Станислав Пекарский - Сердце друида [СИ]

— Постой, Гвихир, — ассасин плавно соскочил на землю.

— Что такое, убийца? Решил снизойти до нас, чтобы прикончить слизняка лично?

— Да.

— Милости прошу, — колдун толкнул друида к его ногам.

Хадвар завалился на грудь. Рухнул безвольной тряпичной грудой, прилипнув к сырой земле. Его опустошённый взгляд бессмысленно блуждал по спинам собирающихся в путь наёмников. Перед глазами показались подошвы заляпанных кровью сапог. Чья-то рука взяла его за подбородок и подняла голову. Он знал кто это. Или нет? На него смотрели холодные отрешённые глаза. Безразличные. Абсолютно незнакомые, на таком ненавистном знакомом лице…

— Она должна была жить…

— Ты связался не с теми людьми, Хадвар.

— Она должна была жить!

— Не в этом мире, — тихо сказал ассасин.

— Ты её предал, ты всех предал! — из глаз друида потекли слёзы.

— Из твоих уст слышать подобное довольно забавно, — усмехнулся убийца. — Не я ли был всего лишь пришлым чужаком, посаженным на иссуримскую цепь, м? А кем был ты? Любимый сын, признанный лидер, дорогой друг. Предают те, кого объединяют узы, Хадвар. А как ни крути, тебя с этой деревней связывало многое. И как же ты отблагодарил людей приютивших тебя? Выстроил стены. Питал свою ненависть. Ты понимаешь меня? Понимаешь, чьи действия привели к такому исходу? Это ты, Хадвар. Твоё предательство. Ты запустил это колесо. Ты вышел на Фалькату. Ты привел меня. Ты привел наёмников. Это ты сжёг обитель. Ты убил друидов. Ты убил Аду.

— Всё должно было быть не так…

— Конечно, всё всегда должно быть не так.

— Ты ведь тоже любил её, я видел… ты тоже…

— Ноэль — возможно. Я связан другими клятвами.

— ТОГДА ПЕРЕДАЙ ЕМУ ВЕСТОЧКУ, СУКА!!!! ЕГО РУКИ В КРОВИ!! ЕЁ КРОВИ!!!

Ассасин резко дернул друида на себя и, прижавшись к окровавленной щеке, яростно зашептал на ухо:

— Я подарил ей быструю смерть, щенок! Роскошь, которой удостаиваются единицы! Оглянись вокруг, что ты видишь?! А?! Ты едва вышел за ворота, а мир уже сожрал и выхаркал тебя обратно! Можешь подтереться своими мечтами! Ты бы не смог спасти её! Её ждали одни пытки, боль и страдания. Кучка отбросов, насиловала бы её живую, а не мертвую оболочку. Снова и снова. Не давая сдохнуть, потому что она полезна. Её бы сломали. Она молила бы о смерти, постепенно сходя с ума и загнивая заживо. Здесь живут по другим законам. Ты проиграл с самого начала. Единственное, что остаётся тебе на последок — слёзно благодарить меня за проявленное к ней милосердие!

— Хочешь, чтобы я сказал тебе спасибо? — прошептал Хадвар. Друида трясло. Его плечи содрогались в еле сдерживаемом истеричном хохоте. — Спасибо тебе?!

Ассасин встал. Из ножен выскользнул тонкий клинок.

— Да будьте вы прокляты алчные ублюдки! Циничные мрази! Думаете заграбастали себе Сердце и дело с концом?! Эта сила иного порядка! Она сотрёт вас в порошок! Вы все сдохните, суки! Все до единого!!

— Тише, Хадвар, — ассасин вскользь провел лезвием по ободранной щеке друида, — хочу, чтобы ты знал — я не держу на тебя зла за твои предательства. Все обиды в прошлом. Да и твои разборки с друидами, это только твои дела, меня не касающиеся. Но ты убил крысу Ноэля. Мою крысу… Славная была зверушка, знаешь ли. Умная. И я хочу, чтобы перед смертью ты знал — я забираю твою жизнь лишь только в счет её.

— Ты ответишь за свои грехи! — прохрипел друид.

— Все мы ответим, Хадвар, но ты сделаешь это немного раньше.

— Я убью тебя, гнида! Чего бы мне это не стоило! Из-под земли достану! Воскресну и сожру тебя заживо, я… ааакккгг…ххккк…

Клинок вошёл в мягкую шею. Ассасин отрешённо наблюдал за безумными глазами друида, из которых вместе с ритмичными толчками темной крови, стремительно вытекала жизнь. Это были некрасивые глаза. Наполненные ненавистью и страхом, серостью и бессилием. Он вспомнил её взгляд. Чистый свет. Ада… Захлёбывающийся в крови Хадвар судорожно схватил его за руку. Ассасин встряхнул головой, и светлый образ растворился, вновь уступая место реальности. Друид, тихо шипя, доживал свои последние секунды. Тело содрогнулось в предсмертной конвульсии. Хадвар затих.

— Как драматично! — присвистнул Слейн. — Обожаю душевные разборки!

Убийца вытер лезвие о рубаху друида и отбросил бездыханное тело. Перед ним возник всем своим видом выказывающий недовольство колдун:

— Теперь ты, ассасин! У меня к тебе пара вопросов…

— Меня не предупреждали, что в деревне есть ваш агент, — холодно перебил его убийца.

— Пф, тебе дали задание, которое нужно было в точности исполнить, несмотря ни на что. За это тебе и платят! А мальчишка всего лишь наивный дурак. Дал нам наводку и хотел, чтобы мы помогли ему снять «проклятье» с его подружки. Убожество…

— Ты закончил, Гвихир?

— Нет, не закончил, уродец! Ты убил моего Потрошителя!

— И завоевал доверие всей деревни. Скажем, я исполнял своё задание несмотря ни на что.

— Херово исполнял! Ты завалил Хранительницу. Хотя не мог не знать о её важности!

— О девушке речи не было, заказчик желал получить Сердце. Оно добыто.

— И теперь у нас есть сундук без ключа!

— Сундуки взламываются, а такой ключ доставил бы кучу проблем. Оставь я её в живых, наши собственные шансы на выживание могли резко сократиться, колдун.

— Кхм… думаю, тут ты немного лукавишь, приятель, — Слейн пристально разглядывал хладнокровное лицо ассасина. — Уж одну девчонку — магичку, даже с мощным артефактом, ты бы спеленал на раз-два. Скорее, тут дело в другом.

— И в чем же? — прошипел Гвихир.

— В его великодушии, конечно! — торжественно воскликнул колосс. — Та Хранительница, видать, была что надо. Наш безжалостный палач мог и привязаться к ней в роли Ноэля, а? Он ведь тоже не каменный! Вот и решил не мучить, малышку. Знаешь, Гвихир, мне действительно, немного неловко перед коллегой. — Слейн скорчил виноватую гримасу. — Мы порядком подзадержались, пока резали тот полк у Рейхевена. И этот бездарный план бедняги Хедви по устранению Старейшины… Ты пошёл ему на встречу, даже проявил инициативу и задействовал свою драгоценную зверушку — и всё псу под хвост!

— Если бы хоть один мотылек смог проникнуть сквозь барьер…

— Тогда бы наш лазутчик был бы предупрежден, да — да. Но этого не случилось. Зловоние твоего колдовства пришлось волшебному Сердечку не по вкусу, верно? Красавчик Ноэль так и остался действовать в неведении, сам по себе. Смекаешь? Всё эти три недели ассасин провел в шкуре своей субличности. Конечно, я не сильно разбираюсь в этом дерьме, но, по-моему, такие штуки изрядно дают по мозгам. Если бы Хадвиг не допер-таки выйти за пределы обители и отыскать твою волшебную бабочку, хер знает, как бы всё повернулось. Может, Ноэлю слишком нравилось быть Ноэлем, хм? Хоть он и молчит об этом, как истинный мужик, вероятно, кабы твоя последняя частица магии, так удачно пронесённая друидом в обитель, не привела убийцу в сознание — Ноэль, вполне возможно, показал бы нам свои зубки.