Алексей Агеев - Бастард императора

– А в чем дело? – посерьезнел пиарщик.

– Открой на тридцатой странице. Внимательно прочитай и расскажи мне свое мнение, может, какие дельные мысли появятся.

Коловатых послушно открыл глянцевый журнал и начал читать, разумеется, по диагонали, пытаясь уловить суть статьи, броско озаглавленной «Бастард императора»:

«Стать наследным принцем Империи достаточно просто – нужно лишь получить одобрение Коронного совета династии (в котором, кстати, мнение действующего монарха хоть и учитывается, но не является решающим), благословение религиозных кругов и согласие Сената. И мы задаемся вопросом, что общего между этой процедурой и настоящим героем империи Саломатиным? Возможно, скоро он сможет заручиться поддержкой всех этих трех заинтересованных сторон, и тогда в Империи появится новый кронпринц, сын нынешнего императора и его неизвестной фаворитки.

Вы скажете, это все слова? Тогда вот вам свежие и жареные факты. Бывший престолонаследник третьей очереди, племянник императора князь Максим, одновременно занимавший пост министра внутренних дел, лишен титула и снят с министерской должности, в одночасье оказавшись в неопределенном статусе «родственника».

В изданном по этому случаю королевском декрете причиной ошеломляющей перестановки, которую многие наблюдатели уже именует «бархатным переворотом», названы «особые обстоятельства». Суть их публично не названа, но, судя по всему, они оказались убедительными для 31 из 34 членов Коронного совета и теперь начнется томительное ожидание, кому они отдадут свои голоса. Кто станет третьим в самом известном списке Империи».

– Меня после этого не утилизируют? – Коловатых знал любовь императора к немного грубоватому юмору и понял, что попал с шуткой, выгадав себе на размышления еще немного времени.

– Нет, но факт чтения запрещенной литературы будет учтен при вынесении приговора. Рассказывай, какие мысли?

– Писал профессионал. Это заказная статья. Точнее, одна из заказных. Уверен, что были или будут еще подобные материалы. В рамках статьи видно, что это пробный шар, вброс информации. Готовится почва под конкретное событие.

– Вы уверены? – Император не нервничал, но чувствовалось, что он был чуток на взводе.

– Опыт, мой император, и интуиция говорят мне об этом. Но для точности анализа нужно больше фактов.

– Значит, грядет некое событие, которое, возможно, заставит меня всерьез рассмотреть вопрос.

– Я этого не утверждаю. Однако, если мне будут предоставлены материалы и помощники, то можно попробовать поискать внятные следы заказчика и задачи такой дезинформации.

– Спасибо, Юрий Семенович. Думаю, мы с вами еще встретимся. Вам однозначно пора расти и сменить место работы. Не удивляйтесь завтра вашему увольнению. Специалисты по безопасности посчитали, что так, возможно, вам будет легче работать.

– Я готов, ваше императорское величество, подчиниться любому вашему решению…

– Ну и отлично. Всего доброго.

Едва пиарщик ушел, император убрал журнал в свой сейф и, поудобней усаживаясь в кресло, распорядился:

– Давайте сюда этого шута горохового, министра экономического развития, суку такую.

– А конференция? – спросил дежурный адъютант, делая пометки в свой рабочий комуникатор.

– Изображение и звук, – приказал император. Тут же вспыхнул виртуальный экран головизора и показал зал, продолжающий внимать первому докладчику конференции: «Для примера – рядовой гвардии Иван Травкин решил лично зачистить одноэтажный дом. Выбив дверь, он увидел большую прихожую, где за завалами мебели прятался, как показал сканер, один местный ополченец. Рядовой стал поливать помещение очередями из своего автомата. Он выпустил около 500 зарядов, но так и не смог попасть в противника! Тогда он приказал дрону поддержки атаковать мятежников. Дрон влетел в замкнутое пространство и был подорван целенаправленным выстрелом примитивного гранатомета, комбинированным ударом стальными шариками и импульсным зарядом.

Выводы: такая тактика выявила неэффективность неприцельного, рассеянного огня, дала большой процент случайных жертв и принесла нам факт существенных потерь дронов поддержки. Это заставило тяжелых пехотинцев и других военных пойти на поклон к полицейскому спецназу. Те, разумеется, имели тактические наработки боя в закрытых помещениях. Первым и самым главным тренеры спецназа выделели меткую стрельбу.

Позволю себе процитировать: «Главное – точность. Надо быть метким. Вас выкинут из подразделения, если вы дважды промахнетесь. В условиях низкой видимости еще можно это допустить, но вообще у вас нет права на ошибку».

Второе направление «тренировок», предложенное этими специалистами, – развитие пространственного воображения. Полицейские инструкторы без устали повторяют: самое главное в городском бою – углы и поле обзора. С тактической точки зрения любое здание состоит из множества углов. Успешные действия требуют максимального использования укрытий. Занимать позиции и оценивать поле обзора обучают на самом примитивном уровне, где сначала банально осваивают стандартный набор поз и навыков обращения с оружием.

К сожалению, одной индивидуализированной подготовкой не обойтись. Тактика боев в городе требует отработки слаженных коллективных действий, на уровне отделения (8–12 человек) и особенно звена (3–4 человека). Обычный бой осуществляется силами взвода: командир выделяет одно отделение на огневую поддержку, другое посылает в атаку (например, на вражеское укрепление), а третье держит в резерве. В городе же вместо привычной плоской местности приходится иметь дело с множеством горизонтальных, вертикальных, внешних, внутренних и подземных локаций.

Отсюда вытекают две проблемы. Во-первых, каждый дом и каждая лестница распыляют внимание и силы войск на отдельные звенья, что затрудняет тактические маневры и заставляет солдат действовать практически в одиночку. Одновременно в закрытых помещениях военные вынуждены находиться в опасной близости друг к другу, рискуя столкнуться и поранить напарников «дружественным огнем». Во-вторых, в городе солдат встречает непредсказуемое количество угроз. В многочисленных помещениях могут скрываться мины, враги или заложники; коридоры и лестницы ведут в новые «лабиринты»; подвалы, чердаки, переходы, даже шкафы скрывают опасности.

Входя в каждый дом и каждую комнату, штурмовая группа должна сразу оценить количество и качество угроз, разложить их по степени важности и распределить задачи между солдатами. Если члены группы не научатся понимать друг друга с полуслова, драгоценное время будет потеряно на разговоры и штурм здания рискует провалиться. И именно на обучение такого рода координации, своего рода «балету» (отработанной хореографии движений), нацелена групповая подготовка.