Яцек Пекара - Пламя и крест. Том 1.
- Название:Пламя и крест. Том 1.
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Fabryka Słów
- Год:2012
- Город:Lublin
- ISBN:978-83-7574-777-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Яцек Пекара - Пламя и крест. Том 1. краткое содержание
В первом томе вы познакомитесь с судьбой инквизитора Мордимера Маддердина, наблюдаемой глазами, среди прочих, прекрасной Катерины - матери Маддердина и Арнольда Ловефелла - его наставника и учителя, члена Внутреннего Круга Инквизиториума. Всё это будет происходить в обстановке кровавого крестьянского восстания, опустошающего Империю, в богатом доме прекрасной куртизанки, развлекающейся тёмным искусством, в мистическом логове персидского волшебника, в Академии Инквизиториума и в оплоте Святого Официума – таинственном монастыре Амшилас.
С точки зрения хронологии, этот том открывает «инквизиторский цикл» Яцека Пекары. Поэтому он станет прекрасным введением в мир, созданный автором. А хорошо знающие Маддердина получат ответ на ряд вопросов. Что заставило его стать Слугой Божьим и Молотом Ведьм, и почему он имеет сверхъестественные способности? Какой тёмный секрет связал мать инквизитора с могущественным епископом Герсардом? Каково происхождение членов Внутреннего Круга Инквизиториума? Как проходит обучение в Академии? Что объединяет персидских последователей культа огня с инквизиторами? Кто такие Близнецы, сопровождающие инквизитора во время некоторых миссий, и какое им доверено задание?
Любительский перевод от seregaistorik. Данный перевод выполнен исключительно для ознакомительных целей и не используется для извлечения коммерческой выгоды.
Пламя и крест. Том 1. - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
– Так и есть, – ответил Ловефелл. – Боюсь, однако, что если я останусь, чтобы тебя выслушать, то...
Из-за плотной занавески полным достоинства шагом вышел пушистый белый кот. Он гордо задрал хвост, а его жёлтые глаза яростно зыркнули в сторону инквизитора. Он подошёл к Ловефеллу и без предупреждения прыгнул ему на колени. Как ни странно, даже это движение коту удалось выполнить с достоинством.
– Прости, бог пламени... – Арсанес вскочил на ноги. Ловефелл поднял руку.
– Оставь, – приказал он и почесал животное за ухом.
– С твоим телом ничего не случится, – заверил волшебник, схватывая на лету опасения Ловефелла. – По крайней мере, пока твой недостойный слуга может принимать тебя в этом доме, который не может служить даже хлевом для свиньи, которая...
– Довольно, – приказал инквизитор. – Говори, если есть что сказать.
– Поверь, мастер Нарсес, что моё сердце трепещет от пронзительного наслаждения, что я, который был всего лишь учеником твоих учеников, теперь могу поделиться с тобой знаниями, которые ты ищешь. – Чернокнижник снова присел на краешек стула.
Или, вернее, поделиться со мной той частью знания, которую ты хочешь, чтобы я узнал, поправил его мысленно инквизитор. Ты опасный человек, Арсанес, и я думаю, что своего учителя ты так же сильно ненавидишь, как и, не сомневаюсь, боишься его. Но я, Арнольд Ловефелл, инквизитор из Амшиласа, тебе для чего-то нужен. У меня есть что-то, что ты хочешь получить, хотя, Бог мне свидетель, я не уверен, что это может быть. Но зато я глубоко верю, что ты пойдёшь на многое, чтобы у меня это забрать.
– Говори, – повторил он. – Говори всё, что ты узнал о женщине.
– До меня дошли слухи, что она рискнула вызвать князя Берития...
– Она призвала Берития? – Прервал его Ловефелл, не поверив в первый момент словам чернокнижника. – Мы говорим об одном и том же Беритии, убийце, описанном в Гоэции царя Соломона?
Кот поудобнее устроился на коленях инквизитора с глубоким, басовитым урчанием.
– Именно о нём, о величайший из мудрецов. Она призвала волков, медведей и льва, чтобы заключить его в круг природы и заставить выполнять её никчёмные приказы.
Ловефелл в очередной раз подумал, насколько необыкновенной женщиной была мать Мордимера. Он определённо чувствовал к ней не симпатию, но нечто вроде уважения, с каким командир армии слушает о необыкновенных подвигах врага. Впрочем, кто мог знать, кем была сегодня Прекрасная Катерина? Всё ещё враг? Уже союзник? А может, как одно, так и другое? Прошло всего четыре года от её пленения, но в Амшиласе не время имело значение, но святой пыл монахов и инквизиторов, занимающихся заключёнными. За четыре года из этой глины можно было сформировать новую скульптуру, и Ловефелл надеялся, что именно так и произошло в этом случае.
– Это ей удалось?
– Она соткала магию с почти таким мастерством, как если бы имела честь быть подножием у твоих ног. – Чернокнижник опустил голову. – Но приказала Беритию, что он посвятил своё время и свои силы Роксане, твоей смиренной рабе и ученице. Как ты изволил утверждать: талантливейшей. Он осмелился отказаться от выполнения этого приказа.
– Роксана, – повторил Ловефелл, и память создала перед его глазами образ черноволосой красавицы со смуглым лицом и глазами цвета озёр, скрытых среди гор Гиндукуша. – Я помню Роксану. Да, мне кажется, я её помню... Что сделала тогда Катерина?
– Она наказала князя Берития болью, какой он не испытывал со времён, когда ты, о острие вершины власти, соизволил одарить его мукой пламени. Эта девка приказала льву, чтобы тот его сожрал. Разве не мило? – Чернокнижник рассмеялся по-настоящему, искренне и радостно, но потом сомкнул губы и склонил голову в знак полной покорности и уважения. – Мой господин, по всей вероятности, представляет себе ярость князя Берития, когда в конце концов ему удалось вернуться.
– Я даже не предполагал, что его можно удержать в круге природы. Я сам, – Ловефелл закрыл глаза, чтобы позволить течь воспоминаниям, – я сам призвал его в круг огня. Окружил ифритами... Когда-то...
– Я бы и не решился на подобную попытку, – сказал Арсанес. – Я, который изучал прекраснейшее и благороднейшее из искусств дольше, чем длилась жизнь большинства людей. Так сколь великую силу имела женщина, которая смогла это сделать? А она была шлюхой, учитель. Капризной, словно горный ветер. Влюблённой в себя и красивые предметы, словно жена престарелого визиря. Величайшее и благороднейшее из искусств она воспринимала по образу и подобию возлюбленного, которого раз принимает с любовью, чтобы потом заняться кем-то другим. Представь себе, господин, сколь огромную силу она могла бы иметь, если бы прошла тщательное обучение, если бы получила даже не благодать испить мудрости, струящийся из твоих уст, но благодать служения слабейшему из твоих учеников. Обладает ли её бастард подобными способностями?
Арсанес задал этот вопрос как бы между прочим, и Ловефелл так же, как бы между прочим, ответил:
– Его ценность подобна ценности закрытой коробки, в которой покоится золото.
– Я верю, что в своей безмерной мудрости учитель моих учителей нашёл способ, чтобы открыть эту коробку? Или... разбить её?
Ловефелл подвигал пальцами по шкуре разлёгшегося на его коленях животного, а кот посмотрел на него янтарными глазищами и от удовольствия запустил когти ему в бедро.
– Быть может, – ответил инквизитор. – Безусловно, я дам тебе знать, когда придёт подходящее время.
– Я не достоин, чтобы кожа, содранная с моей спины, служила половиком, по которому будут ступать твои святые ноги! – Воскликнул Арсанес. – Но знай, что я с нетерпением жду тот славный день, когда Шахор Сефер вернётся в руки законного хозяина.
«Если Нарсесу приходилось каждый день говорить с такими чудаками, я не удивлён, что он всё время был в ярости», – подумал Ловефелл. Он знал, однако, что не должен дать себя обмануть первому впечатлению. Чернокнижник мог казаться слугой, ослеплённым блеском господина, мог создать впечатление пресмыкающегося идиота, но на самом деле он должен был быть опытным и сильным человеком. – «В конце концов, он выжил при дворе Нарсеса, что не было, как мне кажется, такой уж лёгкой задачей. А Арсанес не только выжил, но ещё и в совершенстве обучился тёмному искусству».
– О, конечно, ты этого достоин, – ответил инквизитор лёгким тоном. – Если Нарсес вернётся, я напомню ему о твоих словах.
Может, ему показалось, что Арсанес побледнел, услышав это предложение?
– Где сейчас Катерина? – Спросил он его.
– Там, где и ты был, о господин, сила которого извергается, словно прозрачные источники Эльбруса, – сказал покорным тоном чернокнижник. – В грязном хлеву, называемом последователями ложного Бога Монастырём Амшилас.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: