Сергей Кремлёв - 1917

Однако на то, похоже, и был расчёт, и 3 августа 1917 года Особое совещание приняло решение о приспособлении казённых дорог под обслуживание американских паровозов «Декапод», для чего требовалась перестройка поворотных кругов, установка в депо нового оборудования, и всё – с закупкой в США. Судя по всему, это был типичный, говоря языком путинской «Россиянии», «откат», ибо во всех отношениях (кроме выгоды своекорыстных ренегатов) было надёжнее, перспективнее, проще и дешевле финансировать усиление производства отечественных паровозов на отечественных же заводах под имеющееся оборудование.

Америка обязывалась к 1 ноября 1917 года сдать во Владивостоке «под ключ» паровозо– и вагоносборочный завод. Реально же из США в 1917 году по 16 сентября поступило во Владивосток 69 комплектов паровозов «Декапод», из которых в харбинских мастерских собрали 22 паровоза. Кроме того, за восемь месяцев в Россию завезли 561 полувагон.

Отечественные заводы за весь 1917 год изготовили 12 561 товарный вагон (при заказе 27 956). И товарищ министра путей сообщения Л.А. Устругов имел все основания заявить, что комиссия Стивенса широко развернула свою деятельность в области «предположений и теоретических подсчётов», но мало что сделала в области реальной помощи российским железнодорожникам.

Впрочем, ничего особо значительного реально делать и не предполагалось. Расчёт был на обстоятельную, детальную технико-экономическую «рекогносцировку» железнодорожного дела в России с внедрением янки в российские железнодорожные круги в видах того, что в будущем всё это перейдёт под контроль капитала США.

УЖЕ ПОСЛЕ окончания Великой Отечественной войны стала известна статья «Правда о большевизме», написанная умершим в 1943 году Павлом Милюковым незадолго до смерти… Милюков полемизировал в ней со статьёй осевшего в США бывшего эсера М.В. Вишняка «Правда антибольшевизма».

В своей посмертной статье бывший лидер российских кадетов писал:

«Когда видишь достигнутую цель, лучше понимаешь и значение средств, которые привели к ней. Знаю, что признание близко к учению Лойолы… Но… что поделаешь? Ведь иначе пришлось бы беспощадно осудить и поведение нашего Петра Великого…».

Милюков вспоминал Игнатия Лойолу, основателя ордена иезуитов, допускавшего применение «любых средств» ради «вящей славы Божьей», однако эта параллель применительно к Ленину была абсолютно неправомерной. Лишь за несколько месяцев до смерти, в 1943 году, Милюков понял – пусть и очень неполно и куце, но понял – значение «средств» Ленина, которые привели к цели, то есть к новой, небывалой ранее России. Ленин же видел цель, к которой надо вести Россию, даже не в 1917 году! Он увидел её уже в молодости, за тридцать лет до 1917 года…

А средства?

Что ж, средства он вынужден был использовать те, к которым его вынуждал царизм. Средства Ленин использовал не по цели, а по условиям , в которых надо было добиваться цели! Если бы Ленин с его устремлениями, с его альтруизмом, с его калибром души и интеллекта, развивал свою политическую деятельность в России, политический строй которой был бы демократическим на уровне, хотя бы кайзеровской Германии (об Англии не говорю!), то он не стал бы создавать подпольную партию «ленинского» типа. Не было бы тогда нужды ни в подпольной «Искре», ни в шифрованных письмах, ни в нелегальных транспортах литературы и оружия, ни в «экспроприациях»…

Зачем всё это делать, если бы Ленин имел возможность легальной работы в массах? Ведь его «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» не был террористической организацией – члены «Союза» занимались исключительно пропагандой… В республиканских Франции и Швейцарии, в монархических Англии, Швеции, Норвегии, Бельгии, Дании и даже в кайзеровской Германии и императорской Австро-Венгрии власти смотрели бы на «Союз…» Ленина косо, однако на каторгу и в тюрьмы его членов не загоняли бы!

А в России загоняли, преследовали, ломали судьбы…

Так было в старой, царской России. Но и «временная» Россия в системном смысле отличалась от царской лишь тем, что дала Ленину возможность вести пропаганду легально всего-то три (!!) месяца – с апреля по июль!

И вот теперь, осенью 1917 года, «временная» Россия, приняв от царской России эстафету управленческой немочи и человеческой бездарности, поставила нацию на грань катастрофы… Сам же Милюков, бывшая крупная фигура той власти, в 1943 году признавал в своей статье:

«Побеждённая власть (Временное правительство. – С.К .) многократно призывала к восстановлению „государственности“, – но уже после того, как сама же и содействовала её разрушению. Она жаловалась на „хаос“, „разруху“, „анархию“ в стране; но она же и положила начало хаосу…».

Можно привести ещё множество цитат и статистических данных на сей счёт, а можно просто напомнить о той из ленинских работ, в которой Ленин предупреждал, что России грозит неминуемая катастрофа. Эта работа так и называется: «Грозящая катастрофа и как с ней бороться». Ленин писал её с 10 (23) по 14 (27) сентября 1917 года в Гельсингфорсе, за месяц до окончания своего последнего подполья. И, как это у Ленина бывало неоднократно, он поставил точный политический диагноз не только ситуации в России осенью 1917 года. То, что написал тогда Ленин, может стать если не завтрашним, то послезавтрашним днём уже современной путинской «России» в XXI веке!

В газете «Рабочий путь» № 25 от 14 сентября (1 октября) 1917 года были опубликованы две заключительные главы «Грозящей катастрофы», а через несколько дней вся она была издана отдельной брошюрой. Вот названия её разделов: «Голод надвигается»; «Полная бездеятельность правительства»; «Общеизвестность и лёгкость мер контроля»; «Национализация банков»; «Национализация синдикатов»; «Отмена коммерческой тайны»; «Регулирование потребления»; «Разрушение работы демократических организаций правительством»; «Финансовый крах и меры против него»; «Можно ли идти вперёд, боясь идти к социализму?»; «Борьба с разрухой и война»; «Революционная демократия и революционный пролетариат».

Не могу не заметить, что вопрос: «Можно ли идти вперёд, боясь идти к социализму?», безусловно, будет становиться всё более насущным и для нынешней России – через сто лет после того, как он был поставлен впервые!

Ленин писал (все отточия на месте пропусков убраны для удобства читателя, но он сам может при желании познакомиться с мыслями Ленина, прочтя страницы 151–199 тома 34-го пятого издания Полного собрания сочинений):

«России грозит неминуемая катастрофа. Об этом уже говорилось во всех газетах бесчисленное количество раз.