Энн Тайлер - Лестница лет

— В таком случае, вам следует пожениться сейчас, — сказала Делия.

— Жаль, что его дочери не согласны, — вздохнула Бинки. — Ты слышала, что Дуди обрезала волосы?

— Обрезала волосы?

— Устроила скандал, когда Нат сообщил о нашей помолвке, побежала к нему в ванную, схватила такие маленькие ножницы, которыми он подрезает бороду, и выстригла волосы.

— Господи! — опешила Делия.

— Пэт и Донна тоже отказались приехать на свадьбу, а когда я попросила Элли быть свидетельницей, только из вежливости, потому что я уже пригласила свою сестру и племянниц, она сказала, что, может, тоже не приедет, что не уверена, приедет или нет, поэтому лучше откажется. А потом пошла и сказала Нату, что его юрист должен составить брачный договор. Думаю, они все считают меня какой-то охотницей за деньгами. Неужели не понимают, как их отца ранит, когда они не верят, что женщина может полюбить его самого, а не его деньги?

— Они просто немного удивлены, — утешала ее Делия. — Это пройдет.

Бинки покачала головой, расправляя ладонью страницу кулинарной книги.

— Они звонят ему, и первое, что они спрашивают, это: «Она рядом?» Это они меня так называют, никогда не произносят моего имени, если только могут этого избежать. И почти никогда не приезжают. Донна говорит, что это потому, что я всегда здесь. Она считает, что я не даю им побыть наедине, хотя я стараюсь, просто я…

Женщина покраснела и замолчала, и Делии пришлось гадать, что же она, собственно, хотела сказать, пока Бинки не закончила фразу:

— Просто я как бы теперь здесь живу.

— О, разумеется, — поспешила сказать Делия. — А они чего ожидали?

— Ой, ну я не стану надоедать тебе своими проблемами. — Бинки смутилась. — Знаешь, Делия, почему мне нравится с тобой разговаривать? Потому что ты никогда не вмешиваешься с воспоминаниями, как это было у тебя. Неудивительно, что ты так популярна.

— Я популярна?

— Не скромничай. Ной рассказал, что половина Бэй-Бороу ходит у тебя в друзьях.

— Господи боже! Да я почти никого не знаю, — изумилась Делия.

Хотя, начав считать, удивилась тому, сколько у нее появилось друзей.

— Нет ощущения, что ты просто терпишь, пока я говорю, — продолжала Бинки. — Все остальные как будто только и ждут, глядя в пол, чтобы вскочить и начать рассказывать свою историю.

— Ну мне особенно и рассказывать-то нечего.

На прошлой неделе за ужином Джоэл спросил, где в Балтиморе жила Делия.

— О, и там и сям, — отмахнулась она, и мужчина оставил эту тему, или она так подумала. Но через минуту спросил:

— Странно, не правда ли? Считается, что у женщины, которая не обсуждает свое прошлое, оно непременно есть, я имею в виду, обязательно есть что вспомнить — что-то необыкновенное и экзотическое.

— Верно, — произнесла она нейтральным тоном.

Интересная теория: Делия обдумывала ее, пока не заметила, что стало тихо. Подняв глаза, она увидела, что Джоэл смотрит на нее.

— Что? — Ей показалось, что мужчина хочет что-то сказать.

— О, ничего.

Потом Ной, раскачиваясь на двух ножках стула и почти падая вперед, попросил передать ему соль, и момент был упущен.

По дороге на свадьбу Делия все время смотрела в зеркало заднего вида — она боялась, что накрасилась слишком сильно.

— Как тебе моя помада? — спросила она Ноя.

— Хорошо, — ответил тот, не глядя.

У подростка были свои заботы. Он периодически пробегал пальцами по пуговицам зимней куртки, проверяя, лежат ли в кармане рубашки кольца.

— Ты уверен, что она не слишком яркая? — снова обратилась к мальчику Делия. — Моя помада, Ной.

— Не-а, она в порядке.

— А ты мило выглядишь, — улыбнулась Делия.

— Не знаю, с чего нужно было так выряжаться.

— Выряжаться! Надеть рубашку без галстука — это, по-твоему, выряжаться?

— Я похож на мальчишку, который поет в школьном хоре.

— Ты должен радоваться, что Нат не заставил тебя купить костюм, — сказала она ему.

— А что если я уроню кольцо? Вы же знаете, у меня руки будут дрожать. Я знаю, что уроню кольцо, и оно с громким стуком упадет на пол, и покатится по всей церкви, пока не свалится в какую-нибудь щель, где мы его уже никогда не найдем.

— Жаль, что я не оделась наряднее, — пожаловалась мальчику Делия. — Я выгляжу как старая тетушка или вроде того. — Под пальто на ней было серое платье в полоску. — Надо было надеть хотя бы ожерелье, или кулон, или нитку бус.

— Вы в порядке.

В Балтиморе в шкатулке с украшениями у нее хранилось ожерелье из четырех нитей жемчуга. Оно, разумеется, было не из настоящего жемчуга, но к платью в полоску идеально бы подошло.

Сколько должно пройти времени, прежде чем она сможет сказать, что те вещи, что остались в Балтиморе, вышли из моды или пропали. Или испортились бы, даже если бы она осталась? Когда вещи, что у нее есть здесь, станут ее настоящими вещами?

Делия мигнула поворотниками и свернула на автостраду № 50.

— У-у-уч! — проскрипел Ной, схватившись за ручку дверцы.

— Прости. — Она снизила скорость. — Так. Думаю, что наконец повстречаюсь с твоей мамой.

— Да.

— Она ведь решила приехать, разве нет?

— По последней версии, решила.

Недавно Делия обнаружила в комнате Ноя, глубоко в шкафу, газету «Бордуок бюллетень». Статья начиналась словами: «Кто эта роскошная диктор, передающая прогноз погоды на Дабл Ю-Кей-Эм-Ди?» Но, посмотрев на Ноя сейчас, было невозможно догадаться, что подросток вообще когда-нибудь думает о матери. Он зевал и смотрел в окно на следы снежной бури, прошедшей на прошлой неделе. Лес выглядел черными палочками на белом фоне, как на художественной фотографии.

«Своевременное предупреждение о снежном буране или шторме может стать вопросом жизни и смерти, — говорила Элли в интервью. — Поэтому, когда я думаю, что приношу пользу обществу, меня охватывает теплое волнение».

Делия гадала, что бы сказал Джоэл по поводу «теплого волнения».

Перед ними возник куб из красного кирпича. Это был Сениор-Сити. Делия снова просигналила поворотниками и свернула на парковку.

— А если они захотят, чтобы я сказал речь? — спрашивал Ной.

— Тебе не придется выступать.

— А что если кого-нибудь стошнит или что-нибудь в этом духе? Я ведь должен помогать.

— Уж поверь мне, — засмеялась Делия, — это все нестрашно.

Они выбрались из машины и прошли через стоянку, на которой было не так много машин, как могло бы быть. Делия, в туфлях на тонкой подошве и высоких каблуках, была вынуждена виснуть на руке Ноя, когда они шли по скользким участкам.

— Видишь, — сказала она, — ты уже помогаешь.

Его рука была тонкой, но жесткой и сильной, как стальной прут.

В холле они спросили у старика, как пройти к часовне.

— Прямо, а потом в конце коридора налево, — ответил тот. — Вы, наверное, идете на свадьбу.