суррогатную жену и все, что угодно. Причем в одном флаконе.
Что же касается Куклы, она все это для себя отрегулировала следующим образом: ей выпала судьба, основанная на «черном юморе», и она делала все, чтобы этот «юмор» никогда не выплыл на поверхность. Она похоронила трех мужей и осталась невинной, почти в буквальном смысле этого слова. Себя она мучила, осуждала, воспринимала как «могильщика». Ей казалось, что все, к чему она прикасается, превращается в камень или становится мертвым. Под ее рукой даже цветы на балконе не всходили! Она была уверена, что от ее взгляда сохнут кактусы на подоконнике. Куклу почему-то особенно задевали эти кактусы на подоконнике…
А потом в один прекрасный день возник молодой человек. Он писал докторскую диссертацию о Куклином муже, писателе Бояне Коваче. Его интересовали многие детали, жизнь этого «загадочного» человека будоражила его творческое воображение. Больше всего он хотел знать, а не осталось ли чего-нибудь в творческом наследии «великого писателя»? Его преследовала идея о недосказанности, на которой, по его мнению, базировался весь опус Ковача, тем более что именно об этом, о недосказанности как главном элементе структуры романа, он и писал свою диссертацию. «Ковач — это Мона Лиза хорватской литературы, — утверждал молодой человек, — загадочная улыбка его прозы — вот ключ к прочтению его произведений».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: