Евгений Сивков - Чувства

Юля пришла домой, кинула ключи на полку, где лежало всё то, что она периодически выгребала из почтового ящика и, не потрудившись разобрать, складывала в одну кучу. Затем она, раздеваясь на ходу, дошла до кровати и плюхнулась туда, даже не утруждая себя укрыться. Через пять секунд она уже крепко спала.

Клуб Володи был одним из лучших в городе. Она пришла, но почувствовала себя не в своей тарелке. Во-первых, она и не планировала сегодня клуб. Просто шла куда глаза глядят в своём грустном одиночестве и размышляла о превратностях судьбы. Ноги сами вели её в нужном им направлении. Когда же она очутилась перед дверями клуба, ни разу тут до этого не побывав и даже не зная, где в городе располагаются эта улица и этот дом, то не смогла не зайти внутрь. Ведь кто-то её сюда привёл? Бог? Юля не была верующей, но даже если бы и была, не поверила бы, что это деяния Бога, скорее дьявола. И эти искушения преодолеть ей не удастся. Юля это знала. Точно знала, без сомнений. Но откуда – не понимала. А во-вторых, с момента их встречи с Владимиром прошло несколько дней. В танцевальном клубе были объявлены новогодние каникулы, и после вечеринки он был закрыт, поэтому сидела Юля целыми днями дома. А с Володей они так и не общались больше, ни он, ни она не звонили. Словно и не было ничего. Сон, приятный и быстрый. Но всё же желание и любопытство взяли верх над здравым смыслом. Она пришла в клуб. Заняв место в углу зала, она наблюдала. Володи нигде не было видно, это немного расслабило её. Купленная текила тоже сделала своё дело. Музыка звучала заводная, но Юля пока сдерживалась. Она замечала на себе оценивающие взгляды. Её раздевали взглядами с разных столов. Странное ощущение. И приятно льстит такое внимание, и становится неудобным оттого, что ты сидишь «голая» в общественном месте. Юля даже прикрыла рукой грудь, словно та и вправду была оголена. Частично, чтобы избавиться от этого назойливого взгляда охотников до прекрасного, Юля пошла на танцпол. Она честно пыталась танцевать посредственно, как все, но смогла это делать лишь первые пять минут. Затем музыка и ритмичные движения ввели её в транс, и тело раскрепостилось, избавившись от контроля занудного мозга. Юля танцевала, отдав себя танцу, уйдя в него с головой, самозабвенно и так сексуально, что даже парни, пришедшие с девушками, не смогли не отреагировать на это. Что и говорить, в тот вечер Юля зажгла танцпол по-настоящему.

Володи она тогда так и не встретила. Зато новых ухажёров хоть пруд пруди. Став «королевой» танцпола, Юля почувствовала к себе такое внимание, что даже не знала, куда от него деться. Музыка, ритм, алкоголь… всё это было прекрасно и делало её счастливой. Но она чувствовала, что для этого коктейля необходим ещё один ингредиент. Словно та ночь с Владимиром была наркотической. Она чувствовала, что тот день, вечер и ночь, танцы, страсть, секс стали для неё своего рода героином. Она подсела на этот источник эйфории, и теперь, чтобы ощутить то удовольствие снова, ей необходимо было получить следующую дозу в полном объёме.

В тот вечер она ушла домой с высоким красивым мужчиной, который оказался самым активным и настойчивым среди внезапно образовавшихся обожателей. Домой к нему. Юля решила, что к себе никого она приводить не будет. Это слово она сдержала. У него было хорошо и уютно. И секс получился. Почему-то она сравнила его с яичницей. Секс – яичница. Всё было приготовлено со вкусом, правильно, по рецепту. Юле не хватало перца с солью, немного пресновато на её вкус, но это не сильно подпортило настроение. Утром она выскальзывала из квартиры нового знакомого, чьё имя она забывала, лишь услышав, с ощущениями полного удовлетворения.

Когда Юля шла домой, она уже понимала, что теперь дороги назад не будет. Она отдалась этому безумию, поплыла в его бурных потоках, рискуя быть выброшенной на берег. Но страхи остались где-то позади, за дверями клуба, куда её пригласил Володя.

Володя был неуловимым. Сколько она ни спрашивала всех вокруг, никто не знал Володю. И владельцем он не был, и управляющим, и даже на кухне не работал. В конце концов Юля убедила себя, что перепутала название клуба или адрес, ведь визитку она выкинула. Володя был вычеркнут из жизни. Вернее, она попыталась на время его забыть. А лучший способ забыть старое – вкусить новое!

Юля стала завсегдатаем этого клуба. Каждую пятницу, субботу и воскресенье она ходила сюда, как на охоту. Её энергия всякий раз привлекала новую жертву, которая тратилась на выпивку, крутила вокруг Юли хвостом, по наивности думая, что шаг за шагом завоёвывает жертву. Но жертвой на самом деле становились сами мужчины. Глупые, наивные, самовлюблённые мачо были самыми любимыми жертвами Юли. С ними и трудиться не стоило, они сами всё делали, заводя себя в ловушку, считая, что являются хозяевами положения. Но уже ночью, когда бурный секс подходил к развязке, подопытные понимали, что их просто используют. Но, несмотря на это, они восхищались своей любовницей. Её смелостью, раскрепощённостью и азартом, с которым она отдавалась сексуальной игре. Её внутренний огонь горел так сильно, что никто не мог его остудить. Никто не мог знать, чем вызван весь этот бушующий пожар эмоций. Никто из случайных знакомых не мог заподозрить Юлю в том, что он лишь очередной «пробник» в её лихорадочном поиске идеала, который она однажды испробовала. Ситуацию ухудшало то, что после Володи, о котором она так и не смогла забыть, никто не мог и близко стать лучшим. Володя был на вершине, и Юля мечтала найти если не его, то человека, который смог бы с ним конкурировать. А утром Юля всегда уходила. Она бросала сама, не дожидаясь, когда мужчина начнёт намекать, что ему нужно на работу, что скоро приедут жена, тёща, няня и прочие. Она бросала их и, бросая, получала удовольствие, может, даже неосознанно мстя за уход мужа. Но сама она об этом не думала.

С некоторыми из них у неё продолжались отношения. Только с самыми достойными и напористыми, которые вновь находили её и добивались расположения снова и снова. Так у Юли находилось в стадии «закрутки» по пять-шесть романов одновременно. И каждый из них, наивных глупцов, искренне считал, что она добрая, честная, верная – в общем, одна такая на миллион и только его. Юля не разубеждала никого. В конце концов это их желание и их самообман. Держать в голове даты и время свиданий, их имена, привычки, адреса становилось всё тяжелее. Да и люди это были непростые. От откровенных бандитов до политиков. Узнай хоть один из них про других… Юля старалась об этом не думать. А с другой стороны, когда думала, это лишь больше её заводило…

Она катилась вниз. Понимала ли она это? Где-то в глубине души. Осознание иногда просыпалось неясным огоньком, но тут же гасло. Её жизнь только началась, и она собиралась прожить её так ярко и настолько для себя, чтобы потом в раю или в аду уже можно было хорошенько пожалеть о содеянном, но никак не раньше.