Александр Волков - Право сильного [СИ]

Толпа стала изрыгать недовольные возгласы, в грузовики полетели камни, палки, и бутылки, гремевшие о кузов и оставляющие на стеклах царапины. Слышались пропитанные ненавистью крики: «Пошли к черту!», «Хрен вам, а не дорога!», «Только через наши трупы!»

— Стоп! — крикнула Элизабет, жестом усмирив толпу, и заставив стихнуть волну недовольства.

— Вот и лидер обозначился, — сказал Жан соседу.

— Ага, — ответил напарник Жану, щелкнув выключателем винтовки, и она с писком зарядилась.

— Мы ничего не имеем против полиции! — кричала Элизабет. — Накажите виновников, или выдайте нам их, чтобы мы наказали сами!

— В данный момент вы затрудняете проезд колонне полицейских машин, — сказал Жан. — Наша задача проехать к Ратуше, и вы мешаете ее выполнить, нарушая правопорядок.

— Черт, и где корпоративная полиция? Почему мы должны лезть в это дерьмо? — недовольно сказал напарник Жана. — Это вообще не наш сектор. Нас не должно тут быть.

— Корпоративной полиции плевать, — ответил Жан, отпустив кнопку. — Нам бы, по-хорошему, их разогнать всех, всем отделом, но раз не велено, будем доставлять этого придурка к Ратуше. Других вариантов у нас все равно нет.

— Мы не пропустим вас! — угрожающе крикнула Элизабет. — Валите отсюда!

Толпа вновь изошла криками, и стала швыряться в колонну всем, что попадалось под руку. Сердце Гордона сжималось испугом, и он расстегнул воротник, чувствуя охвативший тело жар. Метательные снаряды бились о стекла с такой периодичностью, будто бы снаружи шел легкий каменный дождь. Душа Гордона ушла в пятки, он подсознательно боялся, что бронированные стеклопакеты не выдержат.

Грузовики взревели моторами, лимузин загудел гравиприводом, и колонна тронулась, поехав прямо в толпу. Элизабет не сходила с места, и стояла до тех пор, пока грузовик не подъехал слишком близко. Поняв, что останавливаться никто не собирается, она заскочила на бампер, боясь попасть под колеса.

— Едем! — велел Жан. — Чтобы не случилось — не сбавляем хода! Если начнут проявлять агрессию — включаем пищалки!

— Понял, — ответил водитель замыкающей машины.

Колонна стала углубляться в расступающуюся толпу, окружавшую машины. Грузовики мощно ревели моторами, испуская из выхлопных труб струи черного дыма. Элизабет хлопала по лобовому стеклу, и громко ругалась матом, требуя, чтобы колонна остановилась.

— Дура! Свали к чертовой матери! — крикнул Жан, но Элизабет игнорировала его.

— Вы что, обоссались?! — обратилась Элизабет к толпе. — Вперед! Вас не жалеют, значит и вам никого не надо жалеть!

Взгляды людей в толпе внезапно стали агрессивными. Слова Элизабет зацепились за нужные струны души, и толпа, подобно штормовой волне, бросилась на колонну. Грузовики качнуло неожиданной нагрузкой. Люди кричали, прыгали на лимузин и грузовики, били по кузовам палками и рвали ручки дверей, пытаясь их открыть.

— Не останавливаться! Активировать пищалки!

Жан щелкнул тумблером около красной кнопки, и в кабине тут же активировалась система звукоизоляции. Тишина повисла абсолютная, а беспорядок, царивший снаружи, стал похожим на немое кино. Люди били по стеклам, широко открывали рты в криках, но услышать их было невозможно.

Несколько человек не смогли вовремя заскочить на кабину ведущего грузовика, и грузовик наехал на них огромными колесами, разламывая хрупкие кости. Вскоре колонна стала катиться по трупам, как по кочкам, и протекторы покрывались кровью.

Жан надавил на красную кнопку. В бортах грузовиков отодвинулись заслонки, за которыми были мощные ультразвуковые мембраны, и воздух пронзил душераздирающий писк. Люди тут же сморщились от боли, их барабанные перепонки лопнули от звука столь высокой частоты, и из ушей потекла кровь. Толпу разогнало в мгновение ока. Люди разбегались во все стороны, подобно напуганным собакам, и пытались спастись от пагубного воздействия ультразвука.

— Газу! Газу! — скомандовал Жан, и колонна рванула к Ратуше, быстро набирая скорость.

Ультразвук разгонял толпу на пути колонны, и позволил ей беспрепятственно добраться до Ратуши. Колонна въехала под защитное поле, и остановилась, сопровождаемая ненавистными взорами тысяч людей, снова столпившихся на улице.

Из кузовов высыпали бойцы в силовых костюмах, и рассредоточились около сцены, сформировав защитный периметр. Гордон, дрожа от пережитого стресса, щелкнул ручкой двери, и собрался выйти на улицу, но телохранитель одернул его.

— Стойте. Посидите здесь, пока не приедет пресса. До этих пор нет смысла рисковать.

— Пожалуй, ты прав, — Гордон плотно закрыл дверь.

Вскоре толпа окружила силовое поле, защищавшее Ратушу, и стала предпринимать попытки пробить его, но они были тщетными. Снаряды, врезаясь в поле, с треском отбрасывались обратно, и летели в толпу с большим ускорением, не редко попадая по тем, кто их метал.

Десантный самолет мчался над пористыми облаками, рассекая воздух и гудя гравитационными двигателями. Вик сидел в грузовом отсеке на плече своего «Геракла», и ощущал вибрацию гравипривода, идущую по телу. Перед взглядом Вик видел несколько диалоговых окон с документами, и разглядывал их поочередно. В одном проигрывался выпуск новостей, связанный с уничтожением Халы, в другом были снимки «Пояса Кридиана», а в третьем данные о нем, добытые сепаратистами. На связи с Виком был разведчик сепаратистов, Рональд, который приторговывал информацией, пока не видело начальство.

— Что это за штука, и как она работает? Почему мы раньше о ней не знали?

— У корпорации не было поводов применить ее. Эйден просто идиот, — усмехнулся Рональд, — и как только повод появился, то он засветил «Пояс Кридиана», как миленький.

— Почему? — равнодушно спросил Вик.

— Он вспыльчивый. Из сообщений Натана, который на орбите Халы зарубился с корпоративным флотом, стало известно, что Эйден обвинил Нацию Свободы в краже «Гераклов», хотя, на самом деле, их увел вообще неизвестно кто.

— Ну да, — согласился Вик, взглянув на голову «Геракла». — Неизвестно кто. Но это неважно. Лучше растолкуй мне информацию в файле, который прислал. Я понимаю суть возникновения в вакууме виртуальных частиц, но не понимаю, каким боком здесь какая-то древняя цивилизация. Что за бред?

— А, сейчас расскажу, — оживился Рональд. — У людей очень много глубинных заблуждений насчет физики элементарных частиц. Они многое видят, но не способны понять и десятой доли от этого, потому что ограничены собственным восприятием. То есть, грубо говоря, человек изучает свойства своего восприятия, а не свойства мира. Понимаешь, о чем я?

— Это антинаучно, — пожал плечами Вик. — Но продолжай.

— Ты можешь вообразить себе пространство, в котором есть неограниченный, постоянно пополняющийся объем энергии и материи?