О'Санчес - Добудь восход на закате
- Название:Добудь восход на закате
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:«Ленинградское Издательство»
- Год:2008
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-9942-0152-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
О'Санчес - Добудь восход на закате краткое содержание
Бомж, бродяга, старик, находящийся на самом краю последнего мрака, вдруг находит в себе волю, силы и разум, чтобы изменить себя и окружающий мир. Деньги??? Будут деньги. Большие деньги!
Молодой человек, исполненный решимости, отваги и боевых умений, привыкший все вопросы решать силой ума и мускулов, вдруг находит в себе нечто, не умещающееся в многовековую мудрость: «Или всех грызи, или лежи в грязи». Окружающий мир меняет его и постепенно меняется сам. Стрелять — так стрелять! Искать — так искать!
Самиздат. Редакция от 17-02-2009.
Добудь восход на закате - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Нет, разжигать костерок никак нельзя. Сигорд однажды попробовал, чуть дом не спалил, а ведь был считай что трезвый. Во дворе тоже не разведешь, как раз лягавые повяжут, или какие-нибудь ханурики придерутся... Сигорд вспомнил вдруг, как давно он не ел горячего... Армию спасения и лягавку — не считать, они не считаются, потому что еда их на желчи настояна, а именно такого горячего, чтобы на воле и по собственной воле, по своему хотению и возможностям...
И сон в этот раз долго не шел к Сигорду, и Дом тоже маялся вместе с ним, все ждал, пока человечек в его утробе перестанет ходить туда-сюда, ворочаться, пить воду из кружки и опять ковылять к дырке-туалету...
С тех недавних пор, как Сигорд перестал пить и стал чаще есть, поменялась и атмосфера в доме: днем, на дневном тепле пованивало заметно. И Сигорд бесповоротно решил: все! Хоть горшок заводить, хоть на первый этаж ходить, но без этого сортира в ноздрях! И дабы не побеждало впредь ленивое искушение, он наглухо заделал, а вернее завалил дыру в полу, через которую так долго справлял естественные нужды на нижний этаж. Найденное новое решение оригинальностью не отличалось, однако Сигорда оно устроило вполне: лестничным пролетом ниже, он обнаружил похожую дыру, но уже соединяющую второй этаж с первым, самым нижним. И Сигорд справедливо рассудил, что через такие лабиринты дерьмотным запахам будет не пробиться в его спальню-резиденцию, а мухи все равно вездесущи и неистребимы в теплое время года.
Дни жизни его превратились в постоянное кружение по свалкам и помойкам, а место на чердаке, где он жил и спал, — в филиал такой свалки. Чего только не натаскал он к себе: абажуры, ведра, пластиковые бутыли, банки, тапки, примусы, стулья... Все должно было пригодиться ему в новой начатой жизни, да никак не пригождалось. Стулья мгновенно доламывались, на вешалки вешать было нечего, чистые тряпки и одежды никак не хотели находиться среди грязи и отбросов, кружка у него была, даже три кружки. И все три были нужны! Да, все три! Из одной, эмалированной, которую он первою нашел, Сигорд пил простую воду. Из другой алюминиевой, после всех найденной, он растворял в кипятке и пил бульонные кубики, а третья, с отбитой ручкой, фарфоровая, была торжественная, праздничная: под чай! Чай, конечно был неполноценный, из пакетиков, но все-таки — чай, со вкусом чайным и запахом. Оказалось, что на многие виды найденного мусора есть покупатели в лице старьевщиков и они платят за него деньги! Деньги-то грошовые, из иного прохожего можно больше выпросить, но эти — заработанные. Не то чтобы Сигорду важна была моральная сторона — честно там, не честно, выпрошено, заработано — но ему понравилось добывать, не уповая на милость и щедроты чужих людей! Сам — и никого не спросил!
Сигорд большую часть заработка тратил на бульонные кубики и чай, этим и питался; и настолько увлекся на первых порах в ущерб нормальной еде с калориями, что однажды грохнулся в голодный обморок и так и пролежал до утра. К счастью, обморок случился «дома», посреди чердака — Сигорд упал удачно, даже без ушибов и шишек обошлось... Вот и бросай после этого пить, как раз с голоду и помрешь! — Сигорд даже ухмыльнулся собственному юмору, но за бухлом не побежал, сглотнул только... И раз, и два, и три...
Весна тем временем развернулась в полную силу, все газоны были зелены и деревья вот-вот уже готовы были распуститься. Сигорд нашел декоративную бутылку фиолетового стекла, фигурную, с вензелем на боку, с горлышком-раструбом, тщательно вымыл ее, повернул трещиной к стене и воткнул веточку вербы — украсил чердак, а сделал он это исключительно для себя, для собственного удовольствия — гости к нему не захаживали...
Быть может, потому он так пристрастился к чаю да бульону, что возможность появилась — готовить, пусть и примитивно, — воду кипятить! Опытным путем обнаружил он, что есть в доме электричество: на втором этаже сохранилась в одном месте проводка и — чудо из чудес — электрики позабыли обесточить. Торчали в стороны два контакта — скукоженные в неправильные спирали проводочки, А Сигорд возьми да и схватись! Так и брякнулся со всего маху на тощую задницу, а в мозгах такое... такое... типа, мучительное просветление... от которого, впрочем, никакого толку — сверкнуло и забылось... К одному проводочку Сигорд приладил покрепче лезвие от безопасной бритвы, а другой, на конце крючком, свободен остался: только и делов — прижать поплотнее и в воду сунуть. И присматривать, чтобы все аккуратно было, рук и кружки чтобы не касалось. Единственное существенное неудобство: каждый раз, когда надобно вскипятить, приходилось спускаться этажом ниже, а потом подниматься с горячей кружкой наверх — суставы скрипят, рука дрожит... Но тут уж Сигорд поблажки себе не давал: кухня — это кухня, а гостиная — это гостиная. На самом же чердаке, как ни старался Сигорд, ничего, что напоминало бы электрический ток, найти не удалось.
Жизнь стала вдруг удивительно хороша: ни тебе трясотки утренней, ни спешки похмельной, память всегда на месте... Только вдруг тело стало чесаться — и на спине, и в паху, и под мышками. Грязь, наверное — ну а что еще? И аппетит — часу не пройдет с момента пробуждения, как уже хочется жрать. Желудок изнывает, просит горяченького, и пустым чаем его не задобришь теперь: давай бульон, да покрепче! В первые дни обретения электричества Сигорду хватало одного кубика на четыре, а то и на пять порций; недели не прошло, как определилась другая, четкая норма: один кубик на две кружки. А вечером уже и бульон не бульон, если его сухарями не заправить... А это деньги. Хотя, если сравнивать с прежним, то и не бОльшие, чем на халку уходили, нет не бОльшие. Питаться начал чаще — кожа стала жирнее, зачесалась. Ну, чесучка — это терпимо: пойти сдаться на пару-тройку суток этим сушеным курицам из Армии Спасения, те и вымоют, и постирают задаром, да еще душеспасительными беседами по самое доверху нагрузят... Ну их к черту! Сигорд решил, что и так помоется и постирает, в домашних условиях: таз у него найден, воды полно, небесной, чистенькой, — дожди давно уже промыли крышу от пыли, мути и мелкого сора, пей да умывайся сколько хочешь... Но все попытки сделать кипятильник помощнее безопасной бритвы приводили только к неприятностям: то провод оплавится, то в мозг через все тело долбанет — с этого и окочуриться недолго. Сигорд решился вымыть тело в холодной воде и осип на три дня, грудным кашлем замучился. Тот, было, поутих на весеннем солнышке, а холодная вода его пробудила, да еще как пробудила: с понедельника по среду Сигорд спать не мог, грудь наизнанку выворачивало, желчью плевал...
Упрямства Сигорду и в нормальной прежней жизни было не занимать: накопил он денег на помывку в общественной бане, да возле самого входа развернул лыжи в обратную сторону, увидев свое отражение в уличной витрине. Ну куда в таких отрепьях: выпроводят пинками и деньги отнимут. Как он вшей миновал при своем образе жизни — Сигорд и сам удивлялся... Но блохи, конечно же, доставали по ночам, покусывали... И от них, кстати, тоже чесучка по телу, не только от грязи...
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: