Лев Правдин - Ответственность
- Название:Ответственность
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Пермское книжное издательство
- Год:1991
- Город:Пермь
- ISBN:5-7625-0116-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Лев Правдин - Ответственность краткое содержание
Роман, время действия которого — сороковые — шестидесятые годы, — посвящен проблеме гражданской ответственности человека.
Ответственность - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Вот ты и добился своего. Молодец.
Сеня не совсем почтительно подумал: «Это вы добились своего», — но уважение, которое он всегда испытывал к Бакшину, заставило его смолчать.
Львы глядели в темноту неживыми глазами. Разверстые их пасти забиты пылью и мусором. Нет, уж не зарычат. Бакшин ощутил острое желание прочистить собственное горло, что и сделал. Раздался раскатистый, подозрительно похожий на львиный, рык. Оглянувшись на льва — на льва, а не на Бакшина, — Сеня хихикнул. Именно хихикнул, как бы подчеркивая обидное сходство. Это же подумалось и Бакшину. Чепуха: он и бетонный лев? Ничего общего. Он откашлялся и сплюнул к самому подножию постамента, пресекая всякую попытку посмеиваться на его счет. И это явилось также и его местью за внезапное сочувствие подавившимся львам. Явно неуместные скульптурные излишества, которые, если что-то там олицетворяют, то разве что отсутствие чувства меры у строителей.
Спускаясь по ступенькам, он не глядел на своего спутника, который тоже что-то олицетворяет, хотя Бакшин твердо знал, что именно. Его, Бакшина, будущее — вот что. Именно о таком будущем он думал и совсем еще недавно, когда в последний раз разговаривал с сыном. О будущем смелом, расчетливом, настойчивом, но тогда ему и в голову не пришло, что это будущее восстанет против него.
Покосившись на своего спутника, Бакшин, однако, не заметил ничего для себя обидного. Сеня шел с ним рядом и молчал. Великодушие победителя или неловкость, которая иногда примешивается к торжеству?
— Не думайте, что мне легко, — неожиданно проговорил Сеня.
— Ладно, не оправдывайся…
— Оправдываться? В чем?
Какая уж тут неловкость? Бакшин усмехнулся:
— Ты знаешь, какой груз ты на себя взвалил?
— Мало я еще знаю.
— И не боишься?
— Побаиваюсь, — признался Сеня.
— Не бойся, поможем, — пообещал Бакшин и почему-то добавил: — В будущем.
— Будущее сегодня жить хочет, а не когда-нибудь потом.
— Сказано хорошо, — похвалил Бакшин. — А хотел в музыканты.
— Музыка — это не мое дело, это я понял, а вот какое мое — этого долго понять не мог. Тут вы мне здорово помогли. Помните, когда вы город восстанавливали? Вот тогда и пришло решение. Вы меня сразу своим делом захватили. Строителем меня сделали.
— Вот за это тебе спасибо, — стараясь не показать своего волнения, проговорил Бакшин.
Он находился в таком ошеломляюще счастливом состоянии, словно он был слеп какой-то внутренней слепотой, которая не мешает человеку видеть все вокруг, но не дает видеть самого себя, своего отношения к окружающему. И вот теперь прозрел и увидел все, что прежде было скрыто от него. И это случилось не вдруг, а зрело в нем давно, накапливалось, как вода в чаше. Сенино смелое выступление, как последняя капля, переполнило эту чашу. Сенина победа — это и его, Бакшина, победа, потому что именно он сделал Сеню строителем.
Взволнованный этим прозрением, Бакшин увидел своего сына. Никогда еще не слышал он благодарности от Степана, хотя для него-то сделано неизмеримо больше, чем для Емельянова. Сделано все, хотя сам Степан считает, будто ему чего-то еще недодали. Недоплатили. И жена тоже требует признания своих заслуг. Какая уж тут благодарность! Он так и уехал, не поняв, как это в его доме, где все помыслы были подчинены служению высокому долгу, завелось такое душевное стяжательство? И вот только теперь понял, как он сам виноват во всем этом. Он сам сделал их такими. Разве он знал, как растет его сын, какие мысли бродят в его голове? Разве он заметил, что его жена из «комсомолочки Наташи» превращается в холодную чиновницу? Ничего он не видел и ничего не знал, потому что и сам думал, что его долг выше всего, и все, что он делал, все это только для дела, а не для людей. Людей он не видел, и даже самых своих близких.
Он сам сделал их такими и вот теперь расплачивается.
И он же помог Емельянову найти свое дело, и хоть не очень велика его заслуга, но работник-то какой вышел! И несомненно отличный будет руководитель. Начальник.
— Спасибо, Семен, спасибо, — повторил Бакшин с пылкой строгостью, словно благодарил за подвиг.
— Да за что же? — с недоумением спросил Сеня. Он все еще не мог преодолеть чувство торжества и одновременно неловкости за свою победу, которая так легко ему далась. И еще он не знал, чем объяснить поведение Бакшина: сдался без борьбы. Поднял белый флаг и еще за что-то благодарит своего победителя. — И не я один. Все так же говорили. И время сейчас такое…
— Твоя правда, — согласился Бакшин с такой покорностью, что Сене припомнилось его самонадеянное обещание привести «самого» Бакшина на веревочке.
Не зная еще, как выполнить это свое обещание, для начала он спросил:
— Ожгибесова помните?
— Летчика? А как же! Он где?
Рассказав про Ожгибесова, Сеня без передышки сказал:
— Мама была бы рада увидеть вас.
— Да? — спросил Бакшин, продолжая стремительно шагать. — Я тоже. — И замолчал.
Они поднялись в гору и давно уже прошли мимо той гостиницы, в которой разместились члены комиссии, а Бакшин все молчал. Прошли «семиэтажку». Из открытых окон ресторана тянулась заунывная музыка. Тихо шумели старые липы театрального сквера, и оперный театр, сияя огнями, как корабль, вплывал в темные аллеи. Песок заскрипел под ногами. Миновав сквер, вышли на вечернюю оживленную улицу. Бакшин вдруг остановился, пристроил палку на сгибе локтя и, доставая из портсигара папиросу, спросил:
— Как она? Так и живет одна?
— Ничего, — ответил Сеня, — работает. — Посчитав, что Бакшину полагается знать все самое главное, он сообщил: — После, когда Ожгибесов выпишется из больницы, она хочет, чтобы он жил с ней. Совсем.
Бакшин уронил папиросу и, забыв достать другую, сунул портсигар в карман.
— Далеко идти? — спросил он.
— Нет, теперь уж близко. Хотите такси?
— Зачем же, если близко? Не осуждаешь мать?
— За что? Он любит маму, и очень давно. Еще с довойны.
— Любовь? — Бакшин сильнее застучал палкой. — Ее вы еще не отменили?
И засмеялся, давая понять, что он намерен шутить.
И Сеня тоже засмеялся, но совсем по другому поводу. Просто он вспомнил, как в сегодняшнем своем выступлении он говорил именно о любви, но только сейчас догадался об этом. Любовь к своему делу в строительстве так же необходима, как и расчет, и план. Нет, если отменить любовь, то остановится жизнь.
— Любовь? Нет, не отменили, — строго заметил Сеня и, чтобы совсем уж было не до смеха, добавил: — На днях Ожгибесову ногу отняли. Мама сама оперировала. Нет, не отменили, как видите. — Все это Сеня постарался проговорить как можно спокойнее. Как-никак Бакшин — гость, а Сеня — хозяин и ведет Бакшина — заслуженного человека — в добрый дом, где ему будет оказан самый уважительный прием.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: