Барбара Морриган - Enjoy the silence
- Название:Enjoy the silence
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2019
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Барбара Морриган - Enjoy the silence краткое содержание
Что же произошло год назад? Что такое важное потерял Кевин, после чего он уже не может быть собой? Сможет ли он вспомнить это, выживая на грязных и опасных улицах враждебного города?
Enjoy the silence - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
От закусочной Сэмми до салона, в котором работала Фэйт было не больше десяти минут пешком. Хотел бы я красочно описывать, как шёл по живым и мерцающим вечерним улицам, но, к сожалению, в Вудлоуне с описаниями особо не разгуляешься: полуразрушенные кирпичные дома, обоссаные дворы и ни души вокруг. А даже если и встретишь кого-то, то крупно пожалеешь об этом. Салон, где Фэйт работала вместе с Майком, также располагался в старом здании, но они здорово постарались, чтобы он выглядел как минимум прилично. Вдоль лестницы, ведущей ко входной двери, стояли маленькие горшочки с растениями, которые, ко всеобщему удивлению, ещё никто не спёр, а изнутри посетителей заманивала неоновая розовая вывеска со словами: «Пока не сдох». Меня всегда веселило это название, потому что люди так сильно озабочены своей жизнью, своим телом, да чёрт возьми — даже чужим телом! Когда дело доходит до татуировок, начинается нескончаемый поток мракобесного говна со всех сторон:
«А это навсегда?»
«А как это будет выглядеть в старости?»
«А что ты скажешь своим детям?»
«Наебашь себе что-нибудь действительно крутое, пока не сдох!» — вот, что обычно отвечает на это Фэйт, после чего из другого конца комнаты раздаётся громогласный хохот. Майк её просто обожает, в особенности за то, что её внешний вид совсем не соответствует поведению. Огромные оленьи глаза, трогательная каштановая чёлка, вечно пушащаяся сильнее положенного, и «рукава», полностью забитые какими-то хитровыебанными растениями — это очаровательная чувственная Фэйт, которая ненароком уводит клиентов у Майка, подкупая своими нежными руками и пухлыми губками, щедро намазанными чёрной помадой. И та же самая Фэйт пьёт палёный вискарь прямо из горла и с криком: «Завали ебало, пидор!» разламывает бейсбольную биту о дорожный знак просто потому, что может. Ну а ещё потому, что у Грубого действительно убийственное дерьмо, как я уже говорил. По уровню ебанутости она могла сравниться только с Руфью, но та, слава богу, свалила из нашей жизни ко всем чертям.
Ещё с противоположной стороны улицы я вижу настежь распахнутую дверь салона. Это немного странно — на улице двадцать шесть по Фаренгейту, и промозглый ветер противно щиплет лицо и руки. Я прохожу через маленький холл и захожу внутрь.
— Дорогая, я дома! — с тупой ухмылкой скандирую я, потрясая пакетом с жареными крылышками, уже насквозь пропитавшими его вонючим жиром. На первый взгляд всё как обычно — на стенах висят эскизы татуировок с грудастыми девчонками и сатанинскими названиями малоизвестных рок-групп, розоватый тусклый свет падает на пустое кожаное кресло… И вдруг я замечаю Фэйт. Она не стерилизует инструменты, не складывает эскизы в папку и не подметает плитку на полу однажды разломанной пополам и перемотанной изолентой метлой. Нечто, в котором мне совершенно не хочется признавать Фэйт, лежит на полу в углу комнаты, тяжело и хрипяще дыша. Чёрные узкие джинсы спущены до лодыжек, а нижняя часть лица измазана кровью, вытекающей из разбитой губы.
— Твою мать… — только и могу пробормотать я, бросаясь к ней. Я помогаю ей подняться и, в панике ища что-то, чем можно остановить кровь, подношу к её лицу бумажные полотенца со стола с инструментами. Она не отвечает на мои вопросы, да и мне не хочется их задавать. Я не знаю, что такого я могу спросить у неё сейчас, что не превратит этот пиздец в пиздец ещё большего масштаба.
— Ты знаешь, где живёт этот чувак? — я стараюсь сохранять твёрдость в голосе, чтобы дать ей понять, что эта ситуация не останется просто так. Но на самом деле я и сам охренительно напуган. Даже если мы и найдём того урода, который решил совместить сеанс у татуировщика с изнасилованием и побоями, то что мы ему сделаем? Грубый первым же сошлётся на охренительную занятость, а нам с Кайлом начистить лицо не так уж и сложно.
Я усаживаю Фэйт на кресло, всучив ей в руки открытую банку пива, а сам начинаю расхаживать кругами по студии, как загнанный пёс. Продолжаю повторять одни и те же фразы и задавать дурацкие вопросы, вместо ответов на которые она просто смотрит в стену, иногда кивая головой или отхлёбывая пива. Словно в тумане, я звоню Майку, и тот начинает орать что-то нечленораздельное в трубку. Мне кажется, что его голос время от времени дрожит, но это не меняет того, что я не понимаю ни слова из сказанного им. Выйдя на улицу, я сажаю Фэйт в раздолбанную жёлтую машину, отдав свою последнюю наличку таксисту, и провожаю взглядом тускнеющий свет фар, прорезающий пелену моросящего дождя, больше похожего на густой туман. Я слабо помню, как прибирал остатки разбросанных по полу инструментов и закрывал салон, неуклюже долго копошась ключом в замке. Не помню и как шёл, сам не понимая куда, по уже совсем уснувшим улицам, бездумно продолжая жевать давно потухшую и промокшую сигарету. Наушники болтались где-то на уровне шеи, и из них доносились лишь слабые отголоски того дерьма, что я любил слушать по дороге домой. Сквозь свою непробиваемую задумчивость, я всё же смог различить старый электронный бит и космические завывания синтезатора. На секунду вернувшись на Землю, я прислушался, различив в них «Enjoy The Silence», которую уже сто лет не слышал. От неё внутри меня будто что-то взрывалось, распадаясь на тысячи частиц и собираясь вновь в нечто совершенно новое. Я вслушивался в мелодию, словно переносясь куда-то в прошлое на год или два назад, где так же моросил дождь и воняло неубранным мусором, но всё было каким-то большим, светлым и правильным.
Немного отойдя от шока пережитого, я чувствую, как сильно раскалывается голова, а дыхание учащается в разы сильнее обычного. Пошатнувшись, я лихорадочно оглядываюсь вокруг, ища, на что опереться, чтобы устоять на ногах. Перед глазами всё плывёт, а в лёгких резко заканчивается воздух. В перерывах между паническими атаками ты думаешь, какая же это всё херня, и как ты легко справишься в следующий раз. А потом ощущаешь себя подстреленным псом, который боится умирать, но не знает, что сделать, кроме как кусать свою же лапу и скулить. Я облокотился на подвернувшийся под руку фонарный столб и попытался глубоко вдохнуть. Нащупав в кармане маленькую оранжевую коробочку, я дрожащими руками достаю её и пытаюсь открыть, но в последнюю секунду она выпадает из рук, и таблетки рассыпаются по мокрому асфальту. Блять! Я падаю на колени, хватаю одну, наименее грязную и закидываю в рот, параллельно пытаясь собрать все остальные. Сердце колотится как бешеное. Белые кружочки хаотично рассредоточены по асфальту, напоминая какое-то странное созвездие. Я даже нахожу некую медитативность в попытках их собрать и впадаю в подобие транса. Однако, из этого состояния меня выводит резкий и низкий гудок, раздавшийся откуда-то слева. Повернувшись на звук, я увидел ночной автобус номер 410, который от роду не ходил по этому маршруту. Свет фар был невыносимо слепящим, а толчок — неожиданно мощным. Мне показалось, что желудок приклеился к позвоночнику, заодно зацепив все прочие органы. Моё тело отбросило на несколько метров, но я всё ещё ощущал тепло радиаторной решётки и холодный привкус металла на разбитых губах. «Теперь всё действительно по-настоящему…» — успел подумать я и отключился.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: