Моше Левин - Советский век

Явилось ли это следствием данного обращения или нет, но более радикальная реформа труда была поставлена на рельсы. Тюремное заключение отменили, осужденных заняли на их собственной работе, но без оплаты. В апреле 1952 г. Совет министров изучил эти меры и постановил освободить некоторых заключенных до истечения срока их приговора при условии, что они продолжат работу на объектах МВД уже за деньги. Само министерство стало отдавать предпочтение сравнительно свободной рабочей силе, таким образом при знав неэффективность принудительного труда. Различные частичные изменения в отношении большого числа зеков происходили в разных местах, и было очевидно, что следующим шагом станет полный отказ от подневольной работы.

Новые «проекты» Дальстроя (ноябрь 1948 г.).

Одним из первопроходцев на пути поисков интенсификации труда зеков стал громадный комплекс МВД на Дальнем Востоке - Дальстрой , где работали 120 тысяч заключенных. Для стимулирования роста производительности труда там уже была введена оплата и предприняты другие аналогичные меры, причем под давлением Министерства цветных металлов Дальстрой сыграл пионерную роль во введении всех этих новшеств. Почти тогда же подобные шаги были предприняты и на строительстве Волго-Донского канала, так что можно говорить даже о своеобразном соревновании между этими «великими стройками». Комплекс Дальстроя полностью перешел на самофинансирование, и его методы были введены повсеместно [55] 55 РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 36. Д. 2998. .

Согласно исследованиям Марты Кравери и Олега Хлевнюка, в этих переменах, происходивших независимо от расчетов и маневров верховных вождей, уже маячила «оттепель» эпохи Хрущева. Причиной «дегулагизации» (мой термин. - М. Л. ) был кризис всей системы принудительного труда и, со ответственно, ГУЛАГа.

К тому времени у МВД начались трудности в управлении лагерями. Самые последние волны арестов в дополнение к закоренелым преступникам привели за колючую проволоку множество непокорных (в особенности боевых офицеров Второй мировой войны). Отказы от работ принимали массовый характер, и бывшие офицеры умели хорошо справляться с информаторами и тайными агентами в лагерях, подрывая проверенную систему шпионажа и затрудняя вербовку новых информаторов. Более того, не хватало охранников, и именно в тот самый момент, когда число актов неподчинения, даже бунтов, постоянно увеличивалось (первый произошел в 1942 году).

МВД стремилось сохранить все в тайне, несмотря на потоки протестных писем в Москву. Но ныне критика и осуждение исходили уже от самой охраны, а также от прокуроров; министерство же просило у правительства все больше людей в вооруженную охрану для того, чтобы поддержать лагерный режим, что являлось косвенным признанием своей неспособности решить проблему. В 1951 г. число «отказов от работы» выросло до миллиона дней в 174 лагерях, колониях и других пенитенциарных учреждениях. Банкротство ГУЛАГа, как экономическое, так и пенитенциарное, было не за горами.

Сразу после смерти Сталина перемены стали происходить быстрее, и в конце концов было принято неизбежное решение уничтожить саму основу системы принудительного труда МВД. 18 марта председатель правительства Георгий Маленков передал большинство промышленных управлений МВД гражданским министерствам, пенитенциарные учреждения возвратили Министерству юстиции и с помощью этой меры восстановили положение, существовавшее до 1934 г. Далее, 27 марта, последовал новый закон, освободивший 1 миллион заключенных из 2,5 миллиона. В этом же месяце поступило указание закрыть некоторые крупные проекты МВД: большой Туркменский канал, Волго-Балтийскую водную сеть, несколько крупных гидроэлектростанций и больших ирригационных систем. Эти громадные стройки, особенно каналы, требовали огромного количества рабочей силы, и в своих отчетах МВД всячески превозносило свою роль в создании этих химер, отвечавших склонности Сталина к гигантомании.

Хлевнюк предполагает, что высшие правительственные круги понимали разорительность подобных проектов. По той же причине уже в 1950 г. Берия, курировавший МВД как заместитель председателя правительства, наметил реформу огромного министерства. Но пока Сталин оставался жив, никто не осмеливался официально включить этот вопрос в повестку дня. Единственная возможность состояла в том, чтобы не мешать факторам, продолжающим подтачивать гулаговскую систему, делать свое дело и не душить мужественные протесты несправедливо брошенных в заключение людей. Только со смертью Сталина большинство этих прославленных затей, бесполезных для экономического развития, было ликвидировано, и это нанесло решительный удар по системе принудительного труда.

Зловещие цифры.

Сейчас мы знаем о ГУЛАГе вообще, и прежде всего о численности заключенных, гораздо больше, чем раньше [56] 56 Я поместил ряд таблиц с этими данными, почерпнутыми из надежных источников, в качестве приложения к своей книге Russia-USSR-Russia (New York, 1995). Аналогичные данные опубликованы Гетти А., Риттерспорном Г. и Земсковым В. // American Historical Review. 1993. Vol. 98. No. 4. P. 1017-1049. . Долгое время этот вопрос порождал самые невероятные предположения, и иногда имели место поразительные преувеличения. Сегодня можно статистически оценить не только человеческие потери, обусловленные лагерной системой, но и число арестов и приговоров по политическим мотивам в до- и послесталинистский периоды.

Гораздо труднее, не впадая в противоречия, более-менее точно оценить потери человеческих жизней при чрезвычайных обстоятельствах, таких как голод, насильственное выселение кулаков и вследствие других бедствий. Лучшее, что можно сделать, - это прибегнуть к демографическим сведениям, предоставляющим данные об уровне смертности за каждый интересующий нас период. Такие сведения имеются в отношении всех подобных эпохальных событий и политических мер, которые могли бы повлиять на подобный исход. Они также позволяют выделить потери, обусловленные не ростом смертности, а падением рождаемости. Это тоже потери, но тех, кто не родился, нельзя непосредственно причислить к жертвам режима, поскольку формально они не подверглись террору. Читатель может обратиться к статистике и другим данным в приложении к нашей книге.

Я не буду синтезировать статистический материал за период 1921 - середина 1953 г. (подробности можно найти в приложении). За эти 33 года общее число арестованных по чисто политическим мотивам (обвинения в «контрреволюционных преступлениях») составило 4 060 306 человек. Из них 799 455 были приговорены к смерти; 2 634 397 - отправлены в лагеря, колонии и тюрьмы. Далее: 423 512 человек сослали - другими словами, запретили жить в некоторых определенных местах (высылка) или депортировали в отдаленные регионы (ссылка), и 215 942 человека подпадали под категорию «прочие».