Игорь Валериев - Ермак. Поход
- Название:Ермак. Поход
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Игорь Валериев - Ермак. Поход краткое содержание
Ермак. Поход - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Восточная железная дорога будет содействовать мирному завоеванию Маньчжурии.
Сторонники варианта прохождения Транссиба вдоль Амура обосновывали его последующим
ростом возможностей экономического и социального развития российских территорий
Восточной Сибири и Дальнего Востока.
Генерал-губернатор Духовский, был против КВЖД, заявляя, что даже в случае присоединения
Маньчжурии к Российской империи, важность для России Амурской железной дороги
оставалась бы огромной. Он подчёркивал, что ни в коем случае нельзя прекращать намеченное
ранее строительство железнодорожной линии вдоль Амура. Возможно, из-за этой твёрдой
позиции он уже второй год на должности Туркестанского генерал-губернатора. Сергей
Юрьевич – человек сложный, злопамятный и влияние при дворе имеет большое.
В пользу КВЖД сыграли и результаты японско-китайской войны, после которой началась
дипломатическая война мировых держав за сферы влияния и концессии в империи Цин.
Активно в ней участвовала и Российская империя. В результате этих действий Россия получила
в полное и исключительное арендное пользование на двадцать пять лет Люйшунь и Далянь с
прилегающим водным и территориальным пространством при сохранении и не нарушении
верховных прав империи Цин на данную территорию.
Люйшунь или уже Порт-Артур, как чисто военный порт России и Цин, объявлялся закрытым
для судов всех других держав. Все бухты Даляня или Дальнего, кроме одной, которая
предназначалась только для России и Цин, объявлялись свободными для доступа торговых
судов всех стран. Конвенция также дала право Обществу КВЖД соорудить железнодорожную
ветку от одной из станций КВЖД до Даляня, а в случае необходимости и до иного пункта
между городом Инцзы и рекой Ялуцзян.
На этой территории, полученной Россией по конвенции, была образована Квантунская область, в «столицу» которой город Порт-Артур и направлялся сейчас пароход-крейсер «Херсон», где я
был пассажиром каюты первого класса.
В эту командировку вырвался с трудом. Генерал-лейтенант Сухотин начальник Академии
настоятельно рекомендовал сам, а может быть и с подсказки кое-кого выше, оставить меня при
Генеральном штабе. По его протекции попал в Военно-ученый комитет Генштаба, чтобы
дальше продвигать развитие военной тактики по применению малых разведывательных и
диверсионных групп в тылу противника, вооружённых автоматическим оружием. В общем, как-
то так называлось то, чем я более полугода занимался на новом месте службы.
Всё бы ничего, и служба действительно была интересной, так как в большей степени пропадал в
Ораниенбаумской стрелковой школе, где на базе кавалерийского эскадрона и пулемётных
команд, созданного ещё в девяносто пятом году пулемётного отдела, отрабатывал различные
тактические приёмы. Кроме этого, там же шли постоянные испытания новых модификаций
пулемёта Мадсена. С уже генерал-майором Вильгельмом Мадсеном меня связывают на
настоящий момент очень близкие отношения, которые выросли из коммерческого, конструкторского взаимодействия.
Благодаря моим советам и результатам испытаний в школе, последняя модификация пулемёта
имела охлаждающий кожух, укороченный ребристый ствол и уменьшенные сошки, надульник
для усиления импульса отдачи ствола и ускорения перезарядки, пистолетную рукоять и более
удобную, эргономичную форму приклада. Получился просто замечательный ручной пулемёт
для своего времени, равного которому не было во всём мире. И эти пулемёты уже начал клепать
Ковровский завод, ещё не дождавшись окончательного решения ГАУ о его приёме на
вооружение русской армии. Но такой вердикт был не за горами, а двадцать модифицированных
пулемётов вместе с грудой ящиков с патронами лежали в трюме парохода. Таким вот образом, я
забрал у завода свои годовые выплаты по акциям и привилегиям за некоторые конструкторские
новшества в пулемёте. Правда, потом буду должен написать подробный отчёт в ГАУ о
применении данных пулемётов на практике со всеми подробностями.
Почему же от такой интересной службы я напросился в командировку на Дальний Восток и на
возможную войну, спросите вы? Ответ прост. В Генеральном штабе я был «белой вороной».
Непонятно какого происхождения, увешан наградами, которые многие штаб-офицеры, а то и
генералы не имеют. Такое ярко выраженное отношение неприятия впервые увидел при
поступлении и учёбе в Академии. Наверное, поэтому я и сошёлся с Деникиным, который
восстановился на мой курс и с Корниловым, который учился на год старше. К ним, отношения
были похожими. Один сын офицера, который выслужился из крепостных крестьян. Второй, как
и я, сын казака, а про казашку мать из среднего жуза лучше вообще не вспоминать.
В общем, допекли меня такие взаимоотношения со столичными офицерами генштабистами, вот
и рвался куда-то на периферию. Лавр Корнилов по окончании Академии упылил в Туркестан, пообещав писать. Антон, вообще, отчебучил. По окончании дополнительного курса, он, как и я, был произведён в капитаны и должен был остаться при Генштабе. Однако накануне нашего
выпуска генерал Сухотин по каким-то причинам изменил список выпускников, причисленных к
Генеральному штабу. В результате Антон не попал в их число и накатал жалобу на имя
Государя. Собранная военным министром академическая конференция признала действия
Николая Николаевича незаконными, но дело попытались замять. Деникину предложили забрать
жалобу и написать вместо неё прошение о милости, которую пообещали удовлетворить и
причислить офицера к Генеральному штабу. На это тот ответил: «Я милости не прошу.
Добиваюсь только того, что мне принадлежит по праву». В итоге, жалобу отклонили. Антона к
Генеральному штабу не причислили «за характер», и он отправился служить в свою Вторую
артиллерийскую бригаду в Белу.
А я после окончания академии просился в Бурскую республику, где вот-вот должна была
начаться англо-бурская война. В этом мне было отказано. На Дальний Восток через полгода
выехать разрешили, и то после моей личной просьбы к императору, когда он приехал в
Ораниенбаум на испытания новой модификации пулемёта. Откомандировали в распоряжение
генерал-губернатора Приамурья Гродекова с целью испытаний новых пулемётов на практике.
Николая Ивановича я хорошо знал ещё по своей прошлой службе при генерал-губернаторе
Духовском. Гродеков с девяносто третьего года был замом у Сергея Михайловича. Поэтому
была надежда, что по старой памяти смогу нормально пристроится к какому-нибудь
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: