О'Санчес - Добудь восход на закате
- Название:Добудь восход на закате
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:«Ленинградское Издательство»
- Год:2008
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-9942-0152-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
О'Санчес - Добудь восход на закате краткое содержание
Бомж, бродяга, старик, находящийся на самом краю последнего мрака, вдруг находит в себе волю, силы и разум, чтобы изменить себя и окружающий мир. Деньги??? Будут деньги. Большие деньги!
Молодой человек, исполненный решимости, отваги и боевых умений, привыкший все вопросы решать силой ума и мускулов, вдруг находит в себе нечто, не умещающееся в многовековую мудрость: «Или всех грызи, или лежи в грязи». Окружающий мир меняет его и постепенно меняется сам. Стрелять — так стрелять! Искать — так искать!
Самиздат. Редакция от 17-02-2009.
Добудь восход на закате - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Что это? Что такое?.. Это зубы лязгают, — догадался человек, — это предсмертный ужас. Или похмелье, абстинентный синдром? Нет, солнышку тут не управиться, не согреть напоследок, надо идти, пока поджилки позволяют, больше ждать нечего. Человек разинул дрожащий рот и в голос заплакал, и побрел к воде... И замер.
Парус. Белый парус привлек внимание человека в тот миг, когда уже ничто, казалось бы, не имело значения в этом никчемном, добровольно оставляемом мире. Человек пошире распахнул прижмуренные было глаза, неловко отер слезы с глаз: какой-то странный парус, он прямо к берегу мчится и быстрый, невероятно быстрый, и... Это вовсе не парус! Это женщина! Женщина, в длинном светлом платье бежит по океанским водам, от океанского горизонта в сторону земли берег, в его сторону.
Такого не может быть! Человек потянулся было ущипнуть себя непослушной рукой, но пальцы задубели и он укусил себя за губу. И губа не почувствовала боли, а только язык впитал соленые слезы, совершенно реальные, настоящие, скорее всего даже грязные... Нет, она на самом деле бежит по воде, а платье у нее переливается и трепещет — не поймешь: то ли розоватого, то ли зеленоватого оттенка, то ли голубое. А сначала показалось, что белое...
Одна рука и и вслед за нею другая — сами опустились вдоль туловища, но человек устоял на дрогнувших ногах — любопытство победило обморок.
Человек понял про себя, что сейчас женщина подбежит поближе и растает в зыбкой субстанции прибоя, просто рассыплется на пену, брызги, блестки... Но женщина стремительно, едва не за секунды, пробежав чуть ли ни половину залива, запросто, словно с кочки, спрыгнула с гребня большущей волны и очутилась на песчаном берегу, среди пловучего сора и шипящих лоскутков прибоя. Она остановилась метрах в полутора от человека и ноги его сами подломились — чтобы ему кланяться полегче было, или от разрыва сердца умирать на ее глазах. Росту в ней казалось не менее двух метров, а в остальном — юная, стройная красавица, светлые волосы по пояс, платье выткано неведомыми цветами, глазищи изумрудные... Босиком.
Весна.
— Верно увидел, я Весна, кто же еще?. А я тебя тоже знаю! Я знаю как тебя зовут. — Женщина... нет, совсем еще девушка, девчонка, высоко и звонко рассмеялась. — Как ни встречу, ты все такой же чумазей! Чумазей, чумазей!.. А почему ты плачешь, мой славный? Тебе плохо?
— Да! — захотелось крикнуть человеку, — мне очень плохо! Я умираю. Но...но... но... мне... мне... я счастлив Тебя увидеть, Весна. Я счастлив, что в последний мой миг сознание изменило мне и подарило такое чудо. Мне... — Человек открыл рот, но ничего не сказал и разрыдался.
— Ты плохо одет и состарился. Ты плачешь, в то время как я пришла дарить радость миру. Ты часть этого прекрасного мира и также дорог для меня. Важен, дорог, любим. Не плачь же, я прошу тебя об этом. Я прошу!
— Да.
— Ты готов улыбаться и радоваться мне?
— Да.
— И никаких отныне мыслей о смерти?
— Нет.
— Ты сам это говоришь, своею волей?
— Да! Сам.
Девушка рассмеялась и захлопала в ладоши.
— Вот видишь, какой молодец! Мне надо бежать, Матушка торопит, а это — для тебя!
Человек робко поднял глаза: красавица Весна и не думала таять в воздухе и в сознании, в ее изящных пальчиках переливался цветок не цветок — кусочек радуги.
— Возьми же, мне пора. — С этими словами Весна наклонилась к человеку, вложила ему в пальцы трепещущий свет, наклонилась еще, приблизила свое прекрасное лицо к его лицу, мятому и грязному и... Какой волшебный аромат... Человек потом вспоминал и не мог вспомнить — был поцелуй или не был? Или был?.. Никак не вспомнить. Он тоже хотел поцеловать ей руку, но не успел набраться храбрости — она выпрямилась и побежала дальше, легко перепрыгивая препятствия в виде кустов, мусорных куч, обломков строительных конструкций и прочего околочеловеческого ландшафта. Вдруг остановилась, обернулась и помахала ему рукой издалека... И нет ее...
Человек опустил взгляд — рука пуста, только пальцы в щепоти покалывает... Нет, не больно, а напротив, приятно как-то, словно... Человек напрягся умом, чтобы подобрать слова, описывающие радость в пальцах, принявших подарок от самой Весны... Но мысль его вдруг свернула на прежний путь... И споткнулась. Нет! О, нет! Нет, не будет никакого самопогубления! Я жив, я Весну видел, я говорил с ней, ее подарок со мною, и... я тоже вспомнил свое... Я никогда его не забывал.
Меня Сигорд зовут.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Целый день до вечера Сигорд не пил и не ел и только к вечеру почувствовал жажду. От залива он без остановки бежал, спотыкаясь, к себе домой, чтобы огородиться от внешнего мира, чтобы никто не помешал ему вновь и вновь вспоминать дивную встречу, мгновение за мгновением переживать его и плакать теперь уже счастливыми слезами...
Бежал... Это так думалось, что бежал, а на деле — неуклюжая трусца, вот и все, на что он был способен. В легких пожар, почки ноют и колени разболелись... Но это все ерунда, абсолютная ерунда! Сигорд, человек обретший имя, брезгливо поворочал матрас, накидал сверху тряпки, которые он использовал ночами вместо одеяла, осторожно завалился на лежанку и принялся мечтать, вспоминать... Раз за разом, словно понравившуюся пластинку, десять раз, двадцать, тридцать — и все мало... Слезы ручьем — специальную тряпку для них, которая почище... И головная боль куда-то подевалась. Весенние сумерки мягко упали на город, Сигорд очнулся и попытался кашлянуть пересохшим горлом. Надо же, даже попить из корытца забыл! Сигорд утолил жажду привычно, из ручного ковшика и подумал вдруг, что пить можно и из стакана, либо из кружки. Даже нужно, и отныне, с завтрашнего дня он так и сделает: только из посуды. Жаль что лягавый погубил его «телескопчик», но и бог с ним, со стаканчиком, от соблазна-то и подальше. Он на свалке видел кружки, эмалированные, алюминивые, — взять, очистить и все.
Глина плохо счищается, да еще холодную водою... И зачем?
Да хоть цемент, черт побери! Хоть цемент — времени у него много, отскоблит! Затем, что не скотина!
Вода была холодна, и человек опять надолго закашлялся, а когда приступ боли в груди прошел, он уже спал, и Дому померещилось, что в эту ночь неподвижный скрюченный человечек... — как его там — Сигорд?.. — спал без кошмаров и с улыбкой.
И пришел новый день, и почти половину его Сигорд потратил на поиски эмалированной кружки. Будто назло, свалка предлагала вещи несвоевременные, но любопытные, даже полезные, как то: открывашка для бутылочного пива (берем, консервы вскрывать, не пиво), пластмассовая шкатулочка под визитки (нет, это потом, когда конкретно понадобится — придет сюда и опять найдет), пустая целая бутылка, и еще одна... Надо брать! И Сигорд взял, конечно, и бутылки, и открывашку, и даже вернулся за визитницей... Но потом опять ее выбросил — никчемушный хлам... Не успел оглянуться Сигорд, а руки, карманы и полиэтиленовый пакет забит всяким дерьмом — «на пригодится»! И действительно, все это может пригодиться, включая галоши и проволочную вешалку для одежды, а кружки как назло — нигде и никакой! Нет, он ее найдет!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: