Политика постправды и популизм

247См.: Mélenchon J.-L. L'autre gauche. Paris: Éditions Bruno Leprince, 2009. 144 p.

176

щения вооруженных конфликтов, а также налаживания сотрудничества с Россией, например, в разрешении сирийского кризиса.

Накануне выборов тема современного левого популизма, его истоков и теоретического обоснования стала очень популярной во французских СМИ именно благодаря фигуре Ж.-Л. Меланшона; так, одна из статей, например, вышла под названием «Шанталь Муфф, теоретик левого популизма, вдохновляет Меланшона» 241 241 См.: Noyé S. Chantal Mouffe théorise le populisme de gauche et inspire Mélenchon // La vie. 12.04.2017 [Электронный ресурс]. http://www.lavie.fr/debats/idees/chantal-mouffe-theorise-le-populisme-de-gauche-et-inspire-melenchon-12-04-2017-81341_679.php (дата обращения: 04.12.2017). . Действительно, выступления Ж.-Л. Меланшона — это выступления блестящего оратора, которые отличает афористичность и сознательный эпатаж в отношении оппонентов и представителей СМИ. «Он разоблачает корыстные интересы деловой элиты Франции. Он нарушает неписанные законы этикета: в ходе интервью отвечая на вопрос о доходах он неожиданно задает тот же вопрос интервьюеру, он хватает журналиста за рукав и втягивает в свою зону социального конфликта, не позволяя ему оставаться в стороне. Он сыплет антибуржуазными цитатами в духе коммунистов 1930-х гг. Он даже соглашается принять звание популиста. И все это напоминает эпатажный спектакль, срежиссированную буффонаду...» 242 242 Феномен правого и левого популизма в странах ЕС. Аналитический доклад ОЕПИ [Электронный ресурс]. URL: https://www.imemo.ru/files/File/ru/materials/Fenomen_doklad1 . pdf (дата обращения: 30.11.2017). . Кроме того, в ходе последней президентской гонки лидер «Непокорившейся Франции» прибегнул к необычным техническим средствам для ведения своей предвыборной кампании. Так, он воспользовался еще невиданным в публичной политике трюком: при помощи голограммы выступил сразу на двух митингах в разных городах страны, что вызвало достаточно неоднозначную полемику вокруг этой темы в СМИ.

В целом избирательная кампания Ж.-Л. Меланшона была намного более яркой и динамичной, чем можно было ожидать от политика-ветерана, что и сказалось впоследствии на результатах голосования в первом туре президентской кампании 2017 г. Эти результаты подтверждают и тот факт, что крайне левые с их популистской риторикой продолжают сохранять свои позиции во французском обществе и остаются значимым фактором политической жизни Франции. Но на фоне внутреннего кризиса и видимого поправения Социалистической партии ее традиционный электорат, лишенный политического представительства, начинает частично перетекать не только к «Другой левой», но и к правопопулистскому «Национальному фронту», активно использующему в последнее время лозунги «антилиберализма», «антисистемы» и «антиэлиты».

Лидер «Национального фронта» Марин Ле Пен, получившая в первом туре 21,30 % и занявшая вторую позицию, в итоге осталась единственным соперником Эммануэля Макрона во втором туре. Выйдя во второй тур выборов при изначально относительно небольшом разрыве со своим главным соперником, она, несомненно, улучшила свой результат по отношению к предыдущей президентской кампании 2012 г. (тогда она заняла третье место, получив 18 % голосов). Но в очередной раз лидер Национального фронта так и не смогла, чтобы добиться победы во втором туре, преодолеть сложности французской избирательной системы. Так называемый политический санитарный кордон (фр. — cordon sanitaire) был установлен во Франции еще в 1986 г. специально для противодействия Национальному фронту и институционально опирается на мажоритарную систему абсолютного большинства, которая стандартно приводит к голосованию в два тура по одномандатным округам. Сложившаяся в рамках данной избирательной системы стратегия позволяет не допустить победы прошедшего во второй тур кандидата от Национального фронта: согласно политической традиции, две основные системные партии — правые и социалисты — обычно объединяются в рамках так называемого Республиканского фронта вокруг более сильного кандидата, блокируя доступ к победе правопопулистскому оппоненту. Несмотря на то, что в предшествующие годы возросшая популярность Национального фронта позволяла его представителям одерживать победы даже в условиях такой неблагоприятной избирательной системы (например, на местных выборах 2015 г.), эта стратегия эффективно сработала против Марин Ле Пен во втором туре президентских выборов 2017-го.

Движение Национального фронта в сторону все большей демаргинализации и превращения в системную партию ускорилось именно с приходом в 2011 г. к руководству Марин Ле Пен, сменившей на этом посту своего отца Жана-Мари Ле Пена. Тогда была проведена большая работа по улучшению имиджа партии с помощью кадрирования риторики (последовал постепенный отказ от явных расистских и антисемитских положений), а в программе партии ярко обозначилась тенденция к «всеядности» — эклектическому сочетанию правых и левых требований. Это стало одной из особенностей популизма Марин Ле Пен, позволившей Национальному фронту выйти за рамки узко очерченных групповых предпочтений и значительно расширить свою электоральную базу. Кроме того, в последние годы обновленный Национальный фронт, несмотря на внутрипартийные противоречия по этому вопросу, в тактических целях «начинает прибегать к заимствованию традиционно голлистского наследия и его адаптации к идейно-политической доктрине партии в сегодняшних реалиях» 243 243 Наумова Н. Н. «Голлистский поворот» в стратегии Национального фронта (2013—2015) // Франция на пороге перемен: экономика и политика в начале XXI века. М.: ИМЭМО РАН, 2016. С. 174. . Такой «голлистский поворот», выразившийся в первую очередь в обращении к идеям величия Франции и защиты ее национального суверенитета, стал в новых условиях одним из элементов стратегии модернизации партии и, несомненно, обеспечил рост ее популярности среди тех французских избирателей, которые традиционно принадлежали к умеренному правому политико-идеологическому спектру. Как отмечают специалисты, в современных условиях это не стало прологом «к каким-либо существенным изменениям в идейно-политической доктрине НФ, а, скорее, представляет собой элемент партийной стратегии, основанной на синтезе традиционно левых и правых идей, голлистских и антиголлистских положений с целью расширения электоральной базы НФ в преддверии президентских и парламентских выборов 2017 г.» 244 244 Там же. С. 180. .

Предвыборная программа М. Ле Пен в 2017 г. продолжила эту традицию идеологической гибкости и выстраивалась очень компромиссно: элементы правого националистического идейного спектра были смягчены, разбавлены центристскими принципами и даже некоторыми левыми социальными идеями. Основными положениями ее внутриполитической повестки стала ориентация на проведение жесткой миграционной политики, поддержка полноценными протекционистскими мерами французских производителей (например, введение налога на импортные товары), а лозунги защиты традиционно консервативных ценностей (семьи, брака и т. д.) успешно сочетались в ней с популярными социальными требованиями. Внешнеполитический блок программы этого правопопулистского кандидата в президенты был ориентирован в первую очередь на выход Франции из НАТО и ЕС, а также на улучшение отношений с Россией. Марин Ле Пен осуждает идею евроатлантической интеграции, а в качестве альтернативы она предлагает «Европу наций», стратегический альянс с Россией на основе военно-энергетического партнерства и Панъевропейский союз (суверенных государств) с Россией и Швейцарией без Турции. В целом ее позиция в качестве лидера Национального фронта уже традиционно ориентирована на идею укрепления национального суверенитета в духе возврата к традициям Ш. де Голля: «Речь идет о независимой и сбалансированной внешней политике, хороших отношениях с Россией, масштабных социальных расходах, активном государственном вмешательстве в экономику и протекционизме для защиты французских производителей» 245 245 Современный консерватизм на Западе // Тетради по консерватизму: Альманах Фонда ИСЭПИ: № 2 (2): Форум «Бердяевские чтения», 16 мая 2014 г. Доклады и статьи. М.: Некоммерческий фонд — Институт социально-экономических и политических исследований (Фонд ИСЭПИ), 2014. С. 33. .