Сергей Кремлёв - 1917

К Хору прислушивался английский посол Бьюкенен. Хор (хорошо освоивший русский язык) был принят как свой в Центральном Военно-промышленном комитете – «штабе» деловых российских людей. Хор был хорош и с кадетами, с англофилом Милюковым, хорошо знакомым и американцам. И, к слову, Хор был соучеником по Кембриджу князя Феликса Юсупова – одного из убийц Распутина.

Ситуацию Хор оценивал весьма трезво и понимал, что самодержавие само ведёт себя к краху. Но и в Государственную Думу как «конституционную» замену царю Хор верил не очень. Он верил в решительных людей…

Говоря об английских разведчиках в России в 1917 году, напомню ещё раз о причастности к событиям известного английского писателя Уильяма Сомерсета Моэма, во время Первой мировой войны работавшего в разведке и направленного в Россию с секретной антибольшевистской миссией.

Не знаю, как Сомерсет Моэм, а Самуэль Хор имел влияние на Бьюкенена. Бьюкенен же был прочно вхож к царю Николаю. И вот, как признавался впоследствии сам Хор, он-то совместно с британским послом и нажал на императора, настаивая на назначении Колчака командующим Черноморским флотом. Почему-то об этом не написал ни один биограф Колчака, а ведь факт-то этот просто-таки разоблачителен! С чего это вдруг Хору так настойчиво (на высшем уровне!) вздумалось обеспечивать быструю карьеру какому-то рядовому русскому адмиралу? Он его и знать-то лично не знал! Или – знал?

Конечно же, Колчака Хору рекомендовали его «военно-промышленные» друзья. Во всяком случае, лично я другого объяснения не вижу (если не предполагать прямую вербовку адмирала). А вот эти-то «друзья», похоже, заранее – ещё до подготовляемого ими Февральского переворота – рассматривали адмирала как одну из фигур возможной будущей буржуазной диктатуры. Но, забегая вперёд, следует отметить, что в историю России Колчак вошёл как креатура не Лондона, а Вашингтона.

Летом 1917 года интерес к Колчаку проявила и миссия Элиху Рута. Так, почти все источники в полном согласии друг с другом сообщают, что 7 июня 1917 года Колчак познакомился в Севастополе с шестидесятилетним американским контр-адмиралом Джеймсом Гарольдом Гленноном из миссии Рута, в которой Гленнон был главой морской группы.

Когда для Колчака уже всё было кончено и он, арестованный, давал в Иркутске показания Чрезвычайной следственной комиссии, он утверждал, что с Гленноном в Севастополе не встречался, а, выехав из Севастополя в Петроград после отказа от командования Черноморским флотом, всего лишь ехал с ним «в одном поезде». Колчак, конечно, лгал. Могло ли быть так, что за несколько суток пути Гленнон, коль уж он не встретился с Колчаком в Севастополе, не попытался с Колчаком познакомиться в пути, а Колчак ему безосновательно отказал? Тем не менее Колчак упорно отрицал знакомство с Гленноном до приезда в Петроград. Выходит, было отчего? Иными словами, не будет очень смелым предположить, что Гленон вёз Колчака на «смотрины» к Элиху Руту. Вскоре по приезде в Петроград эти «смотрины» состоялись. Колчака показали Руту, и адмирал «закалённому старому служаке» понравился.

Жёсткая личность англизированного адмирала была явно привлекательной для тех, кто проектировал военный переворот. А сорокасемилетний генерал Корнилов и сорокатрехлетний адмирал Колчак смотрелись отличной диктаторской «связкой»! Позднее не кто-либо, а сам Антон Деникин свидетельствовал:

«Страна искала имя… Многими организациями делались определённые предложения адмиралу Колчаку во время пребывания его в Петрограде. В частности, „Республиканский центр“ находился в то время в сношениях с адмиралом, который принципиально не отказывался от возможности стать во главе движения… доверительные разговоры на эту тему вёл с ним и лидер кадетской партии…».

Имя искала, конечно, не страна, а имущие слои страны, но отыскали Колчака не столько даже они, сколько Америка – в своих интересах.

В интересах не страны, а элиты – как российской, так и заокеанской – был отыскан и генерал Лавр Корнилов.

Русскую же армию в целом инспектировала военная группа миссии Рута под руководством генерал-майора Х. Скотта. 18 июня (1 июля) 1917 года армия начала своё последнее и неудачное наступление, однако это Соединённые Штаты не обескуражило: они уже поняли, что при любом развитии событий буржуазная Россия будет существовать после войны в фарватере политики и экономики США. Поэтому любой ценой сохранить Россию именно буржуазной оказывалось для Америки важнейшей и насущнейшей задачей.

ПРИНЯТО считать, что такой же важнейшей и насущнейшей задачей миссии Рута являлось удержание России в орбите войны. Но это было, пожалуй, не так. Хотя Рут и ставил Временному правительству условием предоставления займов продолжение участия России в войне, в результате работы миссии Рута в США было явно понято, что даже выход России из войны не грозит срывом планов США! Уже говорилось, что к лету 1917 года судьбу войны решали действия на Западе, а не на Востоке. К тому же Америка, как сегодня становится ясно, стояла за низвержением не только царя, но и кайзера. Так что будущий знаменитый тезис германских генералов об «ударе в спину» германской армии был не попыткой оправдаться, а констатацией факта, известного лишь посвящённым в подоплёку событий.

Долгое время и мне казалось, что усилия посла Фрэнсиса, усилия Рута и т. д. были направлены на то, чтобы сохранить Россию как «пушечное мясо» для Запада. И лишь недавно стало приходить понимание, что суть была не в этом… Ниже будут приведены факты из первых дней уже советской истории России, которые доказывают, что к началу 1918 года Америку не волновало, останется ли новая Россия участником антигерманской коалиции. Более того, можно утверждать, что Америка в 1917 году имела главнейшей целью активизацию максимального развала России с дальнейшим погружением её в тяжелейший кризис при полном контроле ситуации Соединёнными Штатами. Если бы не Ленин, этот перспективный курс США в отношении России мог бы реализоваться. Требование же США к России воевать «до победы» было обусловлено не военными соображениями, а тем, что продолжение Россией войны обрушивало страну – в уже ближней перспективе – в катастрофу, последствия которой Соединённые Штаты должны были обратить в будущем в свою пользу.

Итогом миссии Рута стал «План американской деятельности по сохранению и укреплению морального состояния армии и гражданского населения России». Внешняя его суть его была проста: «Хотите иметь деньги – продолжайте воевать». «Миссия Рута, – подтверждает и Бесси Битти, – ясно заявила, что главным условием предоставления помощи России является дальнейшее участие России в войне».