Мартин Ллойд-Джонс - Проповедь и проповедники

По той же причине проповедование должно отличаться убедительностью. «…От имени Христова просим: примиритесь с Богом», — пишет Павел (2 Кор. 5:20). Его главная цель — убедить людей. Истинный проповедник не скажет: «Мое дело проповедовать, а ваше — слушать или не слушать». Он стремится уверить людей в истинности своего послания, помочь им и повлиять на них. Он не занимается углубленным исследованием текста и не выставляет напоказ собственные познания; он имеет дело с живыми душами и желает пробудить их от духовного сна, увлечь за собой, привести к познанию Истины. Вот его главная цель. Поэтому неубедительное проповедование не может быть истинным и не соответствует своему назначению. Все перечисленные признаки отличают проповедь от лекции или эссе.

Следует особо остановиться на такой характеристике проповеди, как эмоциональность, хотя в каком-то смысле мы уже касались ее. Если бы меня попросили назвать самый большой минус в моем служении, мне пришлось бы признать недостаток эмоциональности, который, как правило, свидетельствует о недостатке любви к людям. Ричард Сэсил, англиканский проповедник конца восемнадцатого — начала девятнадцатого века, сказал по этому поводу слова, которые заставляют нас всех задуматься: «Любить проповедовать — это одно, а любить тех, кому мы проповедуем, — совершенно другое». Многие из нас любят проповедование, но порой забывают о людях, которым мы, собственно говоря, проповедуем. Если вы не испытываете к ним сострадания, ваши проповеди будут лишены эмоциональности — этого необычайно важного элемента истинного проповедования. Наш Господь, увидев множество людей, «сжалился над ними», потому что «они были как овцы, не имеющие пастыря», и если вам неведомо это чувство, вам не стоит подниматься на кафедру. Проповедование требует и ума, и сердца. Однако не только любовь к людям, но и само содержание проповеди смягчает наше сердце. Есть ли что-либо более трогательное, чем сознание того, что совершил для нас Бог во Христе?! Поэтому всякое стремление постичь, понять Его любовь должно вызывать у нас глубокие чувства. Обратите внимание на ход рассуждений величайшего из апостолов. Вначале он с дерзновением говорит о греховности, о падшем состоянии человека и о его полной зависимости от Христа. Но, назвав это Имя, он, кажется, забывает о своих доказательствах, и уста его наполняются хвалой. В глубоком волнении он пишет знаменитые строки, которые и нас должны тронуть до слез. Он говорит о том, что Бог сделал для нас во Христе, о глубине Его страданий и о величии Его любви к людям. «Ибо так возлюбил Бог мир…»

Эмоциональность была отличительной чертой проповедования Уайтфилда, одного из самых выдающихся проповедников всех времен. Дэвид Гэррик, знаменитый актер восемнадцатого века, сказал однажды, что ему хотелось бы научиться произносить слово «Месопотамия» так, как произносил его Уайтфилд! Еще он сказал, что с радостью отдал бы сто гиней только за то, чтобы воскликнуть «О!» с таким же пафосом, как Уайтфилд. Современным образованным людям это может показаться смешным, но я убежден, что мы станем настоящими проповедниками только тогда, когда научимся говорить с чувством. Конечно, человек, пытающийся изо всех сил произвести впечатление, превращается в актера и является гнусным самозванцем. Все дело в том, что, когда «любовь Божья изливается» в сердце человека, как это произошло с Уайтфилдом, чувства появляются сами собой.

Элемент пафоса и эмоций является, на мой взгляд, необычайно важным. Его явно недостает нашим современникам и особенно, пожалуй, протестантам. Мы делаем крен в сторону интеллекта и начинаем относиться к эмоциям и чувствам почти с презрением. Ведь мы — образованные люди, глубоко понимающие Истину. Разве уместны тут чувства? Эмоциональность и сентиментальность, на наш взгляд, — удел простых людей, лишенных понимания!

Но так ли безобидно отвергать чувства? Ведь Сам Бог заложил в человека способность чувствовать и выражать свои эмоции. Мы понятия не имеем, что значит быть увлеченными, мы забыли, что значит быть глубоко тронутыми. Вы помните определение религии, сделанное Мэтью Арнольдом? Он сказал, что «религия — это нравственность с оттенком чувства». Это полнейшее заблуждение в стиле Мэтью Арнольда! «Оттенок чувства». Только «оттенок»! По его понятиям, стыдно иметь большое чувство. «Маленький джентльмен» никогда не показывает своих эмоций. Не забывайте, что Мэтью Арнольд был сыном Томаса Арнольда, директора знаменитой частной школы в г.Рагби. Он учил, что настоящий джентльмен никогда не показывает своих чувств и держит их под контролем. Такое мировоззрение, похоже, проникло в церкви и в сознание многих христиан. Эмоции считаются чем-то почти неприличным. Но в ответ я могу только повторить, что если великие истины, над которыми вы рассуждаете и которые вверены вам как проповедникам, не трогают вас, то ваше мировоззрение нуждается в коррекции.

Апостол Павел, как мы уже отмечали, никогда не мог говорить о них равнодушно. Они его трогали до глубины души. Позвольте мне привести иллюстрацию. В Римлянам 9, 10 и 11 он рассуждает об израильтянах. Где их корни, каково их положение в свете доктрины об оправдании через веру и так далее? Он всесторонне и скрупулезно исследовал эту тему и пришел к важному заключению. Вот что он пишет:

«О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его, ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь».

Вот возвышенные эмоции. Заметьте, эмоции, а не экзальтация, которой я не признаю. Нет ничего хуже и предосудительнее, чем сознательная игра на неглубоких, поверхностных чувствах людей. Я убежден, что человек, который действительно понимает провозглашаемую им истину, не сможет оставаться к ней равнодушным. В противном случае он не принадлежит к той группе или категории людей, к которой относил себя апостол Павел. Отрицать эмоции в наше время стало модно.

Помню, несколько лет назад, во время большой евангелизации в Лондоне, ко мне подошел один христианский лидер и спросил: «Вы уже были на евангелизации?» Я ответил: «Нет, еще не был». «Она проходит просто замечательно, — сказал он, — просто замечательно! Люди каются сотнями. Без всяких эмоций! Это просто замечательно!» Он беспрерывно повторял: «Без всяких эмоций!» Его приводило в восторг, что все люди, откликнувшиеся на призыв к покаянию, не проявляли никаких эмоций.

Что можно сказать о таком отношении? Я ограничусь тем, что задам несколько вопросов. Может ли человек равнодушно признать себя осужденным грешником? Может ли он заглянуть в ад и не испытать ужаса? Может ли он слышать гневные обличения Закона Божьего и ничего не чувствовать? И, напротив, может ли человек созерцать любовь Божью во Христе Иисусе и не испытывать радости? Все это крайне нелепо. Думаю, сегодня многие люди, пытаясь противостоять невоздержанности и чрезмерной эмоциональности, доходят до того, что фактически отрицают Истину. Евангелие Иисуса Христа касается всей личности человека, и если этого не происходит, то это подделка, а не Евангелие. Оно полностью преображает человека, ведет его к возрождению, и поэтому я заявляю, что элемент пафоса и эмоций является неотъемлемой частью проповедования.