Федор Березин - Огромный черный корабль

Полицейский геликоптер все еще висел на одном месте, когда экипированный и вооруженный Лумис осторожно выглянул из подземного гаража. Он очень быстро проанализировал обстановку и пути своего отхода после исполнения задуманного. «Белых касок» стало больше, высыпав из крупного резино-гусеничного транспортера они по спущенной лестнице поднимались вверх в летающую машину. Лумис чуть подождал, пока их поднялось достаточно много, затем снял предохранители и включил батарею питания электрического прицела. Он несколько переместился: пусковой трубе реактивного гранатомета нужно было открытое пространство.

Опустив защитные очки, он дважды выстелил, наводясь в верхнюю часть летающего механизма, а затем, не целясь, в стоянку автомашин – шесть оставшихся зарядов. Там сразу стало очень шумно и светло, но Лумису некогда было любоваться яркими красками. Подобно привидению, он бесшумно отступил, задвинул засов ворот подземного гаража изнутри, разбил прикладом пульт открывания двери, аккуратно, сказывалась привычка, положил на пол ненужный теперь гранатомет и, метнув взгляд на связанного охранника, бросился вверх по лестнице к приготовленному, с другой стороны здания, электромобилю: нужно было уносить ноги.

Он стрелой пронзил несколько кварталов, когда впереди возникло первое препятствие. Две угловатые фигуры вынырнули из-за угла более чем неожиданно, но их тяжелые десятиствольные иглометы говорили сами за себя. Можно было бы проскочить, но не для этого его подняли в такую рань, и не для того готовили половину цикла кряду. Лумис надавил кнопку тормоза и стал ждать когда подойдут «стражи безопасности». Они приближались не торопясь, с сознанием своего превосходства, а он обдумывал свои дальнейшие действия. Даже не обдумывал, а так, перебирал отработанные до автоматизма вариации. Он не успел перебрать все доступные – требовалось услужливо откинуть дверцу. Игломет лежал в ладони очень удобно, а предохранитель он не уважал вообще, но полицейский не знал об этой антипатии и доверительно наклонился к мобилю. Пожалеть об этом он уже не успел... Три серебристых иглы вошли в кожу кучно, чуть выше переносицы – ничего другого не оставалось: охранники закона любили носить нижнее белье из титановых сплавов. Дверца закрылась, бесшумно щелкнув в пазах и сразу в окно забарабанил град тугоплавких игл. Ели бы это было простое стекло – все бы уже кончилось, однако это был стеликет, он выдержал. Но долго так продолжаться не могло: четыре электродвигателя взвыли, проворачивая колеса и машина сорвалась с места, прорезиненные шасси вывернули влево, человек отлетел в сторону, но он был еще жив и не исключалось, что на его ремне висели кумулятивные гранаты. Лумис видел только зеркало заднего вида: вот отражение человека встало на четвереньки, но электромобиль уже рванул задним ходом. Выставленная вперед рука... Что-то зашуршало под колесами.

Лумис вырулил к первому убитому. Было неприятно и задержка могла стоить дорого, но слишком ценными вещицами стали в такую ночь десятиствольный игломет и гранаты. Второй заслон его не ждал, похоже они контролировали новую границу – именно здесь пролегла разделительная полоса между имперскими силами и Объединенными революционными армиями. Так что тутошних «стражей безопасности» волновали пришельцы с той, а не с этой стороны. Но пытаться пройти здесь или напасть на них было бы самоубийством. И на этом посту его тоже приняли за «заблудшую овечку»: индивидуальный транспорт имели только сливки общества, а потому он сумел спокойно развернуться перед восьмиосной бронированной крепостью, испещренной булавочными ушками стрелковых ячеек. Счастье, что мобиль был выкрашен с малиновым отливом и свежая кровь на буфере не бросалась в глаза.

Позже, заметая след, Лумис бросил электромобиль. Теперь он передвигался пешком, но это не делало его менее опасным для полицейских. Очень скоро он нос к носу столкнулся сразу с пятью представителями обанкротившейся власти, но в отличие от них, он уже в течение двух часов функционировал по нормам военного времени, и на вражеской территории, а они, все еще, считали окружающее пространство своим. Он перемолол их подобно мясорубке, почти не применяя оружие.

Подобным образом: нападая из-за угла, обстреливая и растворяясь в ночи, то и дело пополняя боезапас за счет трофеев, он действовал еще много времени, пока сумерки не перешли в окрашенный солнцами день. Могло показаться, что он орудует хаотично и как боги на душу положат, но это было не так. Не смотря на то, что он не вел ни каких записей, он подробнейшим образом запоминал часы, минуты и место каждой отдельной стычки. Сбивающая с толку, впечатляющая бессистемность, не являлась таковой, он осуществлял операции в пределах одного отмеченного в мозгу района. Конечно, каждое нападение происходило в его собственной интерпретации, но общая схема деяний была давно разработана тайной организацией в которой он значился последние пол цикла. Суть состояла в том, что таких как Лумис террористов-одиночек, а также небольших отрядов, имелось множество, и сегодня, по единому приказу, они начали «работать». Чтобы не произошло накладок и помех со стороны друг друга, им разграничили зоны действий, а некоторые соединения имели отдельные задания по налету на конкретные объекты. Целью этой активности подразумевалась общая дестабилизация обстановки, она вынуждала органы правопорядка распылять силы и постоянно находиться в напряжении, принимать торопливые непродуманные решения, усиливать жесткость по отношению ко всем окружающим, что в свою очередь вело к общественному недовольству силами безопасности, а следовательно, увеличению потенциальных сторонников переворота. Вместо запланированных акций в отношении главных очагов противоправительственных сил, полиция прочесывала кварталы в поисках таинственных убийц подобных Лумису.

С помощью переносной рации и из кристаллофона-автомата Лумис, в очередной раз, попытался дозвониться до «корректировщика» Кострада, и вновь потерпел фиаско. Он мог и дальше, пока сопутствовала удача, истреблять «патриотическую» и прочую полицию, но ему были необходимы данные по поводу того, как обстояли дела в других местах. Неминуемо вставала проблема проникновения на территорию контролируемую антиправительственными силами. Он уже несколько устал и прикинул, что если делать это, то делать сейчас.

Но не так-то все было просто в городе, где он являлся и хищником и дичью одновременно. Вначале он выбрался из «своего» района. Вблизи площади Семнадцати Героев он снова оседлал брошенный кем-то мобиль. В течение некоторого времени он безуспешно пытался найти брешь в контрольной полосе, беспорядочно нанизавшей на себя кварталы и площади, пока не притормозил рядом со станцией «пневмо». Именно здесь можно было попробовать преодолеть нейтральную зону между антагонистическими группировками, если конечно «стражи безопасности» не перекрыли пустующие подземные туннели.