Лилли Промет - Девушки с неба
- Название:Девушки с неба
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Советский писатель
- Год:1990
- Город:Москва
- ISBN:5-265-00877-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Лилли Промет - Девушки с неба краткое содержание
О последних месяцах фашистской оккупации в Эстонии рассказывается в романе «Девушки с неба».
«Примавера» — это роман о любви.
Девушки с неба - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Если меньше попросишь, жена не поверит, — весело подмигнул господин Карлсен Ханнесу.
«Совсем как свой парень», — подумал Ханнес и рассердился на жену хозяина, у которой тот должен выпрашивать собственные деньги.
Господин Карлсен заказал полный стол всяческой еды и напитков, но вокруг было так много интересного, что Ханнес больше смотрел по сторонам.
В погребке горел неяркий свет и стены были разрисованы всякими кружками и треугольниками. Народу было немного. Две-три мужские компании. И Ханнес подумал, что настанет время, когда и он со своими приятелями будет вот так же сидеть здесь.
— Ты знаешь историю про колумбово яйцо? — спросил господин Карлсен.
— Нет, — признался Ханнес. — Я только слыхал о ней.
— Это надо знать, в жизни пригодится, — поучал господин Карлсен. — Это значит, что какое-нибудь сложное дело оказывается ясным и простым. Понял?
Ханнес не понял, но он не хотел огорчать господина Карлсена и поэтому кивнул.
— Вот так. А где ты об этом слыхал?
— На строительстве. Ребята говорили.
— А что они еще говорили?
— Больше ничего, — прямодушно ответил Ханнес.
— Ну ладно, — буркнул хозяин неопределенно и потом сказал: — Сам видишь. Я между людьми различия не делаю. Главное, чтобы каждый человек был молодцом. Верно?
— Верно, — подтвердил Ханнес и подумал, что в городе ему везет.
— Ну, выпьем еще, — дружески предложил господин Карлсен.
Но Ханнеса слегка подташнивало от этих жидких, приторных напитков, и ему хотелось домой.
— Дурачок, самое лучшее у нас еще впереди, — засмеялся хозяин. Взял со стола бутылки и пошел впереди Ханнеса. На втором этаже он ногой распахнул дверь. В маленькой синей комнате стоял накрытый стол.
— Благодарю, — сопротивлялся Ханнес, — но я больше не в силах…
Тут пришел кельнер и позвал хозяина к телефону. Господин Карлсен пошел неохотно.
Только Ханнес сел на край дивана, как в комнату неслышно вошла женщина. Вежливо поздоровалась и села на софу рядом с Ханнесом. Женщина была молодая и милая, завитая и надушенная. И одежда на ней была красивая.
— Ты что грустный? — спросила она.
Ханнес покраснел.
— Я не грустный.
— А что с тобой?
— Ничего, — грубо ответил парень.
Женщина вдруг положила голову Ханнесу на плечо и обняла его двумя руками за шею.
— Тогда поцелуй меня.
— Что? — удивился парень.
— Ты заказал меня? — спросила женщина, обнимая его за шею.
В этот момент вернулся господин Карлсен, и его добродушная пьяная физиономия перекосилась от злости.
Ханнеса избили. Бил хозяин, бил кельнер, и милая женщина отвесила ему пару пощечин.
— Забыл, кто тебя кормит, щенок?! — вопил господин Карлсен.
Ханнес поднялся с пола. Удивление и испуг прошли. Он был в ярости. Своими большими руками деревенский парень схватил хозяина за грудь.
— Я запомню, — сказал он. — Я еще покажу тебе «колумбово яйцо».
Шестнадцать лет было тогда Ханнесу.
Пярья поставила на стол полную миску гороховых лепешек, и после долгих приглашений гости стали пить чай. Но у них были такие лица, словно вместо Пярьиных лепешек они пережевывали свои мысли.
Разговор шел вяло. Выяснили, кто где работает, женщины говорили о ценах на базаре, о брынзе и снятом молоке — их можно по дешевке достать на маслобойке. Жаль, не посадили они картофель, тогда бы зимой было легче. Йемелю казалось, что бригадир жульничает, выписывая трудодни. Говорили, что на работе в колхозе изодралась одежда, а новую взять неоткуда. Ханнес хвалил кузнеца Хабибуллина, а Популус — чернозем.
— Воткни в землю палку — сразу прорастет. — И рассказал историю о двух стариках, которые жили в Эстонии. Они постоянно отказывали себе во всем, чтобы прямо на песке построить себе маленький дом. Страх оказаться на закате жизни без крова и куска хлеба подгонял их. Они экономили на всем, питались грибами и ягодами. По одной тачечке они привозили себе торфяную землю, чтобы вырастить немножко редиски весной или тыкву на зиму.
В историях Популуса — даже в забавных — была всегда крупинка грусти.
— Я тогда жил в Сикупилли, и они приходили ко мне в гости, — рассказывал Рууди. — Заглянут на минуту и тут же уходить собираются. Домой торопятся. Песчаная земля, огурцы чахнут, другим овощам тоже удобрения требуются, денег не хватает. А тут!.. — Популус усмехнулся и завязал кисет. — Воткнешь палку в землю — сразу листочки появятся.
Йемель поднялся — пора уходить. Всегда ждешь от воскресенья так много, но вот уже вечер, а ничего особенного за день не случилось.
— Подожди, пойдем все вместе, — сказал Популус. — Или тебе требуется больше времени, чтобы дотащить до дому свое собственное? На нашем дворе, друг Йемель, не растет ничего, кроме крапивы, а она обойдется без твоих удобрений.
Ох уж этот Популус!
В то время как другие пили у Пярьи пахучий зеленый тминный чай, волновались и спорили, Кристина брела по лесу, срывала цветы, еще неспелую землянику и думала. Где-то были большие шумные города, а тут только скучная деревня. Где-то было счастье, но не там, где была Кристина.
Ребенком она любила мечтать, закрыв глаза и натянув одеяло на голову.
— Кристина, ты спишь? — спрашивала мать, ждала ответа и говорила, потихоньку удаляясь: — Спит.
Кристина хотела, чтобы ей не мешали мечтать о маленьком Николя́, мальчике, красивом, как на поздравительных почтовых открытках. Кристина видела его один-единственный раз в кино. После человека-лягушки, клоунов Макса и Лекса и иллюзиониста Николя танцевал матросский танец. Изображал, что тащит трос, складывает его в бухты, смотрит в бинокль и лезет на мачту.
Поговаривали — и Кристина слышала это, — что настоящее имя Николя — Николай, что его родители эмигранты из России и что они распродают свои драгоценности и фамильное серебро. Кристина знала только одного эмигранта — князя Белобородова, который жил у них во дворе. Вся его семья спала на полу среди тряпья, дети ходили побираться. Маленький Николя носил лаковые туфли и красивый матросский костюмчик. У него были длинные коричневые локоны. А дети Белобородова были острижены наголо, и у самой старшей девочки, Киски, не было даже штанов, только платье на голом теле. И все дразнили ее: «Ха-ха! Бесштанная команда! Бесштанная команда!»
Нет, Николя не мог быть эмигрантом! Сердце Кристины громко стучало, Кристина была влюблена. Ночью после кино, забравшись с головой под одеяло, она представляла, как будет сама в развевающемся платье с блестками танцевать на сцене. Представляла, как после окончания она изящно кланяется, держа двумя пальцами подол платья, и как Николя, улыбаясь, шлет ей из-за кулис воздушный поцелуй.
Перед кинотеатром Кристину ждет авто. Все дети их двора и улицы — Киска Белобородова, Феликс и сапожников Лембит — толпятся вокруг машины и с завистью глядят, как Кристина, сидя в машине, лакомится пряничной лошадью, покрытой розовой глазурью. Тогда Лембит пожалеет, что бросал камнями в их кур, и Оссь, который не брал Кристину покататься на ослике, принадлежащем его родителям — торговцам на базаре, тоже пожалеет. И если он позовет теперь, Кристина скажет:
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: