Дарон Аджемоглу - Узкий коридор

Итак, Неджд оставался разделенными на соперничавшие между собой автономные племена, управляемые шейхами или эмирами вплоть до XVIII века. Соперничество иногда принимало насильственные формы. В оазисе Эд-Диръия на окраине современного Эр-Рияда, столицы Саудовской Аравии, ряд убийств привел к возвышению нового эмира, Мухаммада ибн Сауда, в 1726 или 1727 году. Именно потомки Сауда дали в 1932 году имя стране, что в XVIII веке еще никто не предвидел. Ранние из доступных нам источников информации о Сауде относятся к XIX веку, и согласно всем им судьбу последующего королевства определило одно событие – встреча Сауда с Мухаммадом ибн Абд аль-Ваххабом.

Аль-Ваххаб был родом из Уяйны, небольшого поселения в оазисе милях в двадцати к северу от Эд-Диръии. Он происходил из семьи исламских богословов, и его отец был кади – судьей, назначаемым местным эмиром для разрешения дел согласно исламскому закону шариату. Этот закон возник в период деятельности Мухаммеда и существования первых исламских империй. Его основные элементы основаны на священной книге Коране и на хадисах – обширном сборнике высказываний и описания поступков, приписываемых Мухаммеду и записанных его последователями. В раннее Средневековье между различными школами мысли, такими как ханафитский, маликитский, шафиитский, ханбалитский и джафартский мизхабы, возникли споры по поводу того, что именно образует шариат. Хотя все они соглашались по поводу центральной роли Корана и хадисов, они расходились по поводу того, в какой степени судьи могут создавать прецеденты или выносить постановления по аналогиям. Из этих школ наиболее консервативным был ханбалитский мазхаб. Его последователи отвергали любую эволюцию права, и именно их интерпретация господствовала в Неджде.

Аль-Ваххаб выучил наизусть Коран в возрасте десяти лет и некоторое время странствовал по Ираку, Сирии и Ирану, вернувшись в Неджд и начав проповедовать в начале 1730-х годов. В отсутствие религиозной иерархии любой знаток Корана и хадисов мог быть признан улемом – религиозным учителем, выносящим фетвы – толкование исламского писания, обычно в контексте каких-либо насущных проблем или споров. Во время своих странствий аль-Ваххаб иногда выносил свою интерпретацию ислама и рассуждал о том, что в Аравии он пришел в упадок. Вслед за ханбалитами он полагал, что люди отошли от истинной религии и стали поклоняться идолам. Вспомним, что до откровения Мухаммеда в Мекке Кааба была святилищем различных доисламских богов. Некоторые их культы сохранялись, а также люди почитали святых и гробницу Мухаммеда в Мекке. Для аль-Ваххаба все это было идолопоклонством. В своих проповедях он призывал к священной войне, джихаду, против такого идолопоклонства. И его проповеди оказались весьма полезными для Сауда, бывшего проницательным тактиком.

Но для начала аль-Ваххабу нужно было сформулировать свою доктрину и привлечь последователей. Особенно привлекательными для правителей казались две его идеи: о том, что нужно подчиняться властям и выплачивать закят, то есть обязательный религиозный налог, определенный в Коране. Закят не был популярен среди бедуинов Неджда и, похоже, в тот период оплачивался редко. Его предполагалось направлять для помощи бедным и для религиозной деятельности, но шейхи и эмиры также получали свою долю. Но краеугольным камнем того учения, впоследствии развившегося в ваххабизм, стало представление о том, что, не выплачивая закят, человек становится неверным.

Применять свое новое учение аль-Ваххаб начал в Уяйне. Он лично срубил священное дерево, потому что нельзя было почитать никакие деревья. Он уничтожил гробницу Заида ибн аль-Хаттаба, спутника пророка, превратившуюся в место паломничества. Нельзя было поклоняться никаким гробницам, и нельзя было совершать никаких паломничеств, кроме хаджа – ежегодного паломничества в Мекку. Когда одну женщину в Уяйне обвинили в прелюбодеянии, аль-Ваххаб приказал побить ее камнями до смерти, согласно строгому толкованию шариата. Это было уже слишком, и при противодействии местного улема, которому не понравилось новое радикальное учение, аль-Ваххабу пришлось бежать из Уяйны в Эд-Диръию. Там он встретился с Саудом, с которым сошелся во мнении. Достоверного описания их первой встречи нет, но известно, что аль-Ваххаб хотел получить военную поддержку для джихада, который планировал вести для распространения своей новой доктрины. Сауд разглядел в ваххабизме мощное орудие военной экспансии и социального контроля. Сауд попросил аль-Ваххаба остаться в Эд-Диръие и поддержать его запланированную военную кампанию в Неджде. Он также потребовал, чтобы аль-Ваххиб согласился с тем, что он может взимать налоги с местных урожаев. Аль-Ваххиб согласился с первым, но не со вторым. Вместо этого он предоставил Сауду право взимать пятую часть всей добычи с джихада, указав на то, что это будет гораздо больше налогов с урожая. Сделка была заключена: Сауд полагался на ваххабизм, а ваххабизм полагался на Сауда. Соглашение оказалось в высшей степени успешным. Саудиты расширили свое влияние с небольшого оазиса сначала до всего Неджда, а в 1803 году захватили Мекку и Хиджаз, которые контролировало Османское государство. Сохранилось описание того, как Сауд захватывал Эль-Хасу к востоку от Неджда.

Когда настало утро и Сауд пустился в путь после молитвы, они [ваххабиты] подняли верблюдов и выстрелили из ружей одновременно, небо потемнело, земля содрогнулась, в воздух поднялись клубы дыма, а у многих беременных женщин случился выкидыш. Затем все жители Эль-Хасы пришли к Сауду, отдавшись на его милость.

Он приказал им всем явиться перед ним, и так они поступили. Он оставался там несколько месяцев, убивая и бросая в темницу всех, кого захочет, отбирая имущество, уничтожая дома и возводя укрепления. Он потребовал у них 100 тысяч драхм и получил эту сумму… Некоторые люди… ходили по рынкам и задерживали тех, кто вел беспутную жизнь… Некоторые были убиты в оазисе, других доставили в лагерь и отрубили им головы перед палаткой Сауда, пока не были уничтожены все они.

Впервые весь Аравийский полуостров оказался более или менее объединенным под одним государством, хотя территории на юге, впоследствии ставшие Йеменом и Оманом, сохраняли независимость. Ничто из этого не удивило бы Ибн Хальдуна: люди пустыни, обладающие «асабией», в очередной раз завоевывают городские территории под знаменами ислама.

Политическая система, развивавшаяся в Неджде начиная с 1740-х годов и оформившаяся в политическую систему Саудовской Аравии, во многом очень отличалась от того, что существовало раньше. На то время племенным шейхам приходилось совещаться с другими влиятельными лицами в советах, называемых меджлисами. Английский писатель и путешественник Чарльз Догерти отмечал, что такая традиция сохранялась еще в 1860-е и 1870-е годы. Ее принцип был следующий: «Пусть выскажется тот, кто захочет, голос наименьшего слышен среди них; он член племени».