Сергей Синякин - Der Halpbblutling
- Название:Der Halpbblutling
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издатель
- Год:2009
- Город:Волгоград
- ISBN:978-5-9233-0743-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Синякин - Der Halpbblutling краткое содержание
Так в Третьем рейхе альтернативного мира, где победу в Сталинградской битве одержали войска фельдмаршала Паулюса, называют неполноценных — детей с арийской внешностью, рожденных в неарийских землях. Из них можно воспитать солдат для армии фюрера. Они будут сражаться с варварами в Сибири, Африке и Америке ради права стать настоящим немцем, арийцем, гражданином Великой Германии. Но навсегда останутся унтерменшами.
Der Halpbblutling - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Все будет хорошо, — сонно сказал ун-Леббель, прижимая к себе женщину. — Спи!
— Знаешь, — она устроилась у мужчины на руке. — У меня такого никогда не было. Мне хочется выйти за тебя замуж, родить ребенка. Но ведь это невозможно, нас при отправке всегда стерилизуют. У меня никогда не будет детей. — Она тихо всхлипнула. — И тебе никто не разрешит жениться на славянке…
Ун-Леббель молчал. А что он мог сказать? Все, что говорила Барбара, являлось истинной правдой. Их связь не имела будущего. И от этого было очень тяжело. Он привык к этой худенькой женщине, он испытывал к ней щемящую нежность. Сознание того, что им скоро предстоит расстаться навсегда, наполняло душу ун-Леббеля тоской и печалью. Ганс ничего не знал о любви, воспитание его исключало всякую нежность и привязанность к женщине. И все-таки это была любовь. Первая и последняя, а оттого окрашенная неистребимой грустью. Только Ганс этого не подозревал.
Он лежал, легким усилием мышц баюкая спящую женщину.
Ночь бродила по комнате, ночь вспыхивала зеленым огоньком в зрачке невидимого в темноте радиоприемника, ночь шуршала в эфире, сопровождая красивую негромкую мелодию Уго Кесслера из кинофильма «Берлинский вокзал».
Они уплывали на маленькой покачивающейся лодочке постели в утреннюю тишину — два человека, которые никогда не принадлежали этому миру, которые были обманутыми пленниками, живущими в клетке, но воображавшими себя свободными.
Он нежно вслушивался в дыхание женщины, понимая, что ничего подобного в его жизни никогда уже больше не будет. Он жалел Барбару, хотя даже не мог представить, как она будет без него в этом безжалостном мире, в котором с легкостью врут и с легкостью нарушают свои обещания, в котором все живут применительно к изгибу подлости и потому похожи на кривые изломанные деревья. Он знал, что ей будет плохо, очень плохо, и был не способен что-либо изменить в ее судьбе.
Для себя он уже все решил.
9 сентября 1958 года
УНТЕРМЕНЬШ И ВСЕЛЕННАЯ
Был солнечный день, редкий для этого времени года.
Белый туман, блуждавший по острову, рассеялся. Море было спокойным. По тропинкам ползали улитки — событие невероятное для сентября.
— Все будет нормально, — сказал фон Браун. — Сделаешь виток и приземлишься в Польше. Посадка будет без капсулы, на десяти тысячах отстреляем тебя из катапульты. Приземляться будешь отдельно. Ты все понял?
Разговаривать не хотелось. Да и не полагалось говорить макаке, использованной для того, чтобы познать мир.
Ун-Леббель кивнул.
— Все будет хорошо, — сказал генеральный конструктор. — Два последних носителя прошли намеченную траекторию нормально.
Ун-Леббель снова кивнул, глядя перед собой.
Браун ободряюще вскинул кулак на уровне груди, подмигнул и улыбнулся.
— Счастливого пути, камрад! Ждем тебя на Земле.
Техники стали завинчивать электрической отверткой крепежные болты на люке. Ун-Леббель слышал тихое повизгивание электрического моторчика дрели, работающего с напряжением. Пустота была в его душе. Мертвая пустота.
В динамиках шуршал эфир.
— Один, два, три, четыре… — размеренно принялся проверять настройку станций инженер по связи, уже сидящий в «мейлервагене». — «Валькирия», я — «Нибелунг», как слышишь меня?
— Я — «Валькирия», — с некоторым усилием отозвался Ганс. — Слышу вас хорошо!
— Проверка систем, — сказал инженер. — Объявляется готовность номер один.
— Каменное сердце, — сказал доктор Рашер. — Смотрите, как он держится перед стартом! И все-таки надо быть готовым к любым неожиданностям! Я не верю славянам, пусть даже в них течет часть немецкой крови.
Все повторилось. Только теперь уже в корабле «Великая Германия» сидел Ганс ун-Леббель. Подопытная обезьяна, которая однажды посчитала себя человеком.
Рейх устремлялся к звездам.
Плавно отошла от корабля кабель-мачта.
— Зажигание!
— Пошел! — торжествующе крикнул Артур Рудольф.
Длинное тело ракеты появилось из бурого облака пыли, бушующей над стартовым комплексом. Некоторое время ракета стояла на столбе пламени, потом неторопливо, но все время ускоряя свой полет, устремилась в голубую высоту. За ракетой оставался длинный белый хвост, похожий на замерзшую молнию.
— Есть отделение! — торжествующе заорали из «мейлервагена».
Ракета набирала высоту.
— Пятьдесят семь секунд… Полет протекает нормально! — доложили из «мейлервагена».
Отделилась вторая ступень.
— Мы взяли высоту! — хлопнул в ладоши Артур Рудольф. — Мы взяли ее, Вернер! Мы взяли ее со второй попытки! Космос — наш!
— Кладу его в свой карман! — счастливо захохотал фон Браун.
Повернувшись к столпившимся у пульта инженерам, он поднял руки над головой.
— Шампанского! — крикнул фон Браун. — Мы это заслужили, друзья!
Хлопнула пробка, за ней еще и еще, шампанское лилось в тонкие стаканы для воды, кто-то пил прямо из горлышка, а взъерошенный Рудольф смотрел на зеленый экран, где стремительная вертикальная линия медленно обретала пологость — корабль вышел на орбиту и теперь неторопливо обживал ближний космос, посылая вниз торжествующие радиосигналы.
— Леббель! — счастливо крикнул фон Браун. — Как слышишь меня? Ты на орбите! Парень, как слышишь меня?
Корабль молчал.
— Растерялась! — ядовито и сухо прокомментировал происходящее доктор Рашер. — Наша обезьянка растерялась. Этого следовало ожидать.
Не хотелось думать, во что превратится кабина корабля. Впрочем, кто ее увидит, ведь посадки не будет. А если посадка все-таки произойдет, ему на происходящее будет плевать. Так же, как наплевали на него самого. Ганс ун-Леббель не сожалел об этом, он даже не жалел, что никогда уже не сможет избавиться от маленькой приставки к фамилии, которая указывала на неполноценность его крови. И сама неполноценность крови больше его не пугала. Горько было думать о Барбаре. Ничего хорошего в ее жизни не предвиделось. Ничего. И этого тоже уже нельзя было изменить.
И все-таки он улыбался.
Он видел звезды. Он видел то, что не видел никто. Он сделал это первым. Не чистокровный ариец, а ничтожный «хальпблутлинк», полукровка, которую хладнокровно использовали в качестве подопытной обезьяны, чтобы он открыл дорогу в космос истинному арийцу. Поэтому к его обиде примешивалось яростное торжество. Он был первым! Был! А теперь он уйдет вслед за фюрером.
Неторопливо он оголил запястья. Страха не было.
Он был солдат.
Сердце солдата — даже если оно бьется в груди русской макаки, которой никогда не стать настоящим арийцем, душа солдата принадлежат фюреру и Германии. А если они не могут принадлежать им, то должны принадлежать окружающей мир пустоте.
Но прежде, чем он отправился в вечное путешествие, Ганс ун-Леббель вдруг увидел тоненькую печальную женщину с пышной копной светлых волос. Босоногая, в белом платье, женщина плыла среди звезд. Ганс вгляделся. Нет, это была не Барбара-Стефания-Марта. Это была…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: