Дарон Аджемоглу - Узкий коридор

Лица, совершающие геноцид или какие-либо другие из перечисленных в статье III деяний, подлежат наказанию, независимо от того, являются ли они ответственными по конституции правителями, должностными или частными лицами.

Смысл этого заявления ясен. Идет ли речь о Левиафане или нет, жестокое отношение к людям не допустимо. Поначалу это было лишь заявление о намерениях, без реальных средств поддержки. Но международное давление на государства и надзор за их действиями впоследствии усилились благодаря таким организациям, как Amnesty International и Human Rights Watch , которые выявляют случаи жестокого отношения к людям и нарушения их прав в разных странах и стараются предупредить их, а также Международный уголовный суд, в компетенцию которого входит преследование лиц и даже глав государств по обвинениям в геноциде, преступлениях против человечности и военных преступлениях.

Конечно же, влияние таких конвенций и организаций не следует преувеличивать, а примеров нарушения прав человека в эпоху после Второй мировой войны было много, в том числе в Камбодже в 1970-х годах, в Руанде в 1994 году и в Судане в 2000-х годах. Тем не менее международное движение за права человека повлияло на отношения между государством и обществом во всем мире в двух фундаментальных отношениях. Во-первых, оно сделало грубейшие нарушения более заметными, увеличив цену подавления общества для государств и элит; а кроме того, оно установило критерии и создало общий язык для общественных организаций, борющихся с деспотизмом. Роль влияния этих двух факторов заметна во многих «цветных революциях», мобилизация в которых отчасти была обусловлена четко задокументированными систематическими нарушениями прав человека и гражданских прав со стороны диктаторских режимов. Согласно нашей концепции, такая международная реакция расширяет коридор за счет Деспотического Левиафана – ту власть государства, которая в противном случае приводила бы к деспотической динамике, удается сдерживать благодаря международным группам по защите прав человека и социальной мобилизации, которой они помогают достичь.

Международное движение за права человека также расширяет коридор и с другой стороны, поощряя усиление способности государства, направленное на преодоление дискриминации и нарушений в отношении некоторых групп. Один из примеров этого – роль, сыгранная Amnesty International в кампаниях против домашнего насилия и женского обрезания. В 2012 году ООН наконец-то приняло резолюцию против женского обрезания, и критическим фактором в этом послужила кампания Amnesty International. Последующее расширение способности государства для защиты дискриминируемых соответствует расширению коридора со стороны Отсутствующего Левиафана.

При первом взгляде на такие действующие силы можно предположить, что международные отношения стали мощным фактором расширения коридора, упрощающим развитие Обузданного Левиафана. Реальность же более многогранна. Более тесная система международных отношений иногда даже сужает коридор и поддерживает Деспотического и Бумажного Левиафанов.

В октябре 2017 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) назначила Роберта Мугабе, на тот момент президента Зимбабве, «послом доброй воли» по неинфекционным заболеваниям, заявив, что он сможет воспользоваться этой должностью «для оказания влияния на своих коллег в регионе». (На фотографии во вкладке изображен Роберт Мугабе, выступающий в ООН.) О каком влиянии шла речь? Этот «посол доброй воли» был тем же самым Робертом Мугабе, который устраивал репрессии против населения своей страны, истреблял тысячи гражданских лиц в Матабелеланде, экспроприировал и перераспределял земли в свою пользу и в пользу своих родственников и членов своей партии, был повинен в развале некогда продуктивной экономики и регулярно допускал нарушения на выборах. Но, возможно, Зимбабве могло похвастаться достижениями в сфере медицины и здравоохранения? Тоже нет. В здравоохранении Зимбабве вслед за экономическим крахом наблюдался такой же упадок. До 8 процентов жителей Зимбабве предположительно были заражены СПИДом, а продолжительность жизни сократилась, по некоторым оценкам, до ожидаемой продолжительности жизни в пятьдесят девять лет при рождении для мужчин. Из-за разрушения системы здравоохранения в стране в 2008–2009 годах разразилась массивная эпидемия холеры, смертность от которой, по отдельным оценкам, достигала 4 тысяч человек на 100 тысяч случаев заражения. Лучшим свидетельством состояния системы здравоохранения Зимбабве служит тот факт, что Мугабе предпочитал летать на лечение в Сингапур, нежели доверять свое здоровье врачам из самого Зимбабве. Стоимость такого медицинского туризма в 2016 году была оценена в 53 миллиона долларов, что было равно одной шестой годовых бюджетных расходов на всю систему здравоохранения страны.

Это назначение не имеет смысла, если не рассматривать его в более широком ключе международной системы государств. Международные организации, включая ООН, которая временами играла важную роль в международном движении за права человека, работают с главами государств суверенных наций. Отраженная в их уставах стратегия типично гоббсианская – если государство существует, то оно представляет свою страну и заслуживает международного признания. А это подразумевает и признание президентов, премьер-министров, военных диктаторов и королей, даже если они устраивают репрессии против своего населения с нарушением прав человека и гражданских прав. Тем, кто представляет государство на определенной территории, достаются не только признание с уважением, но и финансовые поступления. Для некоторых африканских стран, таких как Сомали, эти финансовые поступления могут составлять до 40 процентов всего государственного бюджета. У такой международной системы государств есть свои причины. Без признания государств в качестве легитимных партнеров было бы труднее осуществлять международное сотрудничество и потенциально легче дестабилизировать режимы. В каком-то смысле система сработала хорошо. Она, например, предотвратила войны в Африке и Латинской Америке, несмотря на множество поводов для споров из-за границ и для конфликтов.

Но с точки зрения нашей концепции непреднамеренным следствием такой международной системы служит тот факт, что она закрепляет самую неоднозначную часть теории Гоббса – то, что суверен всегда легитимен и поступает правильно, а это приводит к сужению коридора. Международная легитимность способствует внутренней легитимности и служит прикрытием для репрессий и подавления инакомыслия внутри страны. Она обеспечивает доступ к ресурсам и укрепляет иерархию с текущими элитами на вершине. Такой перекос в сторону государства имеет пагубные последствия для отношений между государством и обществом. Прежде всего он затрудняет противостояние общества деспотической власти государства, и он же затрудняет институционализацию власти общества. Мы уже рассматривали такие последствия международной системы государств в главе 11 на примере Бумажных Левиафанов. Даже если Бумажные Левиафаны и уходят своими корнями в колониальную эпоху, их нынешнее существование полагается на международную систему государств, благодаря которой они воспринимаются как настоящие, уважаемые Левиафаны. Но Бумажные Левиафаны слишком озабочены мобилизационным эффектом и реакцией общества, чтобы хотя бы как-то увеличить государственную способность, и в процессе противодействия они подрывают любые перспективы для институционализации власти общества. В результате создается мощная сила, действующая в направлении, противоположном направлению международного движения за права человека, и сужающая коридор.