Лев Мечников - Записки гарибальдийца
- Название:Записки гарибальдийца
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Алетейя
- Год:2016
- Город:C,анкт-Петербург
- ISBN:978-5-906860-30-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Лев Мечников - Записки гарибальдийца краткое содержание
Записки гарибальдийца - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Но и тут ему не долго пришлось действовать, так как скоро (9-го августа 1848 г.) заключено было перемирие между Австрией и Пьемонтом.
Когда снова начались военные действия, Гарибальди было предложено начальство над отдельным корпусом сардинской армии. Он отказался от этого предложения, намереваясь отправиться на выручку Венеции, теснимой австрийцами, но геройски защищавшейся. Еще раз пришлось ему изменить свои планы, – трудное положение Рима манило его туда.
Я не стану рассказывать всех событий 48 года. Общий характер их знает вся Европа. Карл-Альберт, справедливо заслуживший в этот короткий период название короля-мученика, с геройским самоотвержением отдался весь делу спасения Италии. Но он не соглашался действовать заодно с Мадзини, ставшим в главе римского движения, хотя оба они с равной самонадеянностью твердили знаменитую фразу: Italia farà da sé [195] Девиз короля Карла-Альберта Савойского: «Италия сделается сама по себе».
.
Беспорядки в сардинской армии, несогласия между отдельными личностями, парализовали энтузиазм и решимость итальянцев. Мало-помалу славные из деятелей и предводителей народного восстания потеряли доверие массы. Пий IX бежал в Гаэту, в Риме начались выборы депутатов. Гарибальди быль выбран представителем Мачераты, и первый провозгласил республику в священном городе. Между тем Кавеньяк [196] Луи-Эжен Кавеньяк (1802–1857) – французский генерал и государственный деятель, организатор расправы над восставшими парижанами в 1848 г.
(27 ноября 1848) сделал распоряжение об отправлении в Чивита-Веккию трехтысячного корпуса, защищать личную свободу папы. Провозгласив республику, Гарибальди отправился защищать Римские владения со стороны Неаполя. Войско его состояло из двухтысячного корпуса волонтеров. Главная квартира его была в Риети. Вот что говорит о нем Пизакане, бывший в это время офицером в римском войске.
Гарибальди в чине полковника стоял тогда в Риети. Он упорно отказывался соображаться с правилами и постановлениями регулярного войска и придерживался старого партизанского образа действий. Это, конечно, могло бы немало повредить ему. Но он был одарен совершенно особенными, блистательными качествами соображения; он удивительно умел воспользоваться обстоятельствами и обойтись небольшим количеством людей, бывших в его распоряжении; на него смотрели, как на единственную, драгоценную тогда личность, и тем больше ожидали от него, что видели ясно его врожденную способность к этому роду войны. Военный комитет, конечно, хорошо понимал это; разделив на две части тогдашнее римское войско, он вручил Гарибальди начальство над одной из них, состоявшей из волонтеров и организованной наподобие партизанских отрядов. Лично храбрый и добродушный, никогда не покидавший поля сражения, спокойный и рассудительный в самые трудные минуты, Гарибальди скоро стал кумиром своих солдат. Притом самая наружность, уменье владеть собой, привычки, даже костюм – всё это способствовало к тому, что его считали каким-то волшебным, таинственным существом.
Когда расположение Франции к Италии переменилось, когда Удино [197] Николя-Шарль-Виктор Удино (1791–1863) – французский генерал, сын известного наполеоновского генерала Н. Удино.
с новым войском готов был высадиться в Чивитта-Веккию, римский триумвират отозвал Гарибальди из Риети.
Всем известно, что ни усилия, ни военные достоинства героя не спасли Рима, и 2-го июля 1849 г. Гарибальди объявил собранию, что дальнейшее сопротивление невозможно. Триумвират сложил с себя верховную власть, и город сдался.
