Александр Забусов - Войти в ту же реку [= Перевёртыш] [litres]
- Название:Войти в ту же реку [= Перевёртыш] [litres]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент АСТ
- Год:2019
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-117651-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Забусов - Войти в ту же реку [= Перевёртыш] [litres] краткое содержание
Эпоха брежневского застоя. Встреча с родными, которых давно «потерял», волшебство, приключения и любовь… Это лишь начало лабиринта, но не конец. Только конец «золотого брежневского правления» не за горами, вот и пришлось Михаилу сразу после окончания школы снова столкнуться с работой спецслужб. Командировки, погони, встречи с тем, чего, казалось, не может быть в СССР, – это то, с чем он встретится, бредя по лабиринту новой для него жизни.
Войти в ту же реку [= Перевёртыш] [litres] - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Большой поход позади, и военный корабль стоит на швартовых, но дежурная служба исполнительна и несет дежурство исправно. Во второй половине дня прибежавший рассыльный, посланный дежурным по низам, запыхавшись, довел приказание:
– Матросу Волховикову срочно прибыть к командиру корабля! Срочно, понял!
Кузькин, старшина второй статьи, оторвался от заполнения журнала, сложив губы трубочкой, негромко засвистел, спросил как бы между прочим, с подозрением глянув на матроса:
– Чего это Барону от тебя потребовалось?
– А я знаю? – пожал плечами Антон.
Рассыльный чуть глаза не закатил под самую бескозырку.
– Антошка, бего-ом!
После бега, толком не отдышавшись, постучал в дверь. Услышал:
– Зайдите.
Войдя, молодцевато бросил ладонь к срезу головного убора.
– Товарищ капитан первого ранга, матрос Волховиков…
Гокинаев, не дослушав, распорядился:
– Подойдите к столу, берите телефон и отвечайте. Вам из Москвы звонят.
– Слушаю, Волховиков!
Услышал.
– Наконец-то! Здравствуй, Антон. Это генерал Аксенов. Твой командир в помещении?
– Да. Рядом.
– Можешь называть меня дядей Колей.
– Понял.
– Каретников пропал. Ты с ним энергетической пуповиной связан. Что скажешь?
– Дядя Коля, ему сейчас плохо. Мыслить сам он не может, но он жив.
– За тобой человек послан. Скоро, думаю, на месте будет. Ты нужен в Москве. Сейчас передай трубку Гокинаеву.
Антон протянул телефонную трубку командиру.
– Вас!
– Слушаю.
– Виктор Александрович…
Глушь несусветная, лес дремучий. А как можно по-другому воспринимать место, куда его завезли? За высоким тесаным забором изба с широким подворьем, строениями и пристройками. Собаки бегают, откормленные волкодавы. Из сарая слышно, как корова мычит. Конец двадцатого столетия, а местные, кто здесь живет, от мала до велика в старинной одежде расхаживают, будто так и надо. Детворы одной девять душ насчитал. А при всем при этом, в самой большой комнате избы с русской печкой внутри, в «красном углу» цветной телевизор «Карат» вполне нормально себе «уживается». Сюрреализм!
Когда из машины «выгрузили», присмотр за ним малость ослаб. Сразу это почувствовал. Только наручники с рук снять ни у кого даже в мыслях не было. Мог бы сам ими озаботиться, недаром под контролем Кузьмича тренировал левую руку вытаскивать кости из суставов, именно для подобных случаев. Только чего уж теперь, взыграл интерес, понять захотелось – куда, зачем и к кому везут.
Женщину в команде похитителей Зоримирой зовут. Странное имя для страны Советов… У них у всех здесь имена странные. Так вот она, как ни посмотришь, всегда рядом с ним оказывается. Вот и сейчас подошла почти незаметно, за левым плечом встала. Наверняка глазами уставилась туда же, куда и он смотрит.
– Мы на кордоне, Михаил, – пояснила, словно несмышленышу.
– Значит, через границу меня переправлять будете? – сделал предположение Каретников. – В какую страну?
– Зачем за границу? – удивленно спросила в свою очередь.
– Сама сказала, что на кордоне находимся.
– Ха-ха! На лесном кордоне. В этом урочище лесник с семейством проживает.
– Тоже ваш?
– Здесь все наши. И земля наша. На сотни километров огнища поставлены. По-вашему деревни и села. Рода наши не испокон века здесь обосновались, но довольно давно. Огнищане родную веру исповедуют, родных богов славят, живут не тужат.
– А власти на это все как же смотрят.
– Глупый! Такой большой вымахал, а глупый. Здесь наша власть. В лесах поселки. Там, где земля пахотная – колхозы. В районном центре власть советская, только даже первый секретарь наш исконный родович. Давно здесь осели, освоились и место освоили. Как нас вычислишь, когда внешне мы, как все? Молодые парни в армию служить ходят, потом возвращаются назад, а дальше по своей Варне пользу обществу приносят. Милиция – наша. Учителя в школах – свои. Причем с настоящими, государственными дипломами. Администрация…
– Тоже ваши. Круто! Даже представить такого не мог. Откуда вы такие?
– А мне говорили, что ты обладаешь острым умом. Не понял еще? Хм! Мы русские люди. У каждого человека, живущего на земле, имеются предки – ушедшие в Ирий поколения. Нас можно назвать осколком Белой Расы. Вот кто твои предки?
Интересная девочка. Своим рассказом подвела к интересующему ее вопросу. Может, его похищение именно с его происхождением связано?.. Почувствовал, как по сознанию легким перышком прошла попытка «залезть под черепушку», просмотреть мысли.
Когда-то сами слова обережного, родового заговора при инициации ритуала он слушал невнимательно, будто ветер срывая их с губ Константина Платоновича, уносил в далекие уголки памяти, там их и схоронил. Лишь потом только понял, как в лихолетье мог сохраниться их род. Организм, почувствовав ментальную атаку, самостоятельно «отдал команду», и защита сработала автоматически, как магнитофонную ленту, прокрутив в памяти слова защитного заговора: «Ой, ты Свет, Белсвет, коего краше нет. Ты по небу Дажьбогово коло красно солнышко прокати…»
– Ой!
Вот-вот! По рогам получила? Танцору тоже больно стало, когда попытался применить воздействие на его сознание. Спасибо деду, классную защиту вот от таких хулиганов поставил. Так как был скован, то обеими руками взял за руку отпрянувшую от него деву. Заглянув в глаза с расширившимися зрачками, заботливо спросил:
– Что, больно?
– Д-да!
– Так ведь не лезь, куда не пускают.
Вырвала свою руку из его ладоней. Обозлившись то ли на него, то ли на себя, торопливо пошла в сторону дома. Обернувшись, оповестила:
– Ночуем. С утра едем дальше. Спать иди. Темнеет. Здесь люди рано ложатся.
Промолчал. Лишь для себя прошептал:
– Выспался. Всю дорогу спать заставляли. Сволочи!
Однако идти-таки пришлось. Вышедший из сарая Молчан, Каретников уже по именам знал многих, по-видимому, стоявший «на стреме», ожидая конец разговора с ворожеей, пальцем своей огромной лапищи подцепил звено на «браслетах» и, не напрягаясь, потащил упиравшегося было Михаила «под крышу». Не в дом, где Каретников уже успел побывать, впихнул в полуподвальное помещение, непонятно для каких нужд предназначенное в хозяйстве лесника. Это надо понимать так, чтоб пребывание в «гостях» медом не казалось. Брр! Холодно здесь.
Постучал в запертую за ним дверь, услышал.
– Чего тебе?
– Эй, увалень! Холодно здесь, хоть одеяло, хоть дерюжку какую принеси.
– Обойдешься! Спи давай!
– Коз-зел!
– А вот время придет, за козла ответишь!
…Из крупиц информации, выуженной любыми путями, складывал общую картинку, на ее основе делал предположение, с чем или кем ему предстоит схлестнуться.
К сумасшедшим попал. Кровь в жилах стынет. Каретникова веревками, за руки и ноги привязали к деревянному щиту в центре стилизованного под старину антуража. Ночь. В отблесках костра видно, что его окружает настоящее капище с истуканами богов. Вокруг люди в мешковатой одежде ведут непонятный для него ритуал. Зарезать, что ли, хотят? Принести в жертву? Кто их маму разберет! По голому телу мурашки бегают. Лежит он словно новорожденный, в чем мама родила. Холодно. Близость реки ощущается, а вот комарья почему-то нет. Ветром, что ли, сдуло «пернатых»? Скосил взгляд, пытаясь хоть что-то понять… Да ведь он в круг положен. За головой, там, где огонь пылает ярко, зачем-то столб высокий вкопали. «Статисты» хоровод затеяли, песни свои бубнят, распевают. Только смысла он в этих «хитах деревенских» уловить не в состоянии.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: