Ли Ги Ен - Земля

Кан Гюну очень хотелось, чтобы охотники, убившие кабанов, получили хоть какое-нибудь вознаграждение за удачную охоту.

— Нет, нет… Если вы не возражаете, мы сварим немного мяса и попируем сегодня… А без вас пировать — нет никакого интереса.

— Верно, оставайтесь с нами, погуляем как следует! — послышалось со всех сторон.

— Сегодня мне некогда, товарищи; я очень тороплюсь. Завтра все вместе пообедаем. Я сейчас сообщу в волость, что работа возобновляется.

— Мы будем ждать вас, товарищ Кан Гюн! Когда вы придете, все уже будет готово…

При одной мысли о завтрашнем пиршестве многие проглотили слюну.

Кан Гюн был рад происшествию с кабанами: как будто с неба свалились! Попробуй купить их — отдашь побольше тысячи вон! Да и где их сейчас купишь?

А теперь и селяне, и гости смогут полакомиться вкусным обедом. А главное, укрепится дружба между людьми из волости и бэлмаырцами.

Кан Гюн докурил самокрутку и собрался уходить.

— Чуть не забыл! — удержал его Пак Чем Ди. — Товарищ Кан Гюн, отведайте свежей кабаньей крови!

— Вот хорошо, что напомнил! — спохватился Куак Ба Ви. — Правда, отведайте, товарищ Кан Гюн. Она, верно, еще теплая…

— Свежей крови? Да я ее никогда и не пробовал!

— А теперь попробуете. Это замечательная штука! — уговаривал Пак Чем Ди. — Прежде богачи, чтобы попить свежей кабаньей крови, нанимали охотников и уходили вместе с ними в горы. И редко находили ее. А тут подвернулся такой удачный случай! Вы для нас много потрудились; кабаны нам для того и попались, чтоб мы могли поддержать ваше здоровье! Отведайте, непременно отведайте!

— Я молод, мне и без нее хорошо! Это уж вы, старики, пейте… Пусть и Куак Ба Ви отведает…

— Что вы! — испуганно воскликнул Тю Тхэ Вон. — Если он еще сильней станет — не миновать беды! Отойди, отойди, Куак Ба Ви!

Крестьяне весело расхохотались.

— Мы-то выпьем, за нас вы не беспокойтесь, — сказал Пак Чем Ди. — Вперед вы должны отведать.

И Пак Чем Ди направился было домой за трубочкой, через которую высасывают кровь.

— Не ходите никуда, — остановил его отец Сун И, — у нас есть!

Он вынес из дома трубочку.

— Выйдем во двор, Кан Гюн, — предложил Пак Чем Ди, — и возьмем кровь у молодого кабана. У молодого-то она лучше, чем у старого.

Вслед за Пак Чем Ди все высыпали во двор.

Сун И принесла нож. Пак Чем Ди воткнул его в шею молодому кабану и быстро всунул туда трубочку.

— Идите сюда, — позвал он Кан Гюна, — попробуйте!

Кан Гюн колебался, испытывая чувство брезгливости.

Уступая настойчивым упрашиваниям крестьян, он подошел к кабану. Преодолевая отвращение, несколько раз глотнул из трубки теплую густую кровь. Потом передал трубку Пак Чем Ди и вскоре ушел в волость.

Назавтра, действительно, день выдался солнечный. Стаял почти весь снег.

В домах у Пак Чем Ди и Сун И всю ночь варилось в котлах кабанье мясо. Еще с вечера пришли разделывать кабанов почти все, кто принимал участие в охоте: Куак Ба Ви, Тю Тхэ Вон, Квон Чир Бок, До Чи, Хван Гап Сан и другие.

Мяса оказалось много, его с лихвой хватило бы на грандиозный обед. Туша кабанихи была так велика, что целиком не влезла в огромный котел, и ее пришлось разрубить пополам.

Куак Ба Ви подал мысль организовать небольшой оркестр из народных музыкальных инструментов. Раньше таких инструментов в деревне было много, но японцы забрали их как «цветные металлы». Уцелели только у тех, кто догадался зарыть их в землю.

Хван Чем Ди должен был играть на сансэ, Пак Чем Ди — на ходеке [60] Сансэ — национальный музыкальный инструмент, напоминающий флейту; ходек — духовой инструмент. , Тю Тхэ Вон и Квон Чир Бок — бить в большие барабаны. К маленьким барабанам вызвались встать Хван Гап Сан, До Чи, Чен Сен и Дон Су. Плясать должны были Дон Ун и Доль Мени.

Рано утром музыканты вышли в поле и заиграли, призывая людей к работе.

Бэлмаырцы, заслышав музыку, в изумлении выбежали на улицу.

С музыкой работать было веселей.

Пришли люди из волости, больше двухсот человек! В числе двадцати женщин, направленных сюда женским союзом, была Сун Ок. Гости сообщили: в поле, к обеду, принесут четыре ведра сури. Больше всех обрадовался этой вести Тю Тхэ Вон.

Вынужденную однодневную передышку бэлмаырцы использовали для домашней работы. Кто сходил в лес по дрова, кто сплел соломенную обувь. А Куак Ба Ви приготовил из прутьев корзины для женщин.

Инициатива Сун Ок была охотно подхвачена женщинами: придуманным ею способом пользовались не только те, кто приходил на воскресник из города, но и местные крестьянки. И работа пошла живее.

Куак Ба Ви очень хотелось облегчить труд всех женщин. Но прежде всего, конечно, он думал о Сун Ок… Она не пропускала ни одного воскресника. Это и радовало и огорчало его. Ему приятно было видеть Сун Ок, но он беспокоился, как бы не надорвалась она на тяжелой работе, не поранила себя чем-нибудь, не заболела…

Сун Ок приходила в Бэлмаыр не только по воскресеньям, но и в будние дни, когда сюда наведывался Кан Гюн, и работала в низине вместе с крестьянками.

И с каждым днем все ясней, все сильней она чувствовала, что неудержимо растет в ее сердце горячая привязанность к Куак Ба Ви…

После того как пришли люди из волости, стало еще оживленнее. Снег растаял, и влажная земля легко поддавалась лопатам. Все работали с энтузиазмом.

Куак Ба Ви, как и прежде, вздымал землю своей гигантской бороной. А в редкие минуты отдыха, оставив борону, обходил другие участки и всегда оказывался там, где было трудно. Вот людям не удается вытащить из земли засевший там большой камень — и они зовут на помощь Куак Ба Ви. Обхватив камень обеими руками, он поднатуживался, камень послушно выходил из земли, и Куак Ба Ви уносил его на край поля. Иногда люди никак не могли выдернуть толстый сосновый пень — и снова звали Куак Ба Ви. Он бросал на время свою работу, шел к злополучному пню и усмехнувшись: «Эх, сколько вас тут, а не можете вытащить пустяковый пенек!..» — ухватисто брался за пень руками и, поднапрягшись, с треском выдирал его из земли. Люди только головами покачивали, дивясь его силе. Он словно лишь теперь получил возможность показать ее в полной мере.

— Силе Куак Ба Ви нет предела! Может, ты в детстве женьшень ел?

— Что-то такое он наверное в детстве съел! Иначе откуда же у него такая сила? — поддержал шутку Кан Гюн.

— Не то что женьшень, — усмехаясь, отвечал Куак Ба Ви, — а и каши-то порой не было!

— Кашу-то мы ели. А почему же мы не такие сильные?

— Это у него по наследству. Не всем же быть силачами!

Популярность Куак Ба Ви росла. О его необыкновенной силе говорила вся округа. Даже те, кто прежде смотрел на него свысока, теперь почтительно кланялись ему. Находились среди жителей волости и такие, что специально приходили на воскресник, чтобы посмотреть на Куак Ба Ви.