Джеймс Мунро - Шотландская сага

Энди Маккримон очень скоро познакомился с каждодневными обязанностями окружного прокурора в Канзас-Сити и в близлежащем округе Джексон. В отличие от Роупера, большинство судей в округе делали все, что могли, отправляя правосудие собственноручно, несмотря на все трудности. Люди, которые жили вдоль западной границы штата Миссури, были больше знакомы с порядками, введенными нарушителями границы, чем с формальностями писаных законов. Неписаные законы нарушителей границы имели фатальные последствия. Это правосудие не было справедливым, однако оно вполне подходило тем, кто жил по его законам большую часть своей жизни.

К сожалению, слишком многим война между штатами давала определенную выгоду. Набеги и ответные нападения с обеих сторон границы между Миссури с Канзасом продолжались со все возрастающей яростью, несмотря на все попытки генерал-майора Томаса Ивинга.

Ивинг командовал военным округом Союзнической армии, который включал много беспокойных пограничных мест — и он совершенно не подходил для этого поста. Дипломатические тонкости его мало занимали, генерал имел очень сильные политические пристрастия и был непримирим с теми, кто их не разделял. Поэтому он подозревал всех без исключения в симпатиях к конфедератам.

Поскольку штат Миссури являлся пограничным штатом, там, конечно, постоянно кипел котел страстей. Сторонников и у южан, и у северян было достаточно, поэтому Ивинг не доверял милиции штата Миссури и набрал большинство людей из штата Канзас. Жители штата Миссури жаловались, что многие солдаты из Канзаса сами участвовали в набегах через границу из Канзаса и были сильно раздражены, что совершенно не способствовало улучшению обстановки.

Когда начались преследования жен, сестер, матерей и дочерей мужчин, подозреваемых в партизанской деятельности, настроение в приграничной полосе стало предельно нетерпимым. Пошли слухи, что генерал намеревался выслать каждого мужчину, женщину и ребенка из отдаленных районов пограничных округов. Тем, кому удастся доказать непоколебимую лояльность Союзу, разрешат жить поблизости к одному из приграничных многочисленных военных постов, остальные будут выселены.

Однажды днем, когда Энди с Фелпманном, обсуждали в конторе шерифа правомерность последних предприятий генерал-майора Ивинга, внезапный шум буквально потряс стену конторы.

— Что это, черт побери, землетрясение? — Шериф Фелпманн вскочил с деревянного кресла за столом.

— Был такой звук, как будто какое-то здание упало, здесь не происходит никаких подрывных работ? — сказал Энди и бросился к двери.

— Если бы вели, мне бы доложили.

Улица снаружи была совершенно пустынна, но завеса пыли поднялась над зданиями через дорогу, и когда они в недоумении пытались понять, что это такое, дородная фигура в запачканном переднике выбежала на улицу из лавки скобяных товаров.

— Что это, Бен? Что случилось? — Шериф Фелпманн обратился к лавочнику.

— Это старая тюрьма, шериф. Та, куда генерал Ивинг отправлял женщин. Она рухнула.

Энди и Конрад Фелпманн посмотрели друг на друга в ужасе. Тюрьма была старинным трехэтажным зданием, довольно ветхим, а генерал набил ее до отказа женщинами, подозреваемыми в симпатиях конфедератам.

Оба мужчины побежали одновременно, и раненая нога Энди не помешала ему добежать до сцены трагедии на несколько секунд раньше высокого шерифа.

Две высокие стены тюрьмы и часть третьей оставались. Другая, вместе с большей частью крыши и с полами, рухнула, и изнутри слышался крик женщин. Снаружи на покрытом обломками тротуаре два молодых солдата с помощью ружей пытались загнать охваченных паникой женщин назад под стены, и Энди гневно крикнул одному из них:

— Что ты делаешь, солдат?

— Останавливаю этих женщин, чтобы они не сбежали, сэр. Они — заключенные.

— Боже всемогущий! У вас под носом разыгралась трагедия, а все, о чем вы думаете, это остановить нескольких женщин, чтобы они не сбежали? Иди и найди своего командного офицера. Приведи сюда сколько можно мужчин с лопатами и кирками и прихвати с собой врача. Ты, — Энди указал на другого человека, — иди вовнутрь, помоги рассчистить завал и выведи всех оставшихся там женщин.

— Есть, сэр, — оба солдата, похоже, вздохнули с облегчением, когда появился некто с авторитетным видом и стал отдавать им приказы.

— Слава Богу, что в этом городе есть хоть кто-то с каплей здравого смысла. — Акцент был южный, а говорила девушка лет восемнадцати, с ног до головы покрытая пылью. Энди видел, как она спорила с одним из новобранцев, когда он прибежал к развалившейся тюрьме. — Можете вы дать нам хотя бы несколько из этих мужчин, стоящих вокруг, чтобы помочь нам копать? По крайней мере сорок женщин осталось под обломками.

Шериф Фелпманн и часть женщин уже растаскивали камни голыми руками, и когда Энди пошел за девушкой вовнутрь развалившегося здания, из-под обломков извлекли раненую женщину.

Она была первой из многих. Через тридцать минут после обвала здания пять тел были уложены и прикрыты одеялами на тротуаре. Среди тех, кто выполнял спасательные работы, рос гнев против генерал-майора, приказавшего арестовать и заключить в тюрьму женщин.

Когда мужчины работали, Энди увидел, как молодая женщина, с которой он разговаривал раньше, уходила, держа за руку пожилую, которую выносили из рухнувшего здания.

Энди и другие мужчины трудились несколько часов, прежде чем все не было расчищено и стало ясно, что под обломками больше нет жертв.

По пути домой — а он снимал лачугу на краю города — Энди нужно было проходить мимо городской больницы Канзас-Сити. В неожиданном порыве он повернул и открыл дверь — и тотчас же ему представилась сцена полнейшего хаоса. Канзас-Сити был маленьким и спокойным поселением, и больница не была оборудована для такого количества пострадавших, доставленных сюда из рухнувшего здания.

Хотя Энди повторял себе, что он беспокоится обо всех пострадавших женщинах, он остановился, оглядываясь вокруг, пока не нашел молодую девушку, которая помогала ему откапывать остальных. Она и женщина, которую вытащили из-под обломков тюрьмы на носилках, были в коридоре. Пожилая лежала на одеяле, издавая стоны, в то время как врач накладывал ей на ногу повязку, а ассистент крепко держал ее.

— Не могу ли быть чем-нибудь полезен? — вызвался Энди.

Выражение лица молодой женщины было изумленным, когда она посмотрела вверх и увидела Энди, и, похоже, это не было для нее неприятным сюрпризом.

Врач тоже взглянул на него.

— Привет, Маккримон. Нет, у нас нет недостатка в помощниках. Не хватает места, но после того, как они побыли в тюремных условиях, я не слышал ни от кого жалоб. Этого Ивинга следует выпороть кнутом.