Георгий Булавин - Новатерра

Но париться им не пришлось. Вначале позвонил Анахорет, мол, дескать, выехал, встречайте. Для встречи гетман отрядил Серёгу. А через несѓколько минут на него вышел Никоненко: ангары вскрыли. А там..! Ой, блин! Короче, даже то, о чём и не мечтали... Пакет, добавил лётчик, сдан монастырскому дежурному - с началом милитаризации Свидетели сподобились и на такого. Костик бросился снаряжать грузчиков и караул.

- Евгений, батюшка к нам в гости едет. Подойдёте с Натальей? - зараѓнее уверенный в ответе, всё же поинтересовался гетман у Хуторского.

Несколько лет назад поддатый Макс, приняв его за посетителя, пустился в откровенный 'съём' урядного секретаря, и задержись гетман-правитель на сеѓкунду в кабинете, архимандрит явился бы пред светлый лик Господень много ранее отмеренного срока...

- Не, Саня, не могу, моя, типа, задач по хате нарезала.

- Ну, гляди, как знаешь...

Сам гетман точно знал, куда ему глядеть. На талии любимых женщин. И пониже... И догляделся до того, что, как бы помогая, уронил на пол куриное яйцо. Потом стащил для пса сырой ростбиф, попутно вымазав Алёнке фартук. И наступил метнувшемуся к мясу Дэну на 'любимую мозоль'. А тот в поѓрыве возмущения едва не сбил Алину с ног. За что вся мужская составляющая - полтора члена гетманской семьи - была удалена из кухни. В одно пикантное место...

Гетман пошёл. Немного побродил по комнатам, поглаживая пса. Скормил ему пару кусочков ветчины. Выпил рюмку водки. Отломил корочку хлеба. Запустил пальцы в какой-то невиданный салат. Остервенело выплюнул за окно ломтик мирабели - терпеть не мог, когда Алина экспериментировала с закусками. Наполнил рюмку вновь... И обнаружил в кресле маленького зайчика. Старого. Плюѓшевого. Вытертого. Дряхлого. Единственное, что осталось Альке в паѓмять об умершем сыне... Что удивительно, он месяцами мог не замечать игрушку, однако в переломные моменты жизни она всегда мозолила глаза.

Что-то грядёт!

Что-то немилосердно надвигается.

Что-то готово растворить входную дверь...

Так и случилось. В комнату вошла Алёнка. Уже не девушкой и не девчонкой. Леди! Величественной женщиной невероятной грации и беспоѓдобной красоты. Казалось, стоит чуть прибавить выражению лица холодѓной снисходительности, парламент Великобритании упал бы на свои чопорные ж... хм, кресла - в каком провинциальном замке укрывался до поры ярчайший бриллиант короны?!

По счастью, васильковые глаза светиѓлись нежностью, заботой и любовью. На волнах складок низа платья юная принцесса медленно приблизилась и вдруг, поднявшись на носочках, повела плечами - как я тебе?! Боже, кто научил дикарку милому кокетству?!..

Гетман не выдержал и, подхватив девчонку на руки, покрыл лицо её тысячью поцелуев.

- Ты моя сладкая! - только и смог прошептать он, мечтая о побеге через море ковылей.

И вмиг оторопел, услыхав девичий ответ:

- А ты, па, горький!

- Водкой пахну?

- Нет. Просто ты не бережёшь себя! Знаешь, как я испугалась?! Не делай так больше, ладно?

- Не буду, малыш. Обещаю тебе.

- Смотри, я запомню, - лукаво взглянув на Александра, девушка чмокнула его в губы и бросилась к двери, но перед выходом остановилась. - Если обманешь, не буду тебя любить! - и удалилась столь же величаво, как вошла.

А гетман, млея, думал, что начинает понимать, из-за кого миллиардеры пускают по ветру немыслимые состояния, шейхи Саудовской Аравии возводят сторожевые башни у себя в гаремах, а принцы крови забывают про престолы...

Мечтательно уставившись в Ничто, он снова зачерпнул пригоршню салата и, для порядку пнув ньюфаундленда, медленно прошёл в свой кабинет - холодный, мрачный, чопорный, как первый лорд адмиралтейства Великобритании.

Гетман сам обставил его много лет назад - готовил себе место отдыѓха и размышлений. Но чем более кабинет с годами приближался к идеаѓлу, тем реже заходил сюда. И точно знал, почему так случилось. Все остальные комнаты просторного жилища принадлежали им с Алиной, были согреты толикой её тепла. А эти стены навевали одиночество. Давили одиночеством. Крушили, убивали одиночеством. Они с Алиной изначально стали цельным существом, не представляли себе жизни друг без друга, формировали, делали, лепили вновь самих себя и ближнего, но не жестокой волей, а любовью, лаской и заботой.

Странное всё-таки создание Человек, Homo Sapiens, великий и раѓзумный. Будучи наделён собственным колоссальным Я, он должен, судя по всему, уйти в себя, замкнуться, раствориться в макрокосме внутѓреннего Эго. Однако ничего подобного не происходит. Он лишь тогда способен стать и оставаться Человеком, когда с младенчества бывает окружён другими Я. А в зрелом возрасте - тем паче... Кем стал бы Алекѓсандр Твердохлеб на пепелище Новатерры, не окажись с ним рядом верная, заботливая, любящая Алька? Без сильного, честного, бесшабашного моралиста Серёги? Без романтичного и добродушного громилы Костика? Без Дока, чья широкая душа, авантюризм и разведённый медицинский спирт тысячи раз спаѓсали в самых жёстких ситуациях? Без Нинки? Без Витька? Без дяди Ваѓни? Карапета? Гаянэ? Натальи? Женьки? Без Алёнки, наконец?!.. Кем стал бы он, сегодняшний полковник, гетман, вождь, правитель? Сановным негодяем Перетятькиным? Наёмником-бродягой Трошиным? Слепым адептом, как Маловскис? Равнодушным мерзавцем Самохваловым? Таинственным и страшным Командором? Орѓдена Подвязки-на-Кальсонах... Кому то ведомо? Вторая жизнь сложилась только так и не иначе. И нравилась она гетману, положа руку на сердце, гораздо более, чем первая, давно забытая, бесцельная и суетѓная. А Госпожа Удача, как ему казалось, это чувствует. И помогает. Да только вот надолго ли, дружище Аль?!..

- ...Аль! Аль!!! Что с тобой?!

С невероятным усилием он распахнул веки и обнаружил прямо впеѓреди себя... не дверь, не стену. Потолок! И насмерть перепуганную супругу. И яркий свет, льющийся сквозь распахнутые створки кабинетного окна. И ароѓмат лугов. И трещинку на потолке, у самой люстры. И подсохшую слезу.

- Аль, ты меня пугаешь!

- Что за жизнь?! - проворчал он, пристраивая голову на собственѓном предплечье. - Жену я пугаю, дочь грозится, что любить не будет...

- Остряк-самоучка, Петросян недобитый! Захожу, а он по полу, как плевок, растёкся.

- Давно?

- Минуты две тебя охаживаю по мордам, а сколько пролежал до этого, не знаю... Что, опять кольнуло? Болит?

- Веришь, Алька, вообще никаких ощущений?! Мне казалось, просто стою и разѓмышляю.

У него впрямь ничего не болело - организма будто не существоваѓло вовсе.

- Опять был Там? - Алина скосила глаза на потолок.

- Не знаю, Алька. Кажется, вообще нигде.

- Слушай, давай отменим посиделки! Максу я всё объясню.

- Брось, ещё чего!

- Герой! Рыцарь, едва ни лишённый наследства... - супруга ухватила из его кармаѓна телефон и потянулась к сенсорам. - Тебе в стационар нужно!