Надежда Нелидова - Бумеранг
- Название:Бумеранг
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ЛитагентСтрельбицькийf65c9039-6c80-11e2-b4f5-002590591dd6
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Надежда Нелидова - Бумеранг краткое содержание
Иногда они возвращаются. Не иногда, а всегда: бумеранги, безжалостно и бездумно запущенные нами в молодости. Как правило, мы бросали их в самых близких любимых людей.
Как больно! Так же было больно тем, в кого мы целились: с умыслом или без.
Бумеранг - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Но его поймали, вернули, прикрикнули, пустили слезу, усовестили, чмокнули в морщинистую щёку. Дообработали до кондиции… В тот же день Верин счёт дополнился суммой с четырьмя нулями. Тогда это были очень хорошие деньги.
Стоит ли говорить, что на дачу родителей Вера никогда не пустила? Мотив: «Планы поменялись. Мне и дочери надо устраивать личную жизнь. У дочки вся жизнь впереди, да и я ещё не старуха». И разве она не была по-своему права?
«Неблагодарность! Похоже, словно рот кусал бы руку, которая подносит пищу…»
Решив на семейном совете Верины проблемы, принялись решать Надюшины. Отец хотя бы пытался выторговать мелочи. Чтобы Любочка с новорождённой первое время пожила в благоустроенной квартире, которую он подарил любимице Надюше. Действительно, куда с малышкой посреди лютой зимы в холодную лачужку – с больным мужем, с дымящей печкой и помойным ведром?!
– Сама виновата: нужно было соображать, когда выходила замуж за больного алкаша, – безжалостно рубанула правду-матку грубоватая Вера. – Да ещё рожать от него ребёнка. Да ещё когда нет ни кола, ни двора. Мы её в три голоса отговаривали – она же нас не слушала.
Всё по правде, мам-пап, – продолжала она. – Пусть теперь расхлёбывает кашу, которую сама заварила. Пусть говорит спасибо, что пустили хоть в лачужку. Да и посели её в Надюшину квартиру: потом не выставишь. Муж-алкаш за ней потянется. А тут и так теснота. Когда вы с мамой в гости приезжаете – повернуться негде. Получится как в сказке про ледяную и лубяную избушку, помните? Про лису и зайца? Сядут на шею и свесят ножки. Оглянуться не успеем – окажетесь на улице.
И снова вмешалась милая хлопотунья Надюша. Всё расставила по полочкам своими домовитыми полными, женственными руками:
– В самом деле, папуля. Сколько угодно семейных пар даже такого угла не имеют. И ничего. Рожают, детей поднимают. Я ведь не о себе беспокоюсь: о вас с мамой. Вы уже не молодые: давление, сахар. Не сегодня-завтра ко мне насовсем переселитесь. У тебя уже был один удар – мало? А тут писк-плач целыми днями, бессонные ночи. Пелёнки, запах мыла, детские присыпки, влажность – а у мамы вон подозрение на астму. А Любин алкаш поселится: запои, белые горячки… Ужас!
В общем, Люба с маленькой девочкой прожила в отцовской квартире от силы полчаса. Одна сестра подхватила коляску с новорождённой, другая узел с пелёнками и бутылочками. Сзади плелась рыдающая Люба.
Отец снова превратился на минуту в негодующего короля Лира. Затопал ногами: «Это моя, моя квартира! Какое имеете право?!» И бессильно повесил седую голову. Кто его слушал: бесправного, жалкого, развенчанного, свергнутого…
«Смотрите, боги! Бедный я старик, я удручён годами, ими презрен. Раз дочери сердца восстановили против отца…»
– Не выключай ночник, – просит Люба. – Боюсь темноты. А тут хоть слабый огонёчек.
Каждая очередная ночь приходит как маленький персональный ад. Господи, какая муть поднимается со дна взболтанной, взбаламученной души. Вместе с мутью медленно всплывают, как утопленники, большие и малые камни и камушки. И тут же под собственной тяжестью медленно опускаются, погружаются обратно в песок и ил. Среди них самые тяжкие – родительские могильные камни, погребшие под собой, задавившие, сплющившие Любину душу…
«… Их жестокость мне сердце растерзала, словно коршун… Я ещё увижу, как на таких детей падёт отмщенье».
Как закончится её, Любина жизнь? Неужели, по логике и закону бумеранга, повторит старость родителей? В одиночестве, боли, непонимании, обиде? Разорвёт ли выросшая Любина дочь порочный круг – ведь Люба столько вложила в неё тепла и любви? Или… нет?
Вот когда дай господи терпения. Чтобы необременительно, без ропота, кротко принять заслуженный, совершивший по рукам круг и вернувшийся обратно камень. Только не вопрошать: за что? Ой, есть за что…
– Сходи в церковь, покайся, – предлагаю я Любе.
Отец Святослав снял епитрахиль. Устал и проголодался: четыре часа с небольшим перерывом (попил чаю с пресной ватрушкой) принимал исповеди прихожан. Последней была женщина средних лет, в платочке. Рассказывала долго и подробно, суетливо поправляя и теребя уголки платка.
Не зря говорят: у родителей сердце в детях, а у детей – в камнях. Натворим за жизнь, а время отвечать приходит – «я больше не буду». Как малые напроказившие дети, ей Богу. Провалим экзамен и канючим, выпрашиваем у неподкупного экзаменатора: «А можно мне пересдать? Нельзя, поздно уже? Тогда поставьте «тройку» или хотя бы двоечку с плюсом, а?»
В этой несчастной хоть сомнения зашевелились. Слабенький звоночек зазвенел: а так ли жизнь прожила? Малый луч в конце жизни кусочек тьмы рассеял. С запозданием, но рассеял. А сколько вокруг живущих во тьме и уходящих во тьме?
Женщина вышла из храма. Обернулась, как положено христианке, трижды истово перекрестилась, в пояс поклонилась надвратной иконе. Сняла платок, свернула и положила в сумочку, поправила модную причёску. И стала обычной женщиной, каких много на улице.
Постояла, щурясь, привыкая к яркому солнечному свету после полутьмы храма. Ступила, вписалась, влилась в текущую человеческую реку. Держится прямо, уверенно. Голова чуть откинута, подбородок поднят, глаза спрятаны под солнцезащитными очками.
И никому не видно заваленной камнями души.
ДЕСЯТЬ СЛОВ, КОТОРЫЕ ПОТРЯСЛИ ЖИЗНЬ
Ольга – моя соседка по гостинице. Командировочные дела позади, завтра по домам. Идём по улице. На носу зима, болтаем о шубках.
– Я купила её… – припоминает она. – Купила её в 1996 году… Когда умер мой отец. Когда, – она, как вкопанная, останавливается среди улицы, среди потока людей. Смотрит на меня расширившимися глазами. – Когда я УБИЛА своего отца.
… В этот же вечер в гостиничном номере по телевизору идёт документальный фильм. Седой старик празднует юбилей. К нему выстроилась очередь из детей и внуков с подарками. Целуют, желают здоровья. Непрерывно звонит телефон: живущие в других городах дети и внуки спешат признаться в любви деду и отцу.
Вдруг – хриплый, горловой всхлип. Ольга боком валится в постель, зажимает уши. Страдальчески морщится: «Не могу, выключи, выключи!»
Я знаю её историю, о которой не знает и не узнает никто и никогда из Ольгиного близкого окружения. Простая и страшная история о том, как десяток незначительных слов сломали жизнь двух самых близких и любящих друг друга людей: отца и дочери. Превратили их жизнь в ад. Две родных судьбы, бессмысленно выдернутых и раздавленных. Кем? За что?! Почему именно они?
«Кладбище – не дача, а могила – не грядка, верно?
Я с неприязнью посматриваю на шумную компанию, высадившуюся десантом из двух машин. Прибыли как на огород: деловые, активные, громко перекликаются. В майках, трениках, панамах, перчатках, с садовым инвентарём.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: