Джеймс Мунро - Шотландская сага

— Да, губернатор, но у меня такое чувство, что мне придется сильно об этом пожалеть.

Положение дел в Канзас-Сити не обмануло предчувствий Энди Маккримона, к тому же ему не нравилось жить в городе, не в этом именно, а вообще. Канзас-Сити представлял собой суетливое, растянувшееся по берегу реки поселение. От места слияния рек Миссури и Канзас шли широкие, грязные дороги. Раскисшие от проливных дождей, разбитые копытами нескончаемых кавалькад всадников.

Современные кирпичные здания соперничали с лачугами с пристроенными фасадами. Гирляндами вывесок и рекламными щитами они предлагали все — от оружия до комфортабельных гостиниц. Объявление «Салон с танцовщицами» висело рядом с «Баптистский молельный дом. Жилище Господа».

В Канзас-Сити было полным-полно синих мундиров. Кавалеристы, артиллеристы, военные инженерных войск, пехотинцы. Они ходили парами, по десять человек и ехали верхом сотнями. Однако Энди видел мало «янкинизма» или гордости, которые можно было бы ожидать от людей, которые носили форму своей страны и ходили по родной земле. Некоторые солдаты выглядели такими усталыми, как будто только сейчас вернулись с полей сражений. Все ходили так, как будто они захватили вражескую территорию.

Это были первые впечатления Энди, но они подтвердились в первый же вечер в Канзас-Сити, когда он упомянул о них шерифу Конраду Фелпманну, главному представителю закона в пограничном городе.

— Ничего удивительного! Вне города они часто попадают в недружелюбное окружение. В этих местах ведь много тех, кто симпатизирует южанам. Всем известно, что если Бил Квонтрилл въезжает в округ с пятьюдесятью человеками позади, то покидает его со ста пятьюдесятью.

Бил Квонтрилл был человеком, который всю свою жизнь посвятил Гражданской войне. Школьный учитель в штате Огайо, он переехал в Канзас, чтобы попробовать себя в фермерском хозяйстве. Когда эта затея провалилась, он вернулся к педагогической деятельности, но скоро взор его обратился к менее мирному занятию, которое не поощрялось законом. Заклейменный юнионистами как нарушитель правопорядка, он получил чин капитана в армии конфедератов, которые дали официальное благословение своей незаконной армии. Эта банда сделала штаты Канзас и Миссури постоянным полем сражения, совершая рейды по всей местности, грабя, сжигая и убивая.

— Настанут времена, когда ты в округе будешь чувствовать себя таким же чужим, как и солдаты. Мы выбрали союз, Энди, но это было чертовски непросто, потому что народ в округе еще долго не признает Эйба Линкольна своим президентом.

Шериф Канзас-Сити растянулся во весь свой шестифутовый рост в кресле и улыбнулся Энди.

— Ты еще узнаешь, что такое бессилие и разочарование, когда на скамью подсудимых усадят человека, который, как ты будешь совершенно уверен, убил целую семью, но все твои свидетели неожиданно «потеряют память», потому что он хороший парень — южанин, а ты — проклятый янки.

Шериф Конрад Фелпманн был назначен, как и Энди, на свой пост губернатором штата Миссури. Ему потребовалось только несколько минут поговорить с Энди, чтобы понять причину, почему Гембл выбрал именно этого парня. Конрад Фелпманн был большим человеком во всех отношениях.

— Однако человеку с фамилией Маккримон вряд ли нужно объяснять, что тут происходит, ты должен прекрасно знать, что такое «клановая» система. Разве в Шотландии не то же самое?

— Что-то похожее. Я-то родился тут, в Миссури, но отец не раз рассказывал, как он и его отец были выселены из Шотландии главой их клана. Вот почему мы так неравнодушно относились к вопросу о рабстве. Он говорил, что ни один человек не имеет права владеть другим, будь то мужчина или женщина, ни его телом, ни его душой. Но все равно, он гордился тем, что был шотландцем, а я горжусь быть сыном шотландца. Не сомневаюсь, что южане такие же.

— Хорошо бы ты это не забыл, Энди. Это поможет тебе найти объяснение тому, что на первый взгляд может показаться совершенно бессмысленным.

Так получилось, что первый случай в практике Энди имел отношение к рабству. Хотя рабство на Севере и рабство на Юге — две разные вещи, оно все еще было законным в штате Миссури, и законы были соответствующими. Один раб, который принадлежал человеку, которого подозревали в сильных симпатиях к южанам, убежал от него и вступил в Союзническую армию. Вместо того чтобы отправить его из Миссури в негритянский батальон другого штата, как это обычно делалось, раба, известного под именем «Билли», отправили в негритянский батальон, который нес службу непосредственно в штате Миссури.

Билли не повезло; его назначили в дежурный обход за пятьдесят миль от его родного места, там-то он и был опознан двумя друзьями своего бывшего владельца. Они просто-напросто схватили его и вернули прежнему хозяину.

Один из друзей Билли видел все это и попытался помочь ему спастись. Негры, независимо от того, свободные они или рабы, не могут поднять руку на белого человека, и его друг был сильно избит по лицу, чтоб впредь неповадно было вступаться за своего собрата. Когда он пришел в контору шерифа и пожаловался Конраду Фелпманну, великан-шериф просто арестовал обоих белых за нанесение телесных повреждений. Он также посадил и Билли под стражу, чтобы как-то защитить до выяснения, стал ли он свободным человеком из-за добровольной службы в союзнической армии.

Оба этих дела вел судья Роупер, окружной судья, с которым Энди не пришлось встречаться прежде. Ни один из случаев не требовал рассмотрения судом присяжных, и вообще они, на взгляд Энди, не представляли сложности. Но быстрота, с которой расправился с ними судья, потрясла Энди. Оба белых, которые осуждались в нанесении телесных повреждений, были признаны им невиновными, Энди с трудом начал свою обвинительную речь против этих двоих, и его тут же прервал судья Роупер.

— Потерпевший негр — свободный человек?

Энди был удивлен.

— Он — солдат Союзнической армии, судья. Считается, что они все — свободные люди…

— Мой суд не основывается на предположениях, мистер Маккримон. У вас есть документ, удостоверяющий, что негр, в избиении которого обвиняются эти люди — свободный человек?

— У меня есть заверенные копии его документов о вербовке на военную службу…

— Это совсем не то, что я прошу, мистер Маккримон, и вы это прекрасно знаете. Я еще раз прошу вас представить удостоверение. У вас есть свидетельство, что этот человек был освобожден законным путем?

— Нет…

— Тогда мне ничего не остается как отклонить обвинения против этих двоих.

Кивнув в направлении подзащитных, судья Роупер сказал:

— Дело против вас отозвано. Вы можете идти.

Повысив свой голос настолько, что он мог быть слышен сквозь радостные крики и вопли друзей парочки обвиняемых, судья Роупер холодно посмотрел в сторону Энди.