Абдурахман Авторханов - От Андропова к Горбачёву
- Название:От Андропова к Горбачёву
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Директ-Медиа
- Год:2019
- Город:Берлин
- ISBN:978-5-4475-2813-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Абдурахман Авторханов - От Андропова к Горбачёву краткое содержание
Автор книги — известный политолог русского зарубежья, писатель и публицист Абдурахман Геназович Авторханов (1908–1997 гг.).
От Андропова к Горбачёву - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Проект новой редакции программы был опубликован в «Правде» менее, чем за месяц до встречи Горбачева с американским президентом Рейганом. Надо было думать, что это наложит какой-то отпечаток в дипломатическом плане на этот документ. Вероятно, это и случилось, ибо у Хрущева Америка числилась в жандармах мира, а у Горбачева ей отведена более пассивная роль. В программе сказано: «Цитадель мировой реакции — империализм США. Именно от него прежде всего исходит угроза войны». Кто ищет модус вивенди со своим соперником и «мирного сосуществования» с ним, тот не может так энергично выражаться по его адресу, и это не в передовице «Правды», а в программе, рассчитанной на десятилетия.
Легкомысленным, авантюрным и в высшей степени безответственным, а потому опасным для дела мира надо признать присвоение себе Кремлем функций верховного судьи во всех мировых делах. Последняя колониальная империя в истории — Советский Союз самоуверенно утверждает, что «не может быть решен ни один вопрос мировой политики» без его участия. Даже такие диктаторы, как Гитлер и Сталин, ничего подобного никогда не заявляли, а вот Горбачев это прямо записал в программу. Это не делает его умнее, зато опаснее обоих диктаторов. Мания величия в политике всегда чревата в истории катастрофами, ибо она вызывает атрофию чувства реальности и взвинчивает шапкозакидательский психоз.
Глава 4. Перемены в Кремле и новая фаза в советской внешней политике
Вот уже прошло десять месяцев со дня прихода к власти Михаила Горбачева, а весь политический мир все еще гадает: кто он такой, чего он хочет и что он может?
Как его стремительное восхождение на кремлевский трон, так и его истинная программа остаются окутанными тайной. За эти десять месяцев он наговорил в десять раз больше речей, чем Сталин произносил за десять лет, но в этих речах есть все, кроме ответов на поставленные вопросы. Правда, политического деятеля узнают не по речам, которые часто служат маскировкой его подлинного лица, а по делам, но дела у него на первых порах те же, с каких начинал каждый генсек: чистка старых кадров и набор новых людей, разные бюрократические реорганизации, бесконечные призывы поднять дисциплину, производительность труда, эффективность экономики. И ни одного нового слова, нового лозунга и новой мысли. Во внешней политике — опять-таки повторение старых лозунгов: курс на мирное сосуществование с капиталистическими правительствами, но борьба против капитализма до полной победы мировой социалистической системы.
Все это понятно, если вспомнить его «тронную речь» на мартовском пленуме ЦК КПСС 1985 г. В ней он заявил, что большевистская внутренняя и внешняя политика всегда была и останется последовательной и преемственной. Однако сами большевистские вожди разнились между собой по интеллекту, таланту, методам, стилю, накладывая на советскую политическую систему в той или иной мере свой личный отпечаток.
Ленин, европейски образованный марксист и организатор тоталитарной коммунистической партократии, скорее был интеллектуальным диктатором и управлял государством, опираясь на партийную олигархию в лице ЦК партии. Его последовательный ученик Сталин — недоучка из духовной семинарии — управлял государством как абсолютный диктатор, превратив ЦК в свой совещательный орган и опираясь на политическую полицию. Сумбурный Хрущев был кающимся сталинцем с крайне опасным для данной формы правления зудом импровизации. Возомнивший себя советским Цезарем Брежнев на деле был типичным мещанином на вершине власти и покорным слугой «трех господ» — партаппарата, армии и КГБ. Андропов успел только поставить КГБ над партией и выдвинуть Горбачева. Черненко как генсек не успел развернуться. Но вот чувствуется также странная преемственность характерных черт каждого из предыдущих вождей Кремля в новом генсеке. Я нахожу в Горбачеве гениальное стратегическое чутье Ленина, глубоко скрытое лукавство Сталина, идеи фикс к бюрократическим реорганизациям Хрущева, преувеличенное самомнение Брежнева (Горбачев Рейгану: «Не думайте, что перед вами простаки»!), внешнюю скромность и простоту Черненко, комбинаторский дар и полицейский нюх Андропова.
От выступлений Горбачева внутри страны и за рубежом за это короткое время у меня сложилось впечатление, что Горбачев — государственный руководитель с необыкновенным тактико-стратегическим талантом и с ярко выраженной волей к непредвиденным действиям. Он, конечно, может и легко сорваться, но способен открыть и новую эпоху в расширении географии советского мирового присутствия. И такой выдающийся мастер власти из окраинной провинции советской империи был открыт не ЦК КПСС, а КГБ СССР. В этом смысле Горбачев не просто выдвиженец КГБ, но и ценная для режима находка. Отсюда — восхождение к власти КГБ было восхождением к власти и самого Горбачева.
Чтобы разобраться в том, что происходит сегодня в Кремле, надо вкратце вспомнить историю структурных изменений, которые происходили в советской политической системе после Сталина. Советская политическая система вообще держится на трех столпах: партаппарат, политическая полиция и армия. Но их роль и место на разных этапах истории режима складывались по-разному. При Сталине все три были инструментами его личной диктатуры при доминировании во всем политической полиции. При Хрущеве произошли два важных изменения — политическое влияние КГБ было сведено почти к нулю (так, на XXII съезде партии — в апогее разоблачения преступлений Сталина и его чекистов — шеф КГБ был избран только кандидатом в члены ЦК), а армия была введена в политическую игру наследников Сталина в их борьбе за власть. Опираясь на армию, они свергли всесильного шефа политической полиции Лаврентия Берия и уничтожили его ведущие кадры во главе полиции; опираясь на армию, Хрущев уничтожил и почти весь состав сталинского Политбюро, назвав его «антипартийной группой». В результате впервые в истории режима профессиональный военный — маршал Жуков — стал членом Политбюро [1957]. Армия стала соучастником власти на ее вершине и предъявила претензию говорить решающее слово в трех важных для нее областях: 1) в разработке и планировании военно-политической стратегии, 2) в установлении бюджетных ассигнований на армию и вооружение, 3) в установлении фактического единоначалия строевых командиров не только в оперативной области, но и в управлении над армией в целом, в том числе и над ее политаппаратом. Хрущев догадался, чем все это пахнет, поэтому, послав Жукова в командировку к Тито, снял его со всех постов. Чтобы другие ему не подражали, обвинил его в антипартийном поведении, в бонапартизме и в создании собственного «культа». Через некоторое время Хрущев приступил к сокращению армии на 1 200 000 человек, а в сентябре 1964 г. Совет министров СССР принял решение сократить военный бюджет, чтобы освободившиеся средства перебросить на поднятие сельского хозяйства. Таким образом, Хрущев сначала поссорился с КГБ, потом — с армией, а в Политбюро и Секретариат ЦК вместо свергнутых старых сталинцев набрал других, таких же убежденных сталинцев, только рангом ниже. Военные, чекисты и эти неосталинисты составили заговор и свергли Хрущева 13 октября 1964 года, когда он, ничего не подозревая, отдыхал на берегу Черного моря.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: