И. Евстигней - Переводчик

Затем уже привычным движением я схватил Шаха за шиворот и рванул к вертолетам, мирно дремавшим за низеньким заборчиком на желтых пятаках. Впихнул Шаха в первую же машину, запрыгнул туда сам и… застыл. Передо мной на тот самом месте, где на компьютерном симуляторе была расположена панель управления с множеством кнопочек и приборов, находилась совершенно гладкая металлическая поверхность с нарисованным посередине кругляшом.

– Ну и что дальше? – задумчиво спросил я сам у себя. – Надеюсь, это не кнопка самоуничтожения?

Я провел пальцами по центру круга, панель мягко раздвинулась, и образовавшейся дыры плавно выдвинулась округлая, вертикально торчащая палка. Джойстик?! Отлично, почти как на симуляторе… только вот на симуляторе мои первые десять попыток взлета заканчивались громким "бум!" и столбом пламени. Да ладно, была не была. Всё равно другого выхода нет. Я обхватил джойстик рукой. Справа на лобовом стекле тут же зажегся монитор, выдав мне массу данных о состоянии летательного аппарата. Я даже не удостоил их взглядом – всё равно ничего не пойму – и решительно вдавил большим пальцем кнопку на "головке" джойстика.

Они выбежали на крышу, когда мы поднялись уже метров на двадцать. Я увидел, как сначала один, потом второй встал на колено и вскинул вверх короткий автомат… По обшивке сухо защёлкало, словно кто-то швыранул по нам горсть гороха. В нас стреляют?.. По-настоящему? Чтобы… чтобы убить?.. Да, Лёх, чтобы убить, и в этом нет ничего страшного!.. Ты слышишь? В этом нет ничего страшного… Ты видел это сотни раз в фильмах про войну. А здесь такой же фильм… или война?.. Ты перешёл грань. Они перешли грань. Всё по-честному. Разве нет? Поэтому сейчас ты спокойно разожмёшь пальцы… Это всего лишь судорога, обычная судорога. От страха. Да нет, даже не страха. Просто от неожиданности. Просто в тебя никогда раньше не стреляли… но это ничего… Видишь, это совсем нестрашно… Так вот, сейчас ты аккуратно разожмёшь пальцы, отпустишь джойстик, вытрешь мокрую ладонь о штаны, и спокойно и уверенно полетишь дальше. Ну что, договорились? Давай – раз… два… три!

…аккуратно разжать пальцы мне не удалось. Вертолет взбрыкнул и метнулся вправо, как дикий конь. Я сделал глубокий вдох и осторожно потянул джойстик на себя.

И всё же лететь ровно и плавно у меня не получалось. Нас ежесекундно то заваливало в воздушные ямы, то резко бросало из стороны в сторону, то снова подкидывало вверх. Полет пьяного шмеля, честное слово… Шах сидел странно притихший, изредка посматривая в окно у себя под ногами. Наконец, я немного освоился с управлением и краем глаза взглянул на монитор. «Карта», нажал я пальцем на зеленоватую надпись на стекле, и бортовой компьютер услужливо выдал мне план местности.

Если честно, куда мы летим, я не знал. Нам нужно было убраться с острова, и бог его знает как, но нам это удалось… Да, Алекс, усмехнулся я, дама-фортуна отдалась тебе в очередной раз всё с той же неистовоизвращенной страстью. А ты не подумал, какую плату она взыщет с тебя потом? Ах, не подумал, как всегда. Ну понятно… Итак, что мы имеем? Виза у тебя аннулирована, есть два паспорта – российский, нынче опасный и бесполезный, и поддельный китайский, на руках у тебя пациент психокоррекционного центра с текучестью сознания III степени тяжести, из одежды – дурацкая врачебная униформа, а за спиной – вусмерть обозленные спецслужбы Поднебесной. Так куда мы летим? В международный аэропорт Ланьтау с его суперпродвинутой системой безопасности? В воздушное пространство которого и муха незамеченной не пролетит? Ох, кот, тебе в голову всегда приходят гениальные идеи…

Алька звонко засмеялась, схватила меня за грудки и притянула к себе.

– Ну так давай, воплощай их в жизнь…

– Прямо здесь? – я улыбнулся, стараясь не показать, как от хлестнувшего возбуждения у меня перехватило дыхание.

Она не ответила, скользнула по сонной артерии жаркими губами и откинулась назад…

Неожиданно нас сильно тряхнуло. Чёрт, Алекс, да ты окончательно спятил?! Нашел время думать о сексе! Я посмотрел вперёд – прямо по курсу перед нами мельтешил рой разноцветных стрекоз. Ну да, над Гонконгом всегда много мини-вертолетов. Городское воздушное такси, да и сами жители покупают себе вместо машин, чтобы летать на острова и на работу на материк… Вопрос в том, зачем ты попёрся над Гонконгом, когда можно было его облететь?!!..

А теперь, как говорится, поздяк метаться. И, постаравшись не зажмурить от страха глаза, я с лету врезался в беспорядочный рой.

Мимо нас прострекотала желтая стрекоза, едва не задев нас тонкими лопастями. Я нервно сжал джойстик потной рукой и огляделся по сторонам. Наверняка у воздушного транспорта есть свои ПДД, но я-то их не знал! Мне казалось, что все эти разноцветные машины движутся совершенно хаотично. При мысли о том, что мне придётся пролететь сквозь их рой, я покрылся холодным потом. И буквально сразу откуда-то справа вынырнул мышиного цвета броненосец и двинулся прямо нам в бок на таран. Но в последний момент пожилой китаец, сжимавший в руках настоящий штурвал – а не игрушечный джойстик, как у меня – вдавил его вниз, и вертолет нырнул куда-то под наши шасси.

Я посмотрел под ноги через нижнюю линзу, но там тоже сновали вертолеты, да к тому же торчали пики небоскребов. Не с моими навыками пилотирования лавировать в этом лабиринте… Шах безучастно восседал на пассажирском сиденье, уставившись в одну точку на потолке.

Напарничек… Куда он там смотрит? Я поднял глаза. Прямо над моей головой находилась небольшая красная кнопка. Что это, катапульта? Вряд ли. Кнопка катапульты должна быть рядом с сиденьем. А это… это наше спасение! Я вдавил кнопку, и в ту же секунду над нами закрутилась-замигала ослепляющими огнями сирена скорой помощи. Мы же медицинский вертолет! Yes, yes, yes!!! Эх, вот теперь прокатимся с ветерком! Стрекозы вокруг нас бросились врассыпную, и я рванул в открывшийся перед нами пустой коридор.

До Ланьтау мы долетели уже вполне уверенно. Я лихо заложил вираж, оставив по левому борту мужской и женский пики Китайской горы Сфинкса, и взял курс на аэропорт. Под нами, чуть в стороне, матово блеснула 26-метровая бронзовая статуя Будды, застывшего в вечной молитве на огромном пьедестале. Помолился бы он за нас… Лететь в аэропорт было полным безумием, я прекрасно это понимал. Не знаю, как именно охраняют такие стратегические объекты, но то, что охраняют их хорошо, можно было не сомневаться.

Мы подлетали к узкому проливу, отделявшему остров от исполинской насыпной площадки аэропорта, когда на лобовом стекле замигали красные буквы, предупреждая о приближении к запретной для полетов зоне, а в кабине раздался суровый мужской голос, потребовавший сообщить место назначения и цель полета. К счастью – о как, Алекс, тебе опять повезло! Как неожиданно, а? – с нами разговаривал не компьютер, а живой оператор. Я уловил на третьем слое, как тот буквально сгорал от любопытства, желая узнать, что случилось. Видимо, давненько у них здесь не происходило ничего необычного, и приближающийся вертолет скорой помощи, да ещё и с опознавательными сигналами психокоррекционной клиники, обещал приятную развлекуху.