Валентина Гончаренко - Чародей

— Все поняли, Татьяна Павловна, не дураки. Будем, как штык, в полном параде и в срок. Разрешите быть свободными?

— Ну, хватит балаганничать! Приберегите силы на завтра. Шесть девушек — серьезное испытание.

— Посмотрим, чья возьмет. Пойдем готовиться к испытанию.

И пошли к выходу. Перед порогом неожиданно разом повернулись, как по команде "круќгом!", и гаркнули во всю силу фронтовых глоток: — "Здравия желаем, генерал-директор!" — и, гогоча, сиганули за дверь. Я успела крикнуть со смехом:

— Да ладно вам, обормоты!

Мельком успела заметить, что Юрий по-спортивному ловок в прыжке, а Иван сильно прихрамывает, если забывает следить за собой. Они, продолжая гоготать, прокатились по двору и громом захлопнутой калитки дали мне знать, что не очень дорожат сим учреждением и вряд ли появятся вновь.

Я развернула выложенные ими бумажки, ожидая увидеть приказ районо. Никакого приказа, абсолютно чистые листы. Какая издевательская шутка! С большим усилием заставила себя продолжать работу. Зачем приходили? Какой же дурой я выглядела, когда, не видя приказа, зачислила их в члены нашего коллектива! И нотацию прочитала! Они и не собирались работать с нами. Представляю, как они сейчас смеются надо мной! То-то так ернически попрощались… Было и стыдно, и обидно, и злость на себя душила… Нужно же так опростоволосится. Завтра после педсовета схожу в районо, узнаю, когда ждать новых учителей.

Утром учительницы собрались к девяти, я ничего не сказала про Юрия и Ивана. Все оделись, как на уроки, только Вера Матвеевна нарядилась, как на званый вечер. Девушки насмешливо переглядывались. Я снова ничего не понимаю.

До начала педсовета уточнили списки учащихся по классам, чтобы не напутать в классных журналах, определили, кто какую классную комнату займет. Без десяти минут десять распахнулась дверь.

— Здравствуйте, девушки — красавицы, душеньки — подруженьки! Примете нас в свою компанию?

В дверях стояли вчерашние шутники. Оба в военных брюках и защитных рубашках с галстуками.

— Вы как раз вовремя, — сказала я, — Сейчас начнем. Но сначала я представлю вас. Это Иван Михайлович, а это Юрий Николаевич. Приказа они еще не принесли, но надеюсь, что он будет. А теперь как величать душенек — подруженек. Табуретки вам подала Тамара Максимовна. Рядом с нею — Софья Натановна. А это Вера Матвеевна…

Мужчин сбило с толку то, что я нарушила церемонию знакомства с девушками, они не знали, как себя вести при такой манере представления, и посерьезнели.

— Ну вот, все в сборе, — продолжила я, — самое время начать заседание.

Мужчины смотрели на меня во все глаза, никак не соглашаясь с директорством какой-то девчонки. Они видели, что учительницы признали мое руководство, оно их не тяготит. Во время обсуждения учительницы свободно отстаивали свое мнение, вступая в спор с коллегами и со мной. Мужчинам было трудно разобраться, кто из нас прав, кто ошибается, так далеки были проблемы, о которых мы говорим. Обоих испугала собственная катастрофическая некомпетентность. Фронтовая наука — тут не помощница…

После заседания мужчины вышли покурить, а девушки в соседнем классе быстро накрыли стол к чаю. У нас стало традицией все педсоветы и другие совместные дела завершать чаепитием. В учительской в отдельном шкафчике хранилась посуда. Чай кипятила моя мама дома на плите, а заваркой служили зверобой и материнка (чебрец). Сегодня мама набросала в чайник материнки.

Увидев накрытый стол, мужчины вопросительно посмотрели друг на друга. Я их поняла:

— Спиртного у нас никогда не бывает.

Они засмеялись

В тот день хозяйничала за столом Тамара Максимовна. Умница и красавица, не пыталась скрыть, что ей очень понравились новые коллеги, и в свою очередь, ей хотелось бы, чтобы и мы им тоже понравились. Но, кажется, мы для них вовсе не существовали, мир в их глазах заполнился одной Тамарой Максимовной, На лице Ивана это было написано аршинными буквами. Девушки перешучивались, а парни не сразу пришли в себя. Тамара поставила перед ними стаканы с чаем и подвинула поближе тарелку с беляшами. Это она принесла из дома беляши и баночку с медом. Царская роскошь для того времени. Остальные выложили разное печиво из кукурузной муки. Парней очаровали беляши и чай, заваренный материнкой. С этого дня материнка стала для Юрия любимой заваркой. Девушки с шутками предлагали парням все попробовать. Они не отказывались, пробовали и ватрушки и печенье, говорили, что теперь на неделю будут сыты. В разгар застолья Тамара приглашающе взглянула на подруг:

Кто там по горочке спустился?

Наверно, милый мой идет,

На нем защитна гимнастерка,

Она меня с ума сведет.

Мы часто поем, голоса распределены, звучат слаженно, красиво. Самый красивый и сильный голос у Тамары, поэтому запевала всегда она. Наше умение петь — очередной сюрприз для парней. И они тут же ответили своим сюрпризом: второй куплет вместе с Тамарой запел и Иван Михайлович. Тенор. С цыганским страдательным надрывом. А припев вместе с нами подхватил и Юрий Николаевич. Баритон, проникновенный, чуткий и гибкий. Песня получила совершенно другой колорит. Забыли о чае. обо всем на свете, пели, вспоминая одну песню за другой. Никогда до этого мы не пели так чарующе прекрасно. Я видела, как мама возле плиты в уголке двора непрестанно оглядывается на окна нашего класса. А она понимает толк в песне.

— Золотые наши подруги! — воскликнул Юрий. — Неплохо бы и потанцевать, но даже гитары завалящей нет.

— Как нет! Соня, неси гитару!

Комнатка Софьи Натановны в флигельке под одной крышей со школьным сараем. Бренчать на гитаре умели все, кроме меня, но из-за отсутствия кавалеров мы никогда во время чаепитий не устраивали танцев, А теперь есть настоящие кавалеры! Танцы до упаду! Сдвинули к окну стол, освобождая пространство. Соня заиграла вальс. Юрий пригласил меня, Иван — Тамару. Покружившись немного, кавалеры поменяли дам, ни одну не обидели, не обошли вниманием. Меньше других танцевала Вера Матвеевна, самая нарядная из нас. Ее почти не приглашали. Она забрала гитару у Сони и ударила гопака. По кругу, раскинув руки и поводя плечами, с дробным перестуком поплыла Тамара. К ней орлом вылетел Иван. Юрий вытащил в круг всех остальных, и пошла катавасия. Я удалилась в учительскую. Нужно составить сводку о контингенте учащихся по классам и распределении учебной нагрузки среди учителей, чтобы с Тамарой передать эти сведения в районо. Начальные классы распределены еще весной, в пятых — седьмых уроки математики, физики и химии поведет Софья Натановна, я — русский язык и литературу, остальные часы нужно поделить между мужчинами. Немецкий язык, история и география — Юрию Николаевичу, биологию, труд, физкультуру, пение и рисование — Ивану Михайловичу. Я позвала мужчин на минутку, чтобы спросить, согласны ли они с такой нагрузкой. Часов чуть больше ставки, а работы много. Разные предметы, разная подготовка, педагогического опыта у мужчин нет, на подготовку к урокам потребуется уйма времени. Не приведи Бог, чтобы отказались. К счастью, они согласились, не отказались. Очарование Тамары Максимовны помешало им вовремя одуматься. Завтра приведем в порядок школьный двор, послезавтра приберем территорию вокруг школы, а в последующие два дня отмоем от летней пыли классы.