Гарибальди собрал оставшееся в Риме войско на площади Св. Петра и предложил им уйти из города, занятого уже иностранцами. Он намерен был возмутить провинции, где народ готов был на все, чтоб избавиться от чужеземного ига: «Солдаты, – сказал он, – я могу обещать вам только голод и жажду; земля будет вашей постелью, солнце будет жечь ваши усталые члены. Платить мне вам нечем. Вместо шатров и пищи – постоянные тревоги, усиленные переходы и работа штыками. Кто хочет славы и спасения Италии, тот только может следовать за мной!».
Более 4 тысяч человек отвечало на его воззвание.
Гарибальди с удивительной распорядительностью успел снабдить свое войско всем крайне необходимым и заложил часы для собственных своих потребностей. Анита последовала за ним, отослав в Ниццу к своей теще трех своих сыновей.
Теснимые со всех сторон, пробирались они непроходимыми местностями и скоро должны были оставить римскую территорию и перейти в Тоскану. Там тяжесть их положения увеличилась. Австрийцы неутомимо искали и ловили их как диких зверей, и не представлялось другого средства к спасению, как укрыться в маленьких владениях. Все дороги были заняты австрийцами. Повсюду объявлены были приказы Радецкого, которыми запрещалось не только оказывать какую-либо услугу беглецам, но вообще входить с ними в какие бы то ни было сношения. Некоторые из окрестных поселян, которых подозревали в том, что они служили проводниками Гарибальди, и другие, которые будто бы дали ему убежище, были расстреляны австрийцами.
Во время этих трудных переходов Анита умерла в лесу на руках своего мужа и друга его болонца Уго Басси, который вскоре сам попался в руки австрийцев.
Им, наконец, удалось пробраться в Сан-Maрино. Тамошние власти взялись быть посредниками между им и австрийцами. Некоторые из его приверженцев сдались на капитуляцию, которой условия австрийцы не позаботились сдержать. Гарибальди с остальными упорно стремился в Венецию – тогда последний оплот итальянской независимости.
Но и этот план им не удался, несмотря на нечеловеческую стойкость неустрашимого вождя. Самая природа, казалось, действовала заодно с австрийцами. Поднялись бури, но Гарибальди успел пробраться в море и разместить на барки свою небольшую экспедицию. Большая часть этих барок бурей были загнаны в Триест. Гарибальди уцелел один из 4 тысяч, и под разными переодеваньями успел снова пробраться в Ниццу. Но правительство сардинское, несколько обеспокоенное его дружескими отношениями к Мадзини и его популярностью, приказало ему оставить итальянскую территорию. Гарибальди отказался от всякого денежного вспомоществования и возвратился в Америку, но на этот раз он исключительно посвятил себя мирным коммерческим занятиям.
Вот что рассказывает о нем один его соотечественник, видевший его в это время в Нью-Йорке:
«В 1850 г., в одной из тесных улиц Нью-Йорка, возле небольшой свечной фабрики, была табачная лавочка, которую содержал шестидесятилетний генуэзский эмигрант, с красивым и благородным лицом, с экзальтированной речью. Это был Иосиф Авеццана, когда-то генерал, военный министр, член правительства; теперь, для поддержания своего существования, он продавал дешевые сигары. Один из друзей Гарибальди, моряк, бывший в это время в Нью-Йорке, посетил при мне знаменитого партизана. В этой табачной лавочке, он рассказывал нам, что нашел Гарибальди на его фабрике с засученными рукавами, занятого у котла с растопленным салом. «Я очень рад вас видеть, сказал ему Гарибальди, и очень хотел бы пожать вашу руку, но мои все в сале. Кстати, вы застаете меня в очень решительную минуту: я только что разрешил очень важную задачу навигации, очень долго меня занимавшую; и – странное дело! – меня навел на эту важную формулу вот этот котел с салом. Но не в том дело! А, право, я очень рад этому разрешению, потому что я намерен еще погулять по морю, и надеюсь, мы с вами встретимся».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: