Джанет Эдвардс - Рубеж

— А как же мой муж и родители Уэсли? — Мама тревожно оглянулась на лифты.

— В отдел сообщат, когда они прибудут, — успокоила Николь. — Кто-нибудь встретит их у лифта и проводит к нам.

Эмили увела мою маму по коридору. Я дождалась, пока они исчезнут из виду, и повернулась к Лукасу.

— Мы должны сейчас же спуститься в камеры. Мне надо прочитать разум Уэсли, а при необходимости, и Грегаса.

— Меган и Базз пойдут с нами, — сказал Лукас.

— Мы все пойдем, — поддержал Адика.

— Мне не нужна толпа телохранителей, чтобы спуститься в отрядные камеры, — возразила я.

— Мы все пойдем, — твердо повторил Адика. — Вспомни, что в одной из камер Тобиас.

Я со вздохом согласилась. Мы вернулись в лифт, спустились на два уровня, а затем Меган двинулась по коридору.

— Мы посадили Грегаса и Уэсли раздельно. В настоящее время гипноз действует таким образом, что они слышат и реагируют только на определенные голоса, включая мой.

— Я планирую сперва прочитать разум Уэсли, — сказала я. — Надеюсь, он сообщит нам достаточно, и мне вовсе не придется проверять брата.

Меган кивнула, остановилась у двери и со значением посмотрела на Адику.

— Телохранители должны подождать снаружи.

Он нахмурился.

— Я знаю Уэсли годами, — успокоила я. — Он никогда не проявлял ни малейшей склонности к насилию, а учитывая еще и гипноз…

Адика недовольно фыркнул, но смирился.

Меган впустила Лукаса, Базз и меня в комнату с белыми стенами, где на кушетке лежал мальчик. Его глаза были закрыты, ко лбу прикреплены две металлические пластины, а рядом находилась стойка на колесиках с горящим техническим дисплеем.

В прошлый раз я видела Уэсли, по крайней мере, год назад, и теперь он выглядел немного старше и выше, чем мне помнилось. Но по-прежнему укладывал волосы с большим начесом.

— Уэсли, я хочу, чтобы ты подумал о том, что произошло, когда вы зашли в вентиляцию, — сказала Меган. — Не бойся. Ты в совершенно безопасном месте, со мной, и просто думаешь о прошлом.

Глаза Уэсли не открылись, но веки дрогнули, словно он увидел сон.

Я села в ближайшее кресло, закрыла глаза и потянулась телепатическим чутьем. Однако остановилась на границе разума Уэсли, заметив в нем нечто необычное. Как правило, разумы обладали четкими своеобразными чертами, но этот все время переходил от одной формы и текстуры к другой.

Я задержалась еще на мгновение, притворяясь, будто изучаю эти странности, но на самом деле, испытывая приступ страха. Если я не увижу достаточно в мыслях Уэсли или замечу слишком много проблем, то придется продолжить и прочитать еще и брата.

Затягивание лишь добавляло мне нервозности. Я резко нырнула в разум, поразивший меня яркими образами. Героический молодой человек, чью симпатичную внешность портили лишь уложенные в стиле Уэсли волосы, отдавал приказы двум юнцам:

— Итак, мы снимем крышку люка, залезем внутрь и пройдем по вентиляционной системе до главных технических туннелей.

Юнцы отсалютовали и хором прокричали:

— Да, полковник Уэсли. Блестящий план, полковник Уэсли. Мы получим достаточно баллов для повышения!

Несмотря на нервы, я не могла удержаться от смеха.

— Уэсли или видит сон, или фантазирует. Он представляет себя гораздо старше, в звании полковника и во главе обожающей его игровой группы. Ему предстоит провести двух мальчиков через вентиляционную систему до главных технических туннелей, и они получат достаточно баллов для повышения.

— Звучит, как фантазия на основе реальных событий, — сказал Лукас. — Уэсли сделал себя лидером группы. Должно быть, повысил и ранг лидера. Не могу представить полковника, обременяющего себя двумя начинающими игроками. Что происходит сейчас?

— Все втроем проникли в вентиляционный люк, — доложила я. — Там есть автоматическое освещение, и они пробираются мимо боковых поворотов и лестниц. Все образы невероятно живые. Уэсли слышит топот от продвижения группы, чувствует, как рядом с вентилятором ветер раздувает волосы, а сетка безопасности холодит ладони и колени.

Я помолчала.

— Обычно фантазии, даже основанные на реальности, гораздо более размыты. Я бы решила, что все произошло в действительности, если бы не нелепые комплименты и полковничий чин Уэсли.

— Возможно, в будущем Уэсли станет сочинителем книгарен, — сказал Лукас.

— Если так, ему придется быть последовательнее, — ответила я. — Уэсли называют храбрым первопроходцем, но решетку снял один из младших ребят, и именно он сейчас ведет группу. Уэсли позади.

— Это остатки воспоминаний о настоящих событиях, — объяснил Лукас. — В воображаемой версии он полковник, возглавляющий группу, и все же идет вторым, поскольку так было на самом деле.

— Что-то меняется, — тревожно сказала я. — Двое других мальчиков перестали нахваливать Уэсли. И эмоциональный фон фантазии тоже сдвигается. Над происходящим стоял сияющий дух приключения, а сейчас все стало зловещим. О, впереди в лазе кто-то есть. Должно быть, это дикая пчела!

— Если просмотр становится слишком тяжелым для тебя, Эмбер, ты должна немедленно покинуть разум Уэсли, — велела Базз. — Всегда можно прерваться и попытаться еще раз позже.

— Я не вижу деталей дикой пчелы, — ответила я. — Младший мальчик стоит перед Уэсли и закрывает тому обзор. Поэтому я лишь мельком увидела отдаленную темную фигуру в свете автоматических ламп. Вероятно, дикая пчела заметила игровую группу, потому что Уэсли слышит чужой мужской голос. Не могу понять, что он говорит, слишком сильное искажающее эхо.

Я в шоке вскрикнула.

— Фантазийный эффект полностью исчез. Младший мальчик впереди сменился гораздо более старшим человеком, возможно, шестнадцатилетним. Уэсли обрел свой обычный вид четырнадцатилетки.

— Теперь ты видишь настоящую цепь памяти, — сказал Лукас. — Есть ли какие-то свидетельства личности лидера группы?.

— Нет. Уэсли называет его просто капитаном.

— Насколько это сложно для тебя, Эмбер? — спросила Базз.

— Уэсли чувствует волны страха от воспоминаний, — сказал я. — Но их сбивает странный успокивающий туман.

— Это гипнотическая защита от страха, — проговорил Лукас.

Я не собиралась признаваться, что успокаивающий туман, помогающий Уэсли, не защищает меня. Узнай остальные, что я испытываю и страх, по-настоящему пережитый мальчиком во время этих событий, и собственный страх обнаружить, что случилось с моим братом, то мне не дали бы продолжать.

— Дикая пчела идет к ним. И что-то несет. Это похоже на молоток. Лидер группы выкрикивает какие-то приказы и начинает взбираться по лестнице. Сейчас Уэсли поднимается за ним. Он слышит стук ног о лестницу и задыхается, преодолевая следующую ступеньку и подтягиваясь. Он уже достиг горизонтального вентиляционного хода.