Артем Лунин - Кровь леса

– Учитель, этот…

– Опять?

– Нет. Потеет. Сильно и… как-то странно.

Чья-то рука прикоснулась ко лбу. А, так это я потею. И обмочился, очевидно, тоже я.

– Учитель?

Сопение. Кто-то наклоняется надо мной.

– Что это? Пахнет сонным ядом. Он выводится из организма!..

– А как же почки, обычно…

– Разумеется, через почки тоже выводится, вот, смотри, снова.

– Тьфу ты, гадость!.. – шипит мальчишеский голос.

– Если так дальше продолжится, он сможет очнуться прямо… Нет, что за интересная реакция… Да он, кажется, в сознании. – Мужчина наклонился надо мной, разглядывая и чуть ли не обнюхивая лицо.

Меня передернуло от отвращения, и я понял, что контроль над телом возвращается. Что-то бубнил имплант. Я с хаканьем согнулся, ударяя лбом в лицо исследователя. Маг, сдавленно хрюкнув, отлетел, его ученик вскинул руку. Несколько тихих шипящих плевков – и я тупо уставился на пестрые перья, щедро торчащие из груди.

И снова провалился в темный колодец.

– Так нечестно, – сообщил я, вновь оказавшись в мире черного камня и блестящих алмазов.

– Конечно, нечестно, – подтвердил хрустальный голосок откуда-то сбоку. – Жизнь вообще нечестна… а ты о чем конкретно?

– В прошлый раз я тебя расколол, и ты разбудила меня как раз тогда, когда собиралась… – наконец я ее увидел. И тут же забыл все укоры, что хотел на нее высыпать. – Ты очень красива.

– В моем возрасте я скорее ожидаю услышать «ты прекрасно сохранилась», – усмехнулась Леди. Сейчас она была в эльфийском обличье. Идеальный овал лица, обрамленного рыжими и черными локонами, дивные золотые очи смотрят, казалось, в самую душу. Одежда тоже сменилась, вместо лохмотьев – темно-зеленый комбинезон, оставляющий открытыми руки и ноги, длинный плащ с лохматушками и откинутым капюшоном. На одном запястье был закреплен предмет, напоминающий стрелкомет, но малость больше.

– Так одевались древние вэйри? – спросил я. – А почему обязательно босиком и с голыми руками?

– Чтобы лучше ощущать силу природы, – наставительно сказала эльфийка.

– Может, и мне разуться? – пробормотал я. – Мне чары Леса плохо даются. Собственно, именно потому я и поставил Мышеловки… Которые, хошь ты тресни, за традиционную магию вэйри никак не примешь.

– Ты никогда не превзойдешь вэйри в этой магии, хоть ты разуйся, хоть вовсе голышом щеголяй по Лесу, – сказала Леди. – Удовлетворись тем, что он – Лес, тебя видит, ценит и выручает, когда надо. И вообще, у тебя масса других талантов – вот их и развивай.

– Надеюсь, мне представится такая возможность, – сказал я. – Там, в реальности, нас вроде как сцапали. И тащат куда-то в Хидон. И тамошний Архимаг, насколько я понял, любит порезать нелюдей на ремни.

– Ах, Архимаг Хидона. – Леди улыбнулась, словно я упомянул о ее младшей родственнице, по младости лет малость бестолковой, но подающей большие надежды. – Она хорошая девочка. Думаю, ты с ней поладишь.

– Хорошая девочка?! – Я вспомнил чудовищные заклятия. – Как я смогу с ней поладить? Она меня пережует и выплюнет.

– Да брось, может быть, покусает чуть.

– Что-то я никак не понимаю, – сказал я после паузы, – обещаешь ли ты, что все будет хорошо, или предупреждаешь… потому спрошу прямо – как там, в реальности?

– Ну… – Леди пожала плечами. – Почему бы тебе самому не сходить и не глянуть? – И ее новый образ в зеркале алмаза стал меркнуть.

– Эй, погоди!.. – только и успел воскликнуть я, и меня унесло в реальность…

Странный бред.

Я в корзине. По бокам – плетеные стены из толстых сучьев, живых сучьев. Сверху – крышка из тех же сучьев, покрытых широкими, будто пальмовыми листьями.

Под задницей…

Я шевельнулся и сел. Желудок немедленно забултыхался внутри, норовя выскочить через горло. Казалось, он был не просто пуст, но еще и вывернут наизнанку.

Под задницей оказалось плетеное дно, сквозь которое просматривалась земля. Очень далекая. Грибная корзина оказалась гигантским гнездом, куда птица Рух принесла пойманного человека!..

Я в ужасе схватился за… за пол – хвататься было больше не за что. Казалось, ветки вот-вот раздадутся подо мной, и я ухну вниз с невообразимой высоты…

Кажется, это не сон. Во сне невозможно так бояться.

– Что за фигня. – Голос был какой-то ломкий, сиплый. И тело как одеревеневшее. – Где я?

Ветки пружинили под ногами, но ломаться не спешили. Сглатывая, я на четвереньках устремился туда, где в плетении угадывалась «несущая балка» – толстый сук. Распластался на ней. Если упаду, то, наверное, успею вцепиться…

ДАННЫЙ ИМПЛАНТ ПРИВЕТСТВУЕТ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ.

– Ага, привет, – пробормотал я. – Давно не виделись… не слышались… и вообще.

Хотя бы на этот раз у него ничего не отвалилось? Было бы некстати, только несколько дней назад мозговой червяк отрапортовал, что полностью восстановился, включая систему радиосвязи и контроля процессов тела. С помощью чего, должно быть, и выводил яд из моей тушки, что вызывало странные реакции, так заинтересовавшие Дайрима. Надеюсь, я сломал ему нос.

ФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ ИМПЛАНТА НЕ ПОСТРАДАЛА, – похвастался он. – ОТМЕЧЕН ВЫСОКИЙ УРОВЕНЬ НЕГАТИВНЫХ ЭМОЦИЙ. ПРЕДЛАГАЕТСЯ ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ КОРРЕКЦИЯ.

Это чего? А… ну, давай.

Высота тут же перестала быть страшной. Полезная вещь червяк в мозгах!..

– Как долго я был без сознания? – пробормотал я сипло.

14 ЧАСОВ ГЛУБОКОГО НАРКОТИЧЕСКОГО СНА, ПРЕРЫВАЕМОГО КРАТКИМИ СУМЕРЕЧНЫМИ ПЕРИОДАМИ.

Помню я эти периоды… Тихо ругнувшись, я запустил руку в штаны. И тут только понял, что меня переодели в эльфийский комбез из живой ткани. Плащ валялся рядом.

Ну и как все это понимать? Зачем надо было снабжать человека, врага, одеждой? А плащ-то мой собственный, тот самый, что был получен методом разрастания и деления пончо Нан. А ведь это оружие. На нем есть пасть, ядовитые шипы и, кстати, отводящие глаза чары. Которые… да, чутье мне подсказало – вполне работают.

Я длинно выдохнул и прижался лицом к прохладным прутьям пола.

– Нан? – позвал.

Ответа не было. Только смутное эхо. Должно быть, она тоже в глубоком наркотическом сне или в сумеречном периоде.

Я встал. Трудяга имплант тут же предоставил мне расчеты, что пол может выдержать даже «Хаммер». Нет, страх перед высотой никуда не делся, просто он перестал иметь значение.

Осторожно ступая, я подошел к стене. Прислонился, глядя меж прутьев.

Моя корзина-гнездо висела в самом центре эльфийского поселка-рощи. Похожие я видел в памяти Нан.

Деревья, нет, деревища, огромные-то какие! – высоченные, толстенные, каждое не меньше десяти метров в диаметре. Наплывы коры образовывают что-то вроде ступенек, рядом подъемы, веревочные лестницы, дощатые переходы над нами… избушки, приткнувшиеся к стволам деревьев и возведенные вокруг них, избушки на ветвях деревьев высоко над землей, канатные дороги, при одном взгляде на них начинала кружиться голова.