Майор Массар - Шпионки в Париже

Два месяца спустя Константен появился опять, изможденный и расстроенный. Он явился к танцовщице, умоляя о снисхождении, и спросил:

– Мадам, вы что-то говорили против меня?

– Значит, вам есть чего опасаться?

– Нет! Но я не получаю больше мою корреспонденцию. Мои деньги арестованы в банке – приблизительно 50000 франков – и у меня нет ни сантима. Именем Мадонны, сделайте хоть невозможное, чтобы я смог добраться до этой суммы… Я только что потратил мои последние су, и я уже три дня не ел!… За мной гонятся полицейские… Дайте мне пять су, чтобы я написал моим друзьям в Лозанну…

– Я, возможно, смогла бы вам помочь, – ответила молодая женщина. – Но при одном условии: сознайтесь в вашем преступлении. Если, как я думаю, вы шпион, то вы рискуете жизнью. Искренне сознайтесь и сдайтесь властям, и тогда это будет для вас, вероятно, смягчающим обстоятельством. Признайтесь!

– Слишком поздно! – промолвил он, как раздавленный обстоятельствами. – Слишком поздно! До свидания, мадам!

Не прошло и получаса после ухода шпиона, как инспектор сыскной полиции пришел к Ивонне и попросил предъявить документы.

– Вы посещаете иностранцев и вы подозрительны. Вы, судя по всему, подруга шпиона…

– Я предупредила комиссара моего квартала.

На следующий день Ивонна прибыла на Рю-де-Соссе, к специальному комиссару, и там столкнулась с Константеном, арестованным накануне после ухода от нее.

– Это – очень опасный человек, – признал полицейский. – Он очень ловок и смог заручиться влиятельными гарантиями. Он все отрицает. Но у нас есть достаточно оснований, чтобы передать его судьям военного трибунала, которые им займутся. Тем не менее, твердых улик у нас пока нет. Но такие доказательства мы, возможно, сможем получить в ходе очной ставки, если вы согласитесь нам помочь?…

Очная ставка состоялась. Константен вздрогнул, заметив Ивонну. Он, тем не менее, поздоровался с ней очень вежливо.

– Где вы были в день мобилизации? – спросил специальный комиссар.

– Я был в Италии.

– Вы лжете, – возразила Ивонна. – Вы мне заявили, что в тот день были в Германии.

– Я не мог никак сказать об этом. Я оставил Германию еще десять лет назад. Я могу быть подозрительным, но я невиновен.

Ивонна рассказала с деталями обо всем, с чем читатель уже знаком.

Тогда, запутанный, растерянный, разбитый, Константен встал и, смотря на танцовщицу глаза в глаза, произнес фразу, в которой было так много изысканности:

– Мадам, я собираюсь умереть за вас и ради вас!

Затем, повернувшись к полицейскому, он добавил:

– Да, я – шпион, и я расскажу вам все.

Для полной исповеди ему понадобилось целых два дня. Он попробовал различные профессии в Германии, был то уличным торговцем, то посредником; он жил в нищете, когда разразилась война. Когда он прогуливался по Унтер-ден-Линден, его немедленно выследила полиция и доставила в здание, неподалеку от улицы Вильгельмштрассе. Там, высокопоставленный чиновник, похожий на офицера в штатском, познакомил его с ремеслом разведки – плохо познакомил, как мы увидели, и его заставили воспользоваться своим знанием французского и английского языков, чтобы «отправиться наблюдать за тем, что происходило у союзников».

Ему обещали пятьдесят марок в день и премию за сведения. Только он должен был четко придерживаться инструкций, которые ему якобы дала мадемуазель Доктор.

Константен, как он сказал, колебался. Но, не зная как выбраться из «черной полосы в жизни», он решил согласиться.

Мадемуазель Доктор была женщиной с живым умом и высокой красивой блондинкой. Бывшая женщина легкого поведения, она оставила мир любовных утех, чтобы поступить в полицию, и со временем стала большим начальником в немецкой разведывательной службе в Антверпене. Вот как описал ее Константен:

«Она очень красивая женщина. У нее исключительные интеллектуальные способности и, главное, она полна невероятной энергии. Она оказывает неотразимое влияние на всех, кого она использует. Никто, даже офицеры высоких званий, которыми она руководит, не осмеливаются ей сопротивляться. Ей случалось заставлять выполнять свои приказы с револьвером в руке. Шпионаж у нее в крови, она действует не только с интересом, но и со вкусом, страстью… Это – ужасное создание».

Константен затем рассказал о своей первой встрече с «большой покровительницей». Бюро разместилось в роскошном отеле Антверпена. Авторитарная, высокомерная, элегантная, она долго рассматривала новобранца, которого ей представили. Потом она без обиняков сказала:

«- Вы – неимущий человек, способный на любое дело. Вы образованы, вы знаете несколько языков. Это хорошо, но этого не достаточно. Надо быть гибким, ловким, послушным, смелым и отважным. У вас есть все эти качества? Я физиономист, и я полагаю, что да… Вы дойдете до того, что полюбите вашу новую профессию, которая очень увлекательна. Действительно, если вы не слишком скрупулезны, если вы любите приключения, вы проживете интересную жизнь. Например, я не сменила бы свою профессию даже на трон Европы; у меня есть все интеллектуальное удовлетворение, о котором я только могла мечтать, и я могу считать себя равной с самыми значительными персонами… Еще одна важная рекомендация: будьте сдержанным, целомудренным и просыпайтесь рано. Посещайте увеселительные заведения, если хотите, но не попадитесь какую-то интригу: у каждой страны есть много контрразведчиков и контрразведчиц.

«Я не закончила. Будьте очень осмотрительны при своем появлении и знакомствах. Организовывайте ваши поездки тщательно и аккуратно. Основательно изучите характер и возможности людей, которых посещаете. Постарайтесь запечатлеть в мозгу топографию мест, где вам придется действовать. Наконец, записывайте как можно меньше, а если что и пишете, то только на тайном языке, и все что может помешать – уничтожайте. А теперь, повторите мне все, что я вам только что сказала».

Константен повиновался. Мадемуазель Доктор тогда уточнила сведения, которые он должен собрать.

Мы увидим, что они были исключительной важности.

История фактов, которые произошли до ареста Константена Кудуаяниса, была в деталях рассказана танцовщицей, которую мы назвали Ивонной. Перед Третьим военным трибуналом, она повторила свой рассказ с уточнениями. Разумеется, именно ее надо благодарить за арест этого опасного шпиона.

Другая женщина также была замешана в это дело: она сменила танцовщицу после фальшивого отъезда Константена, который, не осмеливаясь поехать в Женеву, остался в Париже и вернулся к Ивонне два месяца спустя